Ангел для Демона. Его наследник (СИ)

— Спасибо дорогой. — Дорогой? Ты говоришь чуть ли ни с бандюганом ба! Утыкаюсь лицом в ладони. Стыдоба. — Ты следи за моими кровинушками только.
— Обязательно, по-другому никак, вы же знаете. — Спелись блин.
— Ну идите дети мои, а мне нужно отдохнуть. — Бабушка коварно улыбается и отключается. А с внуком поговорить?
— Папа! — Бежит к нему сын. — Хотю иглать в мясь!
— В мяч так в мяч. — Демьян подхватывает его на руки.
Они бегали с мячом чуть ли не час. Их выдержки только можно позавидовать.
Площадка оказалась просто чудесной. Здесь казалось было абсолютно все, качели, горки, батут, песочница — рай для деток. А еще бассейн, в который я пока не рискнула идти.
Демид отключается как по щелку на обеденный сон, и я вместе с ним рядом на кушетке около кроватки.
Не знаю сколько прошло времени, но сквозь марево сна чувствую прикосновение губ на своих и тихий шепот «Люблю больше жизни».
Присниться же такое, словно наяву, на столько реалистично.
Глава 41. Демьян
— А где мой сладкий пирожочек, иди к крестной! — Марго расцеловывает сына оставляя красные следы от помады.
— Рита, — смеется моя девочка. — Он же будет как свекла.
Оливия сама лично занималась днем рождения сына, сама все распланировала, купила и украшала тоже, и торт пекла тоже сама наотрез отказавшись от любых услуг.
Если честно я все же немного удивился поначалу, ведь другие известные жены богатеньких мужиков нанимают самых дорогих декораторов и организаторов на праздники и отваливают кучу бабла за их услуги. Нет, мне, конечно, не жалко для них ничего, просто я еще раз убедился, что мой Ангел ни с кем не сравниться, она абсолютно другая.
Совершенная.
Моя.
Хоть пока не сознается в этом и ведет себя прохладно, но с каждым днем ей дается это все тяжелее, я прилагаю к этому максимум усилий.
Она пригласила самых близких, а мне пришлось еще звать важных людей, которые не имеют абсолютно никакого отношения к детскому празднику, но должны быть. Оливия была, мягко говоря, не очень довольна.
Хоть я и общаюсь со взрослыми дядями, одним глазам посматриваю за семьей, и вот прям сейчас возле моей жены вьется этот Никита. Они о чем-то весело разговаривают и смеются, и он невзначай касается ее ладони, но Оливка, быстро среагировав, вынимает ладонь из его проворных щупалец. Наглости ему не занимать, в моем же доме, на празднике моего сына клеить мою жену, пусть и ставшая не совсем законным путем. И должен отметить, что этот паренек быстро взял себя в руки от произошедшего конфуза. За прошедший месяц у меня от него дергается глаз, и я бы не раздумывая вышвырнул его за дверь, но все ради моей глубоко обожаемой жены, но иногда мне кажется, что я долбанулся башкой раз терплю такое.
У Демида появилась нянька в виде младшей Оливии, племянницы этого хлыща. Она приезжала к нам чуть ли ни через день, девчонке явно было скучно на школьных каникулах, хотя ее папаша мог и отправить дочурку на отдых в Европу и желательно с этим Никитой. Я не против, что девочка приходит в гости, но вот ее дядька восторга не вызывает. Успокаивала моя охрана, постоянно следящая за ними если по какой-то причине я отсутствовал и то, что моя Оливия абсолютно не смотрела на него, как на объект противоположного пола, это было видно в ее поведении и легко читалось в глазах.
Разумеется, уже на следующий день я знал все про эту семью. Никита — айтишник, ровесник моей Оливки. Его старшая сестра Нина, мама девочки Оливии умерла при родах. Ее отец Швец Игорь Станиславович работал не покладая рук ради будущего своего ребенка, при этом мало времени уделял дочери, у него просто не было времени на это. Девочка росла с нянями и гувернантками, должен отдать должное Никите, он не бросил племянницу и начиная с роддома чуть ли ни каждый день навещает ее, часто берет к себе погостить, в общем старается заменить ей мать в каком-то смысле. Ее отец основал свою нефтяную компанию, и я сразу заметил десять хорошо обученных бойцов, следящих за Оливией младшей. На нее было уже пять покушений и на ее примере я увидел будущее свих детей и жены. Сейчас я веду переговоры о поставках моих бриллиантов в Западную Европу, что делает мой бизнес еще более лакомым кусочком, а семью — мишенью.
