Дозоры: Ночной Дозор. Дневной Дозор. Сумеречный Дозор

Светлана вышла, а я торопливо стянул джинсы. Начал расстегивать блузку, путаясь в незнакомых, слишком тугих пуговицах, потом с ненавистью посмотрел на себя в зеркало.
Симпатичная девушка, что ни говори. Прямо хоть фотографируй для журнала мягкой эротики.
Торопливо переодевшись, я уселся на диван. По телевизору шла «мыльная опера» – поразительно, что Светлана включила этот канал. Впрочем, по остальным, скорее всего, то же самое.
– Прекрасно выглядишь.
– Света, ну не надо, – попросил я. – И без того тошно.
– Ладно, прости, – легко согласилась она, усаживаясь рядом. – Так что нам необходимо делать?
– Нам? – с легким нажимом повторил я.
– Да, Антон. Ты же не зря пришел ко мне.
– Тебе я должен был рассказать, в какие неприятности влип.
– Допустим. Но раз шеф, – слово «шеф» Светлана ухитрилась произнести чрезвычайно вкусно, с уважением и с иронией одновременно, – позволил тебе раскрыться передо мной, значит, я должна тебе помочь. Хотя бы по велению судьбы, – не удержалась она.
Я сдался.
– Мне нельзя оставаться одному. Ни на минуту. Весь план строится на том, что Темные сознательно жертвуют своими пешками – либо уничтожают их, либо позволяют умереть.
– Как в тот раз?
– Да. Именно. И если эта провокация направлена на меня, то сейчас произойдет еще одно убийство. В тот момент, когда у меня, ну, по их мнению, конечно, не будет алиби.
Светлана смотрела на меня, подпирая подбородок руками. Медленно покачала головой:
– И тогда, Антон, ты выскочишь из этого тела, как чертик из коробочки. Окажется, что ты никак не мог совершать эти серийные убийства. Враг посрамлен.
– Ага.
– Ты извини. Я ведь совсем недолго в Дозоре, может быть, чего-то не понимаю.
Я насторожился. А Светлана, замявшись на секунду, продолжила:
– Вот когда все случилось со мной… Ведь как тогда было? Меня пытались инициировать Темные. Они знали, что Ночной Дозор заметит это, и даже выяснили, что ты можешь вмешаться и помочь.
– Да.
– Поэтому была разыграна комбинация с жертвованием нескольких фигур, с созданием нескольких ложных центров силы. И Ночной Дозор поначалу пошел на поводу. Если бы шеф не затеял свою контригру, если бы ты не стал переть вперед, ни на что не обращая внимания…
– Ты была бы сейчас моим врагом, – сказал я. – Училась бы в Дневном Дозоре.
– Я не о том, Антон. Я благодарна тебе, всему Дозору благодарна, но тебе – в первую очередь. Только я сейчас не о том. Ты пойми: то, что ты рассказал, столь же правдоподобно, как та история. Ведь как все четко складывалось? Парочка вампиров-браконьеров. Мальчик с высокими способностями Иного. Девушка с сильным проклятием. Глобальная угроза для города.
Я не нашелся, что ответить. Смотрел на нее и чувствовал, как щеки заливает краска. Девушка, которая и треть курса-то еще не прошла, новичок в наших делах, раскладывает передо мной ситуацию так, как должен был бы разложить я.
– Что сейчас происходит? – Светлана моих терзаний не заметила. – Серийный убийца, уничтожающий Темных. Ты оказываешься в списке подозреваемых. Шеф немедленно делает хитрый ход: ты с Ольгой меняешься телами. Да, но насколько этот ход хитрый? Я так понимаю, что практика обмена телами – весьма распространена. Борис Игнатьевич ее недавно применял, ведь верно? Он когда-нибудь использовал один и тот же прием два раза подряд? Против одного и того же противника?
– Не знаю, Света, детали операций мне не сообщают.
– Тогда подумай головой. И еще. Да неужели Завулон такой мелкий мстительный истерик? Ему ведь сотни лет, точно? Он Дневным Дозором руководит давным-давно. Если этот маньяк…
– Дикарь.
– Если Дикарю и впрямь несколько лет позволяют резвиться на улицах Москвы, готовя провокацию, то станет ли начальник Дневного Дозора тратить его на такую мелочь? Извини, Антон, но ведь ты и впрямь цель не слишком крупная.
– Я понимаю. Я маг пятого уровня официально. Но шеф сказал, что на самом деле могу претендовать на третий.
– Даже с учетом этого.
Мы посмотрели друг другу в глаза, и я развел руками:
 
