Резервация монстров 2. Одна из них (СИ)
Следующей точкой назначения стал, как бы ни хотелось мне этого избежать, дом Тсарге. А именно, я хотела поговорить с его сестрой, Алалин. Возможно, именно она сможет пролить свет на главную тайну своего брата. Я не переставала надеяться, что эта информация каким-то образом сможет мне помочь, ведь не зря же он передумал меня в нее посвящать? Зная Гера, определенно, не зря…
Местоположение дома я помнила еще с прошлого раза, так что найти его не составило особого труда. С тех самых пор нужный адрес намертво въелся мне в память: улица Речная, дом семь.
Примерно за двадцать минут беспокойного хруста гравия под моими ногами, я оказалась на месте, торопливо прошла мимо ряда молодых сосен, мимо разросшихся у ажурного крыльца мальв, остановилась у двери, стукнула металлической колотушкой, и, сжав от волнения кулаки, начала отчаянно верить, что и за этой дверью мне повезет.
И вдруг, заслышав чей-то оклик, я обернулась. Это был тот самый парнишка, который спас меня час назад из назойливых объятий Германа, тот самый, которого я посылала за ним следить.
— Ллорие! — выдохнул он, тяжело дыша, подбежав ко мне и обдавая дорожной пылью. — Ллорх Тсарге…. Он….
— Что?! — Заволновалась я.
В глубине дома раздались тяжелые шаги.
— Он… в лаборатории!
Уф, ну и прекрасно. Значит я смогу спокойно побеседовать с Алалин без неприятных свидетелей. Хотя, погоди…
— А эта лаборатория, она…
— Здесь. — Ответили мне от двери.
Я медленно, вмиг напрягшись, обернулась чтобы встретиться взглядом с холодными серыми глазами Гермиана Тсарге.
— Моя лаборатория находится здесь, ллорие. — Улыбнулся он самодовольной улыбкой паука, завидевшего в сетях маленькую и глупую, но крайне аппетитную муху. Мое сердце неприятно ёкнуло.
— Чудесно, — воскликнула я следом, вымученно улыбаясь. — Ну раз мы выяснили эту чрезмерно важную информацию, то…
Но меня не вполне вежливо перебили, схватив за запястье, после чего еще менее вежливо за него дернули, так что договаривала я уже за закрытой дверью, стоя лицом к лицу со своим врагом: — … Я пойду.
— Обязательно. — Согласился тот дружелюбно, скалясь во все тридцать два. Эх, проредить бы…
Но только не на своих двоих или в виде зомби, выбирай, да? Жаль, недолго погуляла… Кто же теперь меня отсюда вытащит?
— Чуть позже. — Продолжил он, не выпуская мою руку из своего жесткого захвата.
Для чего весь этот лишний садизм мне не было понятно от слова совсем, ведь я итак вроде как попалась. Осознав этот факт, мне стало очень тоскливо, я бы даже сказала, физически нехорошо. Колени ослабли, в голове помутилось… Этот стресс был определенно больше, чем я могла себе позволить после месяца голодовки. Прикрыв глаза, я безуспешно постаралась успокоить накатившее головокружение, и услышала вкрадчивое:
— Нет, на это я больше не куплюсь, идем.
И потащил меня мимо гостиной к темнеющему в полу входу в подвал…
То, что я увидела в подвале, мало напоминало лабораторию. Скорее уж камеру пыток. Посередине небольшой комнаты с гладко утоптанным земляным полом возвышался жуткого вида металлический стол с поручнями, окруженный странной конструкцией из разноцветных проводов, стоек с колбами и одного сенсорного пульта с монитором. Вдоль каменных стен примостились железные полки и шкафы с кодовыми замками. Удивительно, но здесь был и камин. Останки сжигать, не иначе.
При виде всех этих приспособ, как при виде кресла стоматолога, мне поплохело еще больше. Хотя стоматолог по сравнению с Гером казался не таким уж и страшным. Кроме того, здесь сильно пахло сыростью, спиртом и медикаментами, отчего после очередного вдоха перед глазами все окончательно поплыло, и я, вцепившись в поручень, едва не упала с лестницы, по которой мы спускались в это жуткое помещение. Гер не дал мне упасть, оперативно подхватив на руки, но это не помогло. Так что теперь к головокружению прибавилась еще и тошнота. А я и не против испачкать ему рубашку, если это поможет стереть самодовольную ухмылку с этого ненавистного лица.
