Дозоры: Ночной Дозор. Дневной Дозор. Сумеречный Дозор
На «Курской» я поднялся из метро, прямо на улице из машины купил пластиковое корытце салата и стакан кофе. При взгляде на гамбургеры и сосиски начинало поташнивать, несмотря на все символическое количество в них мяса.
– Будешь что-нибудь? – спросил я невидимую спутницу.
– Нет. Спасибо.
Стоя под мелким снежком, я ковырял крошечной вилкой оливье, прихлебывал горячий кофе. Бомж, явно рассчитывавший, что я возьму пива и ему достанется пустая бутылка, потолкался в сторонке и ушел греться в метро. Больше никому до меня дела не было. Девушка-продавщица обслуживала оголодавших прохожих, безликий поток пешеходов струился от вокзала и к вокзалу. У книжного лотка продавец уныло, без энтузиазма всучивал покупателю какую-то книгу. Покупатель жался.
– У меня, наверное, плохое настроение… – буркнул я.
– Почему?
– Все видится в мрачном свете. Люди – гады и дураки, салат промерз, ботинки отсырели.
Птица на моем плече издала насмешливый клекот.
– Нет, Антон. Дело не в настроении. Ты чувствуешь приближение инферно.
– Я никогда не отличался чувствительностью.
– Вот то-то и оно.
Я глянул на вокзал. Попытался всмотреться в лица. Кое-кто тоже чувствовал. Те из людей, которые стояли на самой грани между человеком и Иным, были напряженными, подавленными. Причины они понять не могли и потому внешне, наоборот, бодрились.
– Тьма и Свет… Что может произойти, Ольга?
– Все что угодно. Ты оттянул прорыв, но зато, когда воронка ударит, последствия станут просто катастрофическими. Эффект удержания.
– Шеф об этом не сказал.
– Зачем? Ты поступил правильно. Сейчас есть хотя бы шанс.
– Ольга, сколько тебе лет? – спросил я. Между людьми этот вопрос мог бы прозвучать оскорбительно. Для нас в возрасте нет особых границ.
– Много, Антон. Например, я помню восстание.
– Революцию?
– Восстание на Сенатской. – Сова издала смешок. Я помолчал. Возможно, Ольга старше самого шефа.
– Какой у тебя ранг, партнерша?
– Никакого. Я лишена всех прав.
– Извини.
– Ничего. Давно смирилась.
Голос у нее оставался бодрым, даже насмешливым. Но что-то подсказывало мне: нет в Ольге никакого смирения.
– Если я не слишком назойлив… Почему тебя загнали в это тело?
– Иного выбора не было. Существовать в теле волка куда сложнее.
– Подожди… – Я бросил недоеденный салат в урну. Посмотрел на плечо, совы не увидел, конечно, для этого пришлось бы уходить в сумрак. – Кто ты? Если оборотень, то почему с нами? Если маг – почему такое странное наказание?
– А вот это уже не относится к делу, Антон. – На миг в голосе прорезалась острая сталь. – Но началось все с того, что я пошла на компромисс с Темными. Маленький компромисс. Мне казалось, что последствия просчитаны, но я ошиблась.
Вот так…
– Ты поэтому заговорила? Решила меня предостеречь, но опоздала?
Молчание.
Будто Ольга уже недовольна своей откровенностью.
– Работаем дальше… – сказал я. И тут в кармане пискнул телефон.
Это оказалась Лариса. С чего бы ей работать две смены подряд?
– Антон, внимание… Поймали след той девушки. Станция «Перово».
– Блин, – только и сказал я. Работать в спальных районах – мучение.
– Да, – согласилась Лариса. Оперативник она совсем никакой… потому и сидит на телефоне, наверное. Но девчонка умная. – Антон, гони в Перово. Туда стягивают всех наших, они идут по следу. И еще… там заметили Дневной Дозор.
– Понятно. – Я сложил трубку.
Ничего мне не было понятно. Неужели Темные уже все знают? И жаждут прорыва инферно? И меня останавливали не случайно…
Ерунда. Катастрофа в Москве не в интересах Тьмы. Правда, останавливать воронку они тоже не станут: для них это противоестественно.
В метро я забираться так и не стал. Поймал машину, это должно было дать выигрыш по времени, пусть и небольшой. Сел рядом с водителем, смуглым горбоносым интеллигентом лет сорока. Машина была новенькая, да и сам водитель производил впечатление человека преуспевающего. Даже странно, что подрабатывает извозом.
