Родная душа (СИ)

— На второй этаж, по коридору, а там большая зала со стеклянными дверями, мимо не пройдешь, — так напутствовала старушка.
И вправду, Йен заприметил место встречи, как только оказался на нужном этаже. Какая-то женщина вышла из дверей с большими вставками из прозрачного стекла, на которых были приклеены бумажные снежинки. Она шла в сторону лестницы, и как только они сблизились, женщина поинтересовалась:
— Вы с Никой?
— Да, — Йен указал пальцем в ту сторону, откуда появилась женщина, — мне сказали она там.
— Да, дети так обрадовались, что она пришла. Настоящий подарок на Новый год. Поспешите, думаю, ей понадобиться помощь с раздачей подарков.
— Хорошо, — Йен осторожно обошел свое неожиданное препятствие, которое удивило его новой информацией о Нике.
Женщина не стала настаивать на продолжении разговора и отправилась дальше, по своим делам. А Йен поспешил увидеть собственными глазами, как человек не испытывающий эмоций дарит подарки детям.
Дверь в зал не была плотно закрыта. Йен её тихонько толкнул, не спеша привлекать к себе внимания. Открывшееся его взору помещение, по-видимому, было отведено под игровую комнату. Здесь была мебель, пару маленьких стульчиков. В дальнем левом углу возвышалась наряженная елка. Вокруг нее было сложено огромное количество пакетов. Ника сидела на стульчике, а дети устроились вокруг неё полукругом прямо на ковре. Навскидку им было от трех до десяти лет. Они галдели, пытаясь все разом что-то рассказать взрослой гостье.
Йен прищурился, чтобы оценить обстановку по эмоциям. Ника утопала в бурной детской радости и предвкушении. Необычное зрелище. И это она сделала ему замечание по поводу ярких эмоций? Неприятное сравнение кольнуло неудовольствием в самое сердце.
— А это, — Ника вытащила из пакета куклу в ярком платье и пробежалась взглядом по детским личикам, будто выискивая хозяйку этой малышки, — Софии, — и протянула подарок девчушке лет пяти.
Та с дикой радостью вскочила с места и бросилась забирать свою обнову.
— А Марго опять будет отнимать мои игрушки, — пожаловалась Нике малышка.
— Марго, почему ты забираешь у Софии её игрушки? — спокойно поинтересовалась девушка, заставляя всех детей притихнуть и устремить взгляды на ответчика.
— Она не хочет играть вместе, — тихо, уткнувшись взглядом в выцветший ковер, сказала Марго, которая была заметно старше Софии.
— Ясно. Садись, — Ника развернула счастливую обладательницу новой куклы к детям и спросила Марго: — А ты ей предлагала вместе играть?
— Нет, — раскаивающимся тоном отозвалась девочка.
— В следующий раз, сначала предложи вместе поиграть. Договорились? — со спокойным выражением лица и таким же будничным тоном спрашивала её Ника. — Хорошо?
— Хорошо, — нехотя отозвалась Марго, не желая признавать свою ошибку перед всеми.
— А мне что? — не выдержал самый старший из мальчиков.
— Арон. Санта не указал твое имя в списке хороших детей, — с её безэмоциональным тоном это прозвучало, как чистая правда.
На месте этого паренька и сам Йен поверил бы, что Ника получает такие списки от самого Санты.
— Но, ты обещала, если я исправлюсь, — запротестовал парнишка.
— А он себя хорошо вел? — обратилась Ника к сидящим перед ней детям.
— Он больше не бьёт девочек. И попросил у меня прощения за порванную книжку, — сообщила Марго, задыхаясь от важности, которую она вкладывала в свои слова.
— А мне он помогает, когда воспитателя и няни рядом нет, — сказала другая девочка.
— И мне вчера помог, — затараторила следующая, а за ней и остальные, и даже пару мальчиков поспешили замолвить за Арона слово.
— Тихо, — сказала Ника, но дети не отреагировали на её спокойную просьбу, — ти-ши-на, — с той же интонацией, но растягивая по слогам, добавила она и дети стали затихать, настойчиво договаривая свои фразы. — Сейчас посмотрим, — она сунулась в один пакет, потом в другой, и наконец достала большую прямоугольную коробку.
