Брачная игра сестер Блэкторн (СИ)
Просидев больше часа, мама не выдержала.
– Пожалуй, пойду к себе, - сказала она, поднимаясь из кресла. - Разбуди меня, пожалуйста, если Эрик вернется.
Я пообещала, что дождусь – если не майора,то хотя бы обещанных охранников – и осталась на первом этаже. Спать не хотелось – я знала, что до утра не сомкну
глаз. Тревога царапала острыми коготками, не давая успокоиться. Что-то происходило вокруг – что-то дурное, неправильное…
Наконец солдаты появились. Я заметила четыре яркие точки красных мундиров у закрытых ворот. Короткий разговор с привратником – и мужчины въехали внутрь, медленно приближаясь к главному дому. Из парадных дверей навстречу им вышел Джаспер и грoмко прокричал, привлекая внимание всадников:
– Вы из гарнизона? Вас послал лорд Бенсон?
– Все верно. Мы прибыли сюда по приказу майора.
Я не видела лица всадника под низко надвинутым капюшоном, но легко узнала голос – это был мой несостоявшийся жених, лейтенант Майлз Ричардс. Вот только когда он успел вернуться с фронта и что делал среди наших охранников? Я не верила, что лорд Бенсон послал бы к нам лорда Ричардса. Пусть майор и не был свидетелем неудачной попытки сватовства и передачи Призрачной шпаги Блэкторнов, гости, присутствовавшие на том вечере, наверняка не раз пересказали все в красках. Так почему?..
Сердце застучало неприятно и тревожно. Я бросилась к окну, а оттуда в холл, оставшись за пределами очерченного круга света, чтобы быть невидимой для всадников. Мое присутствие почувствовал только Джаспер. Почувствовал – но не обернулся и вида не подал.
Похоже, старого слугу тоже смутила неожиданная встреча с лейтенантом.
– Мои люди устали с дороги, – лорд Ричардс остановился перед крыльцом, свысока глядя на Джаспера. - Покажи, где мы можем оставить коней и укрыться от дождя.
Управляющий медлил с ответом.
– Скорее, старик, - вмешался второй всадник, подводя коня к самым ступеням. - Мы устали и хотим есть.
И – я сама не до конца поняла, почему – замерла. Мышцы налились силой, тело напряглось, будто готовясь к броску – ударь или беги.
Что-то спровоцировало меня. Может, непочтительный тон всадника? Его голос? То, как сидел на нем красный мундир, слишком грязный для солдата вестхилльскогo гарнизона? Или его лицо… подозрительно знакомое…
– Да-да, - ответил Джаспер. - Сейчас.
И, не дав никому опомниться, метнул в непрошеных гостей фонарь. Послышался звук удара и звон разбившегося стекла. Кто-то вскрикнул, поднялась на дыбы испуганная огнем лошадь.
Я отпрянула, зажимая руками рот. Я узнала спутников лейтенанта Ричардса – эти грязные рубашки, эти перекошенные злыми ухмылками лица – и поняла все. И одновременно с рвущимся из горла криком ужаса услышала голос старого слуги:
– Миледи, бегите!
ГЛАВА 18
Тяжелая дверь, отрезавшая Джаспера и разбойников от обитателей дома, с грохотом захлопнулась прямo перед моим носом. Щелкнул засов.
– Джаспер! – не помня себя от ужаса, я бросилась к двери. - Джаспер!
Ответа не последовало – только ругань, крики и грохот. А затем…
Бум!
Я отшатнулась, почувствовав, как задрожала дверь под натискoм сильного кулака. Сердце набатом стучало в ушах, норовя вырваться, пробив грудную клетку, горло сдавило ледяной хваткой паники, не дававшей сделать вдох. Γде-то внутри часть меня заливалась слезами, оплакивая потерянного навсегда Джаспера, а другая кричала, кричала и никак не могла остановиться. Но оставалась и третья – та самая, что делала меня истинной Блэкторн.
Бум! Бум!
Я застыла на два коротких удара сердца, лихорадочно оглядывая полутемный холл. Нельзя сдаваться!
Бум! Бум! Бум! И затем – тишина.
– Двери закрыть! – завопила я во всю мощь легких, пугая горничных. - Черный ход на засов! Прячьтесь!
«Дзынь!» – высокое стекло в трех шагах от меня разлетелoсь дождем осколков. Темный силуэт плечом врезался в деревянный каркaс переплета.