…Перово. Большой район. Толпы людей. Свет и Тьма – все скручено в узел. Да еще несколько заведений, кидающих Темные и Светлые пятна во все стороны. Работать там – все равно что искать песчинку на полу переполненной дискотеки при включенных стробоскопах…
Пользы от меня будет мало, а точнее – вообще никакой. Но раз велят ехать – значит надо. Может быть, попросят провести опознание.
– А я почему-то был уверен, что нам повезет, – прошептал я, глядя на стелющуюся дорогу. Мы проехали Лосиный остров, тоже место неприятное, там собираются на шабаши Темные. И не всегда при этом соблюдаются права обычных людей. Пять ночей в году мы вынуждены терпеть все. Ну или почти все.
– Я тоже так думала… – шепнула Ольга.
– Куда мне тягаться с оперативниками. – Я покачал головой.
Водитель скосил на меня взгляд. С ценой я согласился, не торгуясь, да и маршрут его, видимо, устраивал. Но человек, беседующий сам с собой, всегда вызывает нездоровые ассоциации.
– Дело я одно провалил… – со вздохом сообщил я водителю. – Точнее – плохо выполнил. Думал, что сегодня смогу выслужиться, а справились без меня.
– Потому и спешишь? – полюбопытствовал водитель. Выглядел он не особо говорливым, но моими словами заинтересовался.
– Велели приехать, – кивнул я.
Интересно, за кого он меня принимает?
– А чем занимаешься?
– Программист, – ответил я. Честно ответил, между прочим.
– Колоссально, – заметил водитель, хмыкнул. Что уж он тут нашел колоссального? – На жизнь хватает?
Вопрос был ненужный уже из-за того, что ехал я не в метро. Но я ответил:
– Вполне.
– Я не просто так спрашиваю, – неожиданно сообщил водитель. – У меня с работы уходит системный администратор…
«У меня…» Надо же.
– Лично я вижу в этом перст судьбы. Подсадил человека, а он оказался программистом. Мне кажется, вы обречены.
Он засмеялся, будто решил сгладить слишком уж уверенные слова.
– С локальными сетями работали?
– Да.
– Сетка на полсотни машин. Надо поддерживать в порядке. Платим хорошо.
Я невольно начал улыбаться. Хорошее дело. Локальная сетка. Приличные деньги. И никто не требует ловить ночами вампиров, пить кровь и вынюхивать следы по морозным улицам…
– Дать визитку? – Одной рукой мужчина ловко полез в карман пиджака. – Подумайте…
– Нет, спасибо. К сожалению, с моей работы сами не уходят.
– КГБ, что ли? – Водитель нахмурился.
– Серьезнее, – ответил я. – Гораздо серьезнее. Но похоже.
– Н-да… – Водитель замолчал. – Жалко. А я уж подумал, что это знак свыше. В судьбу веришь?
На «ты» он перешел легко и непринужденно. Мне это понравилось.
– Нет.
– Почему? – искренне удивился водитель, как будто раньше имел дело исключительно с фаталистами.
– Судьбы нет. Это доказано.
– Кем?
– У меня на работе.
Он захохотал.
– Здорово. Что ж, значит – не судьба! Где тебе остановить?
Мы уже ехали по Зеленому проспекту.
Я всмотрелся, проходя сквозь слой обыденной реальности в сумрак. Увидеть ничего толком я не смог, способностей не хватало. Скорее – почувствовал. В серой мгле мерцала кучка неярких огоньков. Чуть ли не вся контора собралась…
– Вон там…
Сейчас, находясь в обычной реальности, я не мог увидеть коллег. Шел по серому городскому снегу к заваленному сугробами скверу между жилыми домами и проспектом. Редкие промерзлые деревца, несколько ниточек следов – то ли детишки резвились, то ли пьяный прошел напрямик.
– Помаши рукой, тебя заметили, – посоветовала Ольга.
Я подумал и выполнил совет. Пусть решат, что я прекрасно умею смотреть из реальности в реальность.
– Совещание, – насмешливо сказала Ольга. – Пятиминутка…
Оглянувшись больше для порядка, я вызвал сумрак и шагнул в него.
И впрямь – вся контора. Все московское отделение.