Война (СИ)

В этот момент Эрна отлипла от разглядывания пламени костра.
- Вика, мы ведь… наш Орден… мы поможем королевству? — спросила она.
- Какому из трёх, сестра?
Две пары глаз с укоризной посмотрели на попаданку.
- Нашему, конечно, — сказала Эрна.
Её коллега, наставник, друг и любовник поддержал магистра магии энергичным кивком.
- Наше — это которое из них? — с любопытством глядя на подругу поинтересовалась Вика — Это то, где тебя считали скотом, хотели изнасиловать, ободрали плетьми и бросили подыхать в вонючую, заполненную мочёй и дерьмом яму? Или то, где заслуженного учёного, выдающегося мыслителя современности и лучшего наставника молодёжи по гнилому доносу завистников уволили с работы и оставили умирать в нищете? Мы про Датор ведь сейчас говорим?
Рассматривать под таким углом отношение к родному королевству явно никому не приходило в голову.
Выдающийся мыслитель современности даже поперхнулся вином.
- Э-э, госпожа…
- Ну что "госпожа"? И потом, мы же уже договорились — зови меня Викой. Можешь, шефом. Я возражать не буду. Мне этот Датор ничего в жизни хорошего не дал, — Вика, разумеется, в этот момент имела в виду Неллу и её тяжёлую судьбу, — Вы что, оба думаете, что я с серебряной ложкой во рту родилась? Ага. В общем, для меня нет ни эллина, ни иудея, в смысле, ни бирманца, ни фридландца. Да и чивирцев со шройтенцами или ещё кого. В моём, в нашем Ордене все равны в своих возможностях. Ты другу своему, обиженному императором, тоже послал весточку в Цинар, чтобы он приезжал в Акулий Зуб? — уточнила она у Флемма и дождалась его утвердительного кивка, — Вот видишь. Ну и, если он начнёт просить за империю? