Резервация монстров 2. Одна из них (СИ)
Сейчас этот чересчур самонадеянный мужчина просто излучал довольство. Одетый по сегодняшнему невесть кем придуманному дресс-коду, в белый камзол с вышитым на груди серебряным гербом, с собранными в высокий хвост волосами, подвязанными схожей с моей бисерной лентой.… Он мог бы показаться даже красивым, не знай я его слишком хорошо.
— Где моя бабушка? — прошипела едва слышно, бесстрашно глядя в его медленно наливающиеся тьмой глаза.
Также слишком хорошо я помнила его недавние угрозы, и потому переживала, не сделал ли он её заложницей, чтобы загодя обеспечить успех сегодняшнему мероприятию.
Музыка наконец смолкла, и сотни глаз уставились на моего отца, но мне было не до этого.
Гер загадочно улыбнулся, чуть погладив тыльную сторону моей ладони большим пальцем.
— Скоро появится, не переживай, — успокоил он таким же еле слышным шепотом, пока мой отец начинал вступительную речь. Прислушиваясь к Геру, я совершенно пропустила ее начало. Но его ответ меня ни разу не утешил, заставив беспокойно переминаться с ноги на ногу.
— Дорогие гости, сегодня мы собрались здесь…
«Дорогие гости», подчиненные злой воле кукловода, глядели в никуда стекляшками глаз, и казалось, ничего ими вовсе не видя. Поставь вместо этих людей манекены, и разница не будет особо заметна.
Эх… У меня тоскливо заныло в груди. Вот бы сейчас не это вот всё, а пить зеленый чай с шоколадными пряниками на нашей древесной базе вместе с Кти… Он бы был в своих зеленых бриджиках с оранжевыми заплатками на коленках, а я по старой памяти завернулась бы в простыню. Солнце бы приветливо бликовало на его темных волосах через маленькое витражное окошко. А я в этот раз наверняка смогла бы позволить себе гораздо большее, чем просто поцелуи.
Задумавшись о прекрасном, я едва не пропустила самое главное.
—…Есть ли среди вас тот, кто по какой-либо причине может быть против этого союза?
Разумеется! Я едва не подпрыгнула на месте, спеша ответить на вопрос, но не успела и рта раскрыть, как из толпы меня опередило чьё-то громкое и зычное:
— Есть!
Гости, несмотря на свой осоловелый вид, удивленно заоборачивались. Еще пара томительных секунд, и толпа схлынула, являя весьма странную компанию:
Посередине зала стоял одетый в темно-серый, расшитый золотыми нитями камзол, высокий, хищного вида мужчина, опирающийся на тяжелую металлическую трость со стеклянным набалдашником. Его сопровождали двое других, таких же высоких и мрачных, но одетых поскромнее в одежду чуть более светлого оттенка.
Выглядел их главный весьма и весьма необычно. Его глаза, до странного желтые, по-кошачьи светились на длинном смуглом лице, а во рту, пока тот говорил, мелькали жутковатые длинные клыки… От вида которых бросало в дрожь! Уж слишком длинными и опасно острыми они казались… Да и не столько клыки, сколько весь образ этого человека источал какую-то сверхъестественную жуть, так что от него хотелось находиться как можно дальше. И рядом с этим жутким визитером стояла моя бабушка!
При виде нее я, вначале слегка испугавшись незнакомца, слегка оттаяла и тепло улыбнулась, и даже помахала бы, не будь мои руки заключены в жестких тисках Германовых пальцев. А тот, на удивление, выглядел вполне спокойным. Погоди-ка, он же знал! Знал, что бабушка скоро появится, а значит… Так. Да кто это вообще такой? Я снова поглядела в сторону визитеров, и вовремя. Желтоглазый как раз решил представиться. Его низкий хриплый голос с раскатистой р-р, вызывал многократное эхо, отражаясь в высоких потолках, будто придавая дополнительный вес его словам.
— Я, младший династ Цитатели Гарниан, Артан Фогг, авторитетно заявляю, что мужчина, именуемый Гермианом Тсарге, являясь подданным Цитадели по праву рождения, преступил закон Гарниан, а посему должен быть немедленно арестован и беспрепятственно конвоирован к месту предварительного заключения.
Народ, дослушав и поняв, кто именно посетил их скромное сборище и по какому поводу, отхлынул еще дальше к стенам, едва ли в них не вжавшись. Некоторые даже зажмурились, чтобы уж точно сойти за побелку.
