Гражданство для попаданки (СИ)
Что происходит сейчас в Ноалуке — вопрос. Возможно, войны исчерпали ресурсы мира, и он давно погиб, а может быть, существа живут в согласии, после долгих лет войны. Главное, чтобы не пытались открыть портал и внести в наши жизни свое безумие.
С родным миром драконов — Гроастером — Аделард поддерживает торговые отношения. Но несмотря на это, посещение разрешено строго драконам или по особому допуску императора. Те, кому предстала возможность посетить Гроастер лично, заключают магический договор о неразглашении увиденного. Что такого скрывают драконы — очередная загадка, вызывающая мой интерес. У меня даже возникла мысль, что, если во мне течет драконья кровь, возможно, я смогу отправиться на Гроастер? Для начала надо разгадать тайну моего рождения, и чем мне это грозит, а уже потом задумываться о межмировых путешествиях.
Форсуна — родной мир вампиров, которые в связи с бессмертием и увеличением популяции, были вынуждены искать пристанище в других мирах, одним из которых, помимо Аделарда, стал Фризея, но о нем чуть позже. На Форсуне, согласно рассказам Верховных вампиров, обитают только высшие и низшие. И, тогда как первые обходятся ежемесячным ритуалом в полнолуние, вторым приходится утолять свой голод путем охоты на единственно доступных существ — нардов. Эти звери размножаются быстрее земных кроликов, а поймать их благодаря генетическим особенностям вампиров не составляет труда.
Посещать Форсуну может любой, кто хочет испытать свои силы и удачу: в мире вампиров нет правил, запрещающих питаться кровью других разумных существ.
Согласно старым преданиям, вампиры были созданы с помощью магии, в основу которой легла кровь Богини Акаши. Изначально, небожительница наделила своих детей такими дарами, как гипноз и телепатия, а также невероятная скорость, сила и быстрая регенерация. Супруг Акаши — Мемнох, отнесся к появлению «детей» очень ревностно. В своей безумной злости, он проклял существ Форсуны, вынуждая их для продолжения вечной жизни питаться чужой кровью. Проклятие легло совершенно на всех: от младенцев до стариков. Начался настоящий хаос — молодые, более сильные вампиры, истребляли стариков, и младенцев. Существа сражались друг против друга. Тогда Акаши пошла на крайние меры, проведя последний в своем существовании ритуал — она отдала свою бессмертную божественную жизнь, чтобы изменить проклятие.
Богиня даровала вампирам спасение от постоянной жажды, ограничив их ежемесячным ритуалом. Благодаря ее жертве, проклятие не действовало на детей, пока им не исполнится двадцать пять, а до того момента, они могут наслаждаться всеми прелестями обычной жизни.
Спустя долгие годы, вампиры значительно увеличили свою численность, а через века остро встал вопрос о расширении своих границ. Тогда они нашли способ путешествовать по мирам, не претендуя на многое. Приобретённая годами мудрость, позволила им жить бок о бок с другими существами, но это не значит, что посещать их родной мир — абсолютно безопасно.
Из полюбившихся вампирам миров, кроме Аделарда, выделяют Фризею. Место, с вечными снегами и ледниками. Там, где всегда зима. Местные жители — ледяные демоны, управляющие синим пламенем. Известно о них ничтожно мало… А, жаль! Это же какая у них уникальная, должно быть, магия…
Тем не менее, с Фризеей мы сотрудничаем очень хорошо. Ледяные демоны, имеют на удивление горячий характер, а потому конфликты между их странами не прекращаются. Иногда это даже перерастает в настоящие сражения. Для урегулирования тех или иных вопросов, на Фризею отправляют самые сильные команды, состоящие из выпускников Великой Академии Нелюдей. Так как демоны крайне умны, и не все конфликты можно разрешить силой — орков на помощь не отправляют.
И, наконец, когда дело дошло до Харсуны, я особенно подсобралась, внимая голосу профессора Кроули.
В мире, откуда по легенде моего отца, я и пришла, обитают только люди. Магией они владеют, но не такой, как у нас. Они не обращаются к своему источнику. Он настолько слаб, что попросту не чувствуется, но сам по себе является светлым связан с огнем. Я, честно, пыталась понять магическую структуру, но пока мне это дается очень плохо.