М-да, недолго я наслаждалась свободой и независимым сознанием… Ну хотя бы одну важную вещь успела. Шахр вернется, и тогда я все узнаю. Если, конечно, доживу.
Меня ожидаемо уложили на холодную металлическую поверхность, и принялись методично приматывать мои запястья к поручням широкой липкой лентой. М-м, даже подушечку под голову не забыл, как мило с его стороны…
— Тебе это не сойдет с рук, — прошептала я слабо, наблюдая над собой круговорот потолочных ламп.
— Да, конечно. — Отозвался он с улыбкой в голосе.
Надо же, у него опять хорошее настроение. Однако, спустя почти пять лет знакомства мы-таки выяснили, что Гер, оказывается, отъявленный садист. Кто бы знал…
— Что ты собираешься делать?
Хотя ответ был вполне очевиден. В ближайшем времени я, скорее всего, снова потеряю свою едва успевшую восстановиться кровь, и опять превращусь в послушного зомби с последующей долгоиграющей амнезией.
Гер деловито возился с трубками и звенел какими-то колбами, беззаботно насвистывая себе под нос.
— Не переживай, — отозвался он заботливо, стирая с моей щеки одинокую слезу-диверсанта. — Больно не будет.
Я вся сжалась от этого неожиданно нежного прикосновения. Показалось, что в его лице на миг даже отразилось что-то человеческое, поэтому я решилась:
— Что с тобой стало, Гер? Ты совсем еще недавно ты был нормальным человеком…
— Я никогда им не был, Рин. — Вздохнул он снисходительно, продолжая гладить меня по щеке. — Потому что я эрбот.
— Ты…. Кто?
— Эрбот. — повторил он с улыбкой. — Правда на нашем языке это называется несколько иначе, ну да неважно. Через несколько часов ты все равно и не вспомнишь мои слова, так что я открою тебе эту стр-рашную тайну. Я и мог бы рассказать раньше, но вовремя передумал. Никому нельзя доверять.
Он отвернулся к металлическому шкафу с кодовым замком, и до меня донесся щелкающие звуки поворачиваемого диска. Повернув голову, я следила за его манипуляциями, не понимая вообще ничего. Какой еще эрбот, что это, национальность? Но тот сжалился, решив объяснить.
— Эрботы - это народ, который живет на соседнем острове, Гарниан. Очень высокотехнологичная раса. От людей отличаются преобладанием в организме особых имплантов – цифровых модификаторов. Киборги, короче.
Я смотрела на него во все глаза, не веря собственным ушам.
— Почему же ты тогда здесь, а не на своём острове?
— Сбежал, — ответил он просто, поворачиваясь. В его руках был шприц, наполненный чем-то светлым. Как же я устала от всего этого… Думаю, лабораторные мыши, имей они чуть больше мозгов, чувствовали бы себя не лучше.
— Отчего ты бежал?
— Эрботы не признают опасные вирусы, и жестоко наказывают за их использование, а уж тем более за изобретение. Так что я чудом отделался, успев вывезти еще и сестру. Она не хотела оставаться одна.
— И что же тебе грозило? — спросила я шепотом, практически не дыша в ожидании ответа.
— Смерть. — Усмехнулся он холодно, задумчиво рассматривая жидкость в шприце на свет. — Ну еще могли разобрать на составные части… Но это не лучше, верно?
Вот значит, как… Я замерла на своей холодной металлической лежанке. Значит это всего лишь наполовину человеческое тело, нашпигованное электроникой. Неудивительно, что, несмотря на многолетний опыт общения с людьми и общую насмотренность, он просто не знает, что делать с чувствами, как их выражать и понимать, и поэтому не имеет ни малейшего понятия о таких простых вещах, как добродушие, милосердие или стыд. Да и есть ли у него она вообще, эта душа… Ведь не родился же он таким? Возможно, так называемых эрботов выращивают в инкубаторах, вживляя электронику еще на стадии эмбриона…бр-р-р. Он даже не человек... Всего лишь изгой, не знающий главной ценности жизни, и оттого не прижившийся ни в своем мире, ни в моём, ни здесь… Да, теперь я многое понимала. Я никак не могла его полюбить. Ведь в нем по умолчанию ее, любви, не было.