Я напряженно переводила взгляд с Гера на младшего династа и обратно. Вот это поворот! Что же дальше? Но Гер всего лишь равнодушно пожал плечами в ответ на заявление, так и не выпуская моих рук.
— Хорошо. Только девушка пойдет со мной.
— Не имею возражений, — моментально отозвался Артан Фогг, отчего я, отец и бабушка с одинаковым ошарашенным выражением воззрились на этого хозяина обстоятельств.
Эй, мы так не договаривались!
Но в следующую секунду случилось ровно две вещи:
Алали, стоящая за моей спиной, негромко и зло проговорила:
— Она никуда не идет, потому что…
Следом раздался лязг металла, и меня обдало резкой волной теплого воздуха от стрелой пронесшейся мимо тени. Снова неприятно лязгнуло.
Ошарашенно обернувшись, я увидела… Карателя, стоящего спиной ко мне, который своим васильком отражал атаку Алали, двумя руками вцепившуюся в неизвестно откуда взявшийся у неё собственный василёк. Его лезвие мало того, что оказалось отвратительно длинным, да еще и зазубренным. И, судя по направлению движения девушки… Я тяжело сглотнула.
— Лали, ты что, собиралась меня…
Та злобно зыркнула в мою сторону, и, слегка отпрыгивая назад, молниеносно спрятала оружие за спину, пряча лезвие в рукоять с тем самым лязгом…
— Идиот! — прошипела она защищавшему меня войну, развернулась на каблуках, и попыталась скрыться, но, повинуясь чьему-то неуловимому сигналу, к ней подступили два Карателя, мешая улизнуть.
Я совсем перестала понимать, что происходит. Лали?! Но зачем?!
— Видимо решила, что, устранив причину, избавит меня от моего безумия, — холодно усмехнулся Гер, отвечая на невысказанный вопрос, еще сильнее сжимая мои пальцы похолодевшими своими. Очевидно, такой подставы от собственной сестры он не ожидал. Как, в общем то и я не ожидала от нее ничего подобного.
Но зачем было делать это в окружении стольких Карателей да при стольких свидетелях, а не тихо, например, придушить меня подушкой, когда была возможность? Ведь мы так часто оставались наедине… От этой мысли меня пробрала холодная дрожь. Возможно, придуши она меня без свидетелей, возникло бы слишком много вопросов и непоняток, а тут все четко, пафосно и ясно… М-да. Никогда не пойму я этих эрботов.
Отец отмер первым.
— Моя дочь останется здесь, — заявил он громко и практически невозмутимо, окидывая недобрым взглядом раскомандовавшегося визитера, — свадьба, я так полагаю, откладывается до лучших времен. — Он саркастично покосился на Гера, и едва заметно подмигнул уже мне.
Я нервно закусила губу, чтобы не улыбнуться в ответ. Меня все еще потряхивало от недавней сцены.
Желтоглазый дернул плечом.
— Как хотите. Но девушка могла бы принести пользу, выступив на суде на стороне защиты, или… обвинения, если пожелает.
Хм… А это уже аргумент. Вот только… Я посмотрела на Гера, и резко, пока тот не опомнился, выдернула свои руки из его. В мёртвых глазах моего бывшего друга не осталось ни единого проблеска цвета, всё затопила печально знакомая чернота. И как-то идти куда-либо в его компании мне совершенно расхотелось.
— Нет, — озвучила я свое окончательное решение. — Я останусь здесь.
Думаю, его там и без меня неплохо осудят и накажут. А я и тут преспокойно за него порадуюсь.
— Ответ неверный, — Гер снова протянул руки, одним неуловимым движением сильно хватая меня уже за талию, и притягивая к себе.
Я чуть не задохнулась от подобной наглости.
— Убери руки, каторжник! Папа!
Но отец, как и всё окружающее большинство, кто успел хоть как-то дёрнуться, чтобы мне помочь, уже корчились на полу. При одном только взгляде на их беспомощные фигуры меня замутило. Я пошатнулась, хватаясь за светлый камзол своего врага.
— Прекрати это! Прекрати сейчас же! Я пойду, пойду, черт бы тебя побрал!!
Очевидно, сыворотку мой отец получил совсем недавно, а ведь она не действует так сразу… Это я уже поняла на собственном печальном опыте.