В Харсуне территория делится на четыре королевства: Северное, Южное, Западное и Восточное. Ни капли креатива… В связи со слабым магическим потенциалом местных магов, очень ценится помощь жителей Аделарда. Благодаря богатым минералам и драгоценным камням — у нас взаимовыгодные отношения. Они нам большие деньги — мы им защиту и помощь. Бытовики строят города, целители посменно работают, вылечивая больных и раненных, боевики охраняют границы. Налаженная схема работает уже не одно столетие и, если очень повезет, то практику после первого курса мы будем проходить там.
Это заставляет меня нервничать… Ведь, если нашу команду распределят на Харсуну, то моя ложь раскроется. Вряд ли друзья оставят меня в покое, пока я не познакомлю их с родителями и не покажу свой дом.
Стоп. Я подумаю об этом завтра. Или нет. Но точно не сейчас. Буду решать проблемы по мере их поступления.
Увлеченная рассказами и своими мыслями, я не сразу услышала звонок, извещающий об окончании занятия. Я вообще не замечала сегодня звонков. Но, во всяком случае, встающие со своих мест адепты, являются прямым подтверждением того, что лекция закончилась.
— Генри, ты чего? Унеслась в романтический мир грез? — усмехнулся дракон, пихая меня в бок. Полу-орк уже встал и держал в своих огромных руках мою сумку, протягивая ее мне. Я удивилась, но ответила ему улыбкой:
— Спасибо, Рекс! Вот бы все были такими обходительными, как ты, — я взяла свою сумку и вышла из-за стола, задев плечом своего приятеля, в отместку, так сказать.
Остановившись возле кафедры, я дожидалась своих подруг, с интересом рассматривая витиеватые узоры на стенах — лишь бы не встретиться с Шаараном взглядом.
Демон же явно желал не только взгляда, но и разговора, так как я смогла заметить траекторию его движения по направлению ко мне.
Глава девятнадцатая.
Надо различать два вида мучений: физическое страдание и страдание моральное. Физическое страдание – это испытание. Моральное страдание – это выбор.
(с) Эрик-Эмманюэль Шмитт
— Нам с тобой надо поговорить, — не терпящим возражений тоном произнес демон, не отрывая взгляда от моих глаз. Его серьезность, без ухмылок или грубости, заслужила очко в его пользу, увеличивая шансы на беседу.
— Генри? — меня позвала Эйнхасад, в голосе которой чувствовалось беспокойство. Она вместе с остальными соседками, стояла в нескольких шагах от нас.
— Все, нормально, Эйни. Спасибо, но… можете идти. На некромантию я сама, — я ответила ей, продолжая смотреть в черные глаза демона. Что скрывается за ними? Кажется, я могла бы вечно в них смотреть. Но вот вопрос: не утону ли я?
Прогоняя свое мимолетное наваждение, я сложила руки перед собой, подсознательно выставляя защитный барьер (по психологии проходили жесты и их значение). Сумка висела на моем предплечье — кажется, под пристальным взглядом демона, она налилась свинцом, и тянула меня к полу. Но это все, естественно, происки воображения.
— Так, о чем ты хотел поговорить? — спросила я, когда последний адепт покинул аудиторию. Шааран не спешил с ответом — он продолжал прожигать меня своим взглядом. — Так и будешь молчать? Класс. Тогда я пошла! Не собираюсь опаздывать из-за тебя…
Я развернулась на пятках и сделала шаг в сторону двери, но была остановлена мужской рукой, схватившей меня за запястье. Парень прижался к моей спине, заключая в объятия. Моя сумка полетела на пол, а сердце приготовилось к прыжку из груди.
Время остановилось. Кажется, мы стоим так уже целую вечность.
Я услышала, как демон глубоко вздохнул возле моей макушки. Он что там, нюхает мои волосы?!
Не дав мне возможности обдумать свой поступок, он развернул меня к себе и обхватил руками мое лицо. Я смотрела на него, как зачарованная, не в силах оторвать глаз от прекрасного лица. Когда он провел пальцем по моей нижней губе, я чуть не застонала.