– Сдаюсь. Светлана, наверное, ты права. Но я рассказал то, что знаю. И никаких других вариантов не вижу.
– Значит, будешь подчиняться распоряжениям? Ходить в юбке, ни на минуту не оставаться в одиночестве?
– Вступая в Дозор, я знал, что теряю часть свободы.
– Часть. – Светлана фыркнула. – Хорошо сказал. Ладно, тебе виднее. Значит, ночь проводим вместе?
Я кивнул:
– Да. Но – не здесь. Мне лучше все время быть на людях.
– А спать?
– Не спать несколько ночей – несложно. – Я пожал плечами. – Думаю, тело Ольги тренировано не хуже моего. Последние месяцы она постоянно занималась великосветской жизнью.
– Антон, я этим фокусам еще не обучена. Когда спать мне?
– Днем. На занятиях.
Она поморщилась. Я знал, что Светлана согласится, это было неизбежно. Характер просто не позволил бы отказать в помощи даже случайному человеку, а я все-таки случайным не был.
– Пойдем в «Магараджу»? – предложил я.
– Что это?
– Индийский ресторан, очень приличный.
– Он работает до утра?
– Нет, к сожалению. Но мы придумаем, куда двинуться дальше.
Светлана смотрела на меня так долго, что всей моей врожденной толстокожести не хватило. Что я опять сделал не так?
– Антон, спасибо тебе, – с чувством сказала Светлана. – Огромное. Ты меня пригласил в ресторан. Я этого ждала уже месяца два.
Она поднялась, подошла к шкафу, открыла его, задумчиво посмотрела на развешенную одежду.
– А на твой размер я ничего приличного и не подберу, – заметила она. – Придется тебе снова влезть в джинсы. Пустят в ресторан?
– Должны, – не слишком уверенно сказал я. В конце концов, можно будет провести легкое воздействие на персонал.
– Если что, я потренируюсь во внушении, – будто прочитав мои мысли, сказала Светлана. – Заставлю пропустить. Это ведь будет доброе дело?
– Конечно.
– Знаешь, Антон, – Светлана сняла с плечиков платье, приложила к себе, покачала головой, достала бежевый юбочный костюм, – меня поражает умение дозорных объяснять любое воздействие на реальность интересами Добра и Света.
– Вовсе не любое! – возмутился я.
– Любое-любое. Надо будет – и ограбление станет добрым делом, и убийство.
– Нет.
– Ты так в этом уверен? А сколько раз тебе приходилось вмешиваться в сознание людей? Вот даже наша встреча: ты ведь заставил меня поверить, что мы старые знакомые. Часто ты используешь способности Иного в жизни?
– Часто. Но…
– Представь, ты идешь по улице. У тебя на глазах взрослый человек бьет ребенка. Что ты сделаешь?
– Если остался лимит на вмешательство, – я пожал плечами, – проведу реморализацию. Разумеется.
– И будешь уверен, что это правильно? Не раздумывая, не вникая? А если ребенка наказывают за дело? Если наказание спасло бы его в будущем от больших неприятностей, а теперь он вырастет убийцей и бандитом? А ты – реморализация!
– Света, ты ошибаешься.
– И в чем же?
– Если у меня не будет лимита на парапсихологическое воздействие – я ведь все равно не пройду мимо.
Светлана фыркнула:
– И будешь уверен в своей правоте? Где грань?
– Грань каждый определяет самостоятельно. Это приходит.
Она задумчиво посмотрела на меня:
– Антон, а ведь такие вопросы задает каждый новичок. Верно?
– Верно. – Я улыбнулся.
– И ты привык на них отвечать, знаешь набор готовых ответов, софизмов, примеры из истории, аналогии.
– Нет, Света. Не в этом дело. Просто Темные такие вопросы вообще не задают.
– Откуда тебе знать?
– Темный маг может исцелять, Светлый маг может убивать, – сказал я. – Это правда. Знаешь, в чем все отличие между Светом и Тьмой?
 
– Не знаю. Этому нас не учат почему-то. Трудно сформулировать, вероятно?
– Совсем не трудно. Если ты думаешь в первую очередь о себе, о своих интересах – твоя дорога во Тьме. Если думаешь о других – к Свету.