– Бегите на кухню! – проорала я растерявшимся служанкам. – Живо, живо, живо!
Девушки с визгом бросились бежать – хотелось надеяться, что в нужную сторону. Захлопали двери, загрохотали засовы – и одновременно с этим разбилось ещё несколько oкон. Рука, обрамленная грязно-белой манжетой, вцепилась в раму.
Не дожидаясь, пока первый грабитель ворвется в холл, я тоже сорвалась с места. Инстинкты тянули меня к кабинету отца, моему главному и самому безопасному убежищу на всем белом свете.
«Восточное крыло, - пульсировало в голове. – Первый этаж,третья дверь. Туда, туда…»
Но я не сделала и десяти шагов, как другая, куда более ужасающая мысль пронзила меня, точно молнией.
«Мама!»
Мама не знала, что в доме грабители – могла не услышать, не понять! А куда, как не наверх, в хозяйскую спальню, первым делом пойдут те, кто ищет деньги и драгоценности?
Нет, нет, нет!
Резко развернувшись на каблуках, я бросилась назад, а затем, не сбавляя хода, на лестницу для слуг. Черная тень, уже ввалившаяся в холл, мелькнула на краю видимости, но я запретила себе думать об этом.
Не время! Не время!
На полном ходу завернула на верхний пролет – и едва не упала, нос к носу столкнувшись с плачущей Мод. Не узнав меня в темноте, она чуть не завизжала, но я, вовремя извернувшись, крепко заткнула ей рот. Служанка забилась в моей хватке.
– Тише ты! – зашипела я прямо ей в ухо. Мод вздрогнула, но вырываться прекратила, промычав что-то отдаленно напоминавшее «миледи». Я убрала ладонь,и горничная шумно втянула ртом воздух, давя хриплый всхлип. - Леди Шерилин! Где она?
– У… у себя… – неувереннo пробормотала она. - Сп… спать… ложилась… Кажется. А тут…
Γромкий всхлип, грозящий перерасти в истерику, пришлось остановить, снова зажав служанке рот.
– Слушай внимательно. Вниз нельзя,там опасно. Поднимись на второй этаж и спрячься в любой спальне. Дверь закрой, на звуки не реагируй. Кивни, если поняла.
Дождавшись неуверенного кивка, я оттолкнула Мод и, перескакивая через ступеньку, взлетела наверх. До маминой спальни было недалеко – выcкочить в коридор и перебежать открытую галерею.
Только бы ей хватило сообразительности не выходить, услышав крики и грохот! Только бы она догадалась закрыть двери и подпереть изнутри чем-нибудь тяжелым!
Мама. Мамочка…
Поворот. Коридор. И вот она…
Галерея казалась темной и пустой. Снизу раздавался грохот и голоса, но женских криков не было слышно. Хорошо – значит, служанкам в парадных комнатах удалось спрятаться хотя бы на какое-то время.
Нужно было торопиться. Помочь маме, позвать на помощь.
Всего одна короткая перебежка…
– Попалась, птичка!
Мужская рука, вынырнувшая из темноты, грубо вцепилась в запястье и дернула назад. От неожиданности я вскрикнула, потеряв равновесие, но упасть не успела, оказавшись в кольце чужой хватки.
– Не рыпайся, милашка, - гнусно прошелестело над ухом. – Если будешь покладистой,
все пройдет быстро и почти не больно.
Вместо ответа, стиснув зубы, резко мотнула головой в сторону голоса. Попала – затылок пронзило болью, зато, судя по хрусту и бурному, чуть гнусавому потоку ругательств, ударила я, куда надо.
– Бодливая сучка! – хватка мужчины стала злее и крепче. Пальцы впились в тело, сжав до синяков, и я не сдержала болезненного всхлипа. - Отделаю тебя так, что мать родная не узнает. Но сначала…
Он встряхнул меня и поволок по галерее к лестнице, не обращая внимания на попытки вырваться. Я шипела, вертелась в руках грабителя рассерженной кошкой, брыкалась, крутилась, бессильно царапала ногтями плотную ткань мундира, защищавшего сдавливавшие грудь руки. Воздуха не хватало. Хотелось закричать, позвать на помощь, но я понимала, что мама близко. И если она услышит меня, если выскочит, ее будет ждать та же участь.