— Радиоуправляемая машинка! — Арон от радости подскочил к Нике и протянул руки, желая забрать подарок.
 
— Что нужно сказать? — уводя желаемое из-под носа, спросила девушка.
— Спасибо, — обиженно, надув губы выдал пацан.
— И?
— Я буду и дальше себя хорошо вести… и не обижать маленьких.
Ника кивнула, одобряя ответ, и отдала ему заслуженный подарок.
— А мне какой подарок? — не выдержал Йен, от умиления расплываясь в улыбке. — Я себя вел хорошо, честное слово.
Ника одарила его спокойным взглядом, а затем начала рыться по пакетам. Она выудила что-то небольшое и кинула в его сторону. Йену чудом удалось поймать этот загадочный подарок, маленький и шипастый…
— Мяч?
— Подходящий для тебя подарок, — пояснила Ника, но тут же пресекла его попытку выяснить, чем же это он ему подходит: — Присоединяйся. Подарков еще много. Надо успеть все раздать до обеда.
Йен направился к девушке под тихие шепотки детей.
— А это твой любимый мальчик? — спросила Нику одна из девочек.
— Он давно не мальчик, — ровным тоном ответила девушка.
— Дядя?.. — неуверенно протянула девчушка.
— А Вы уже целовались? — поинтересовалась другая, пряча щеки в своих ладошках и не сводя горящего взгляда с Йена.
— Нет, — отрезала Ника.
— А врать детям нехорошо, — не удержался Йен от ехидного замечания. Может, всё шло у них и не так, как ему хотелось бы, но то, что было, он считал за поцелуи.
— Я не вру, — тихо произнесла Ника, когда Йен устроился рядом с ней, прямо на ковре, как и все дети. — Подавай подарки, а я буду вручать детям.
И первое, что он ей протянул, был тот резиновый мячик с пупырышками.
Больше получаса они провозились, раздавая детям игрушки. Когда последний подарок нашел своего хозяина, Ника призвала детей к тишине и те замерли в ожидании магии. Так они называли следующие действия девушки — обычный сбор эмоций. Радостные и восторженные ингредиенты отправлялись в бутылочки под громкие аплодисменты детей.
— Так ты даришь им подарки, чтобы собирать эмоции? — шокированный открывшейся истиной, спросил Йен. А он уже начал думать, что Ника не так пуста и бесчувственна.
— Да, это моя персональная грядка. Ты тоже можешь оформить договор с каким-нибудь детским домом, если найдешь свободный, — она это всё говорила своим обычным, нечего не выражающим, тоном и ни один мускул на её лице не дрогнул.
— Разве можно общипывать детей? — это не укладывалось в его голове, ведь к детям ни в каком виде не подпускают сборщиков.
— Можно. У них нет родителей, а сам детский дом получает за это дополнительный доход, который уходит на содержание детей.
— Ты им платишь?
— Не совсем. Я собираю урожай и сдаю в контору. А полученные с этого деньги переводят на счет детдома.
— А подарки ты на эти же деньги покупаешь?
— Нет. Подарки дарю лишь у кого день рождения. А на Новый год уже всем — так ведь принято.
Йен замолчал, пытаясь понять: хорошо это всё или нет?
— Пойдемте обедать, — позвала воспитательница, вернувшаяся к ним к моменту сбора эмоций и молча наблюдавшая за происходящим до этого момента.
Дети уже успели похвастаться ей своими новыми игрушками, за что тут же получили грозное напоминание, что все подарки остаются в игровой зоне.
— Пошли, здесь вкусно готовят, — позвала Йена Ника, направляясь за весело галдящими детьми.
Они спустились на первый этаж. Столовая была больше игровой. Столы, расставленные плотно друг к другу, словно полосы, расчертили пространство. Дети расселись по местам. Некоторые начали просить Нику сесть к ними. Йена тоже не обделили вниманием — пару девочек пытались уговорить его пообедать с ними, и он не смог отказать. Пришлось сидеть в противоположном конце соловой от Ники, но ему было весело следить за непосредственным детским поведением и участвовать в разговорах. И да, готовили здесь действительно вкусно, хоть и по-простому: пюре с котлетой и сок.
День вышел необычным и запоминающимся. Йен догадывался, что Ника не согласится, но он будет считать этот поход в детский дом свиданием и самым лучшим, что у него было.