 
Парень замечает мое приближение и на его лице проскальзывает тень недовольства.
Даже не буду извинятся чувак.
Нагло ухмыляюсь.
Он действительно на что-то рассчитывает?
Подхожу со спины и кладу руки на талию малышки собственнически притягивая ближе к себе. Она вздрагивает, что неприятного кольнуло меня, но тут же расслабляется, поняв, что это я.
— Спасибо, что развлек МОЮ жену. — Мне в ребро приходиться тычок с локтя от Оливии.
— Жену? — И вот он действительно в недоумении и удивлении от услышанного. И я тоже. Неприятно. Я особо не рассчитывал, но все же, то, что Оливия не сказала про ее новый статус приводит в бешенство. Чуть сильнее сжимаю руки на ее талии.
— Эм, да, мы вроде как женаты — Лив краснеет как помидорка, стесняясь опускает глаза в пол.
Никита осматривает сначала правую руку Оливии, которой она держит бокал с соком на уровни груди, после осматривает мою руку на ее талии.
Да. Колец нет. Завтра же надену на нее булыжник, чтобы все видели еще издалека, что это малышка занята. Мое опущение.
— Не вроде как, а женаты… ЖЕНА. — Никита нервно усмехается.
— Оливия, если ты в заложниках моргни два раза. — Вроде и в шутку, но в тоже время серьезно.
Лив, смеется, стараясь разрядить обстановку, но вот нифига не помогает, у меня уже кулак чешется встретится с его мордой. Но вот следующие слова немного расслабляют:
— Нет, Ник, я не в заложниках, мы здесь…, - секундная заминка. — По доброй воли, но спасибо что переживаешь — это мило.
Мило ей блять.
Веду ее сквозь толпу людей и шепчу чтобы слышала только она.
— Пиздец тебе Ангел. — Завожу ее в крайнюю гостевую на первом этаже и толкаю ее на дверь, которая со стуком закрывается. Сжимаю слегка шею водя большим пальцем по нижней губе, вторую руку опускаю на упругую задницу. — Мило значит? Нравиться его забота, а моя и в хуй не упала?
— Это был просто вежливый жест Демьян, он мне нравиться, — не знаю какое у меня было выражение лица, но Лив не на шутку испугалась и часто задышала. — Как человек. Он хороший друг и Оливия чудесная девочка.
— Друг значит. А я? Кто я для тебя? — Мне нужно, я хочу, чтобы она наконец-то призналась мне и себе в том, что мы и так оба знаем.
— Т-ты… — она опускает глаза и смотрит на пуговицу моей рубашки. Нервно сглатывает. Чувствую, как бьется жилка под подушечкой большого пальца.
Ее изящные пальчики несильно подрагивают, но смело ложатся мне на живот, который напрягается от желанного интимного прикосновения, ладонь решительно движется вверх по торсу к груди, плечам и так хочется ускорить до момента, когда я буду в ней, но все же даю возможность малышке самой сделать выбор — попросить меня.
Тоненькие пальчики жены с прозрачным маникюром расстегивают три верхние пуговицы, раскрывая меня перед ней, все мои шрамы, которых она совершенно не боится, не стыдиться, не брезгует, а наоборот, кажется, изучила каждый миллиметр изуродованной кожи. Запускает ручки мне под рубашку, оглаживая пальчиками неровную кожу шеи и груди, трепетно обрисовывая узоры, следя за своими движениями голубыми глазками.
Именно сейчас происходит слияние наших душ и тел, она принимает меня, нас. Не знаю, как это описать точно, но вот в данную секунду мы становимся одним целым, впитывая друг друга, наполняя недостающими частицами.
Представьте, что эмоциональное поле каждого из нас сцепляется множествами нитями другого и они притягивают нас все ближе, пока не станут единым сгустком энергии.
Вот только не спрашивайте откуда я беру всю эту романтическую хрень, но я просто чувствую так.
Глава 42. Демьян
Оливия встает на носочки, что делает ее немного выше, тянется губами и едва прикасается к драконьей коже в легком поцелуе. Смотрит на мою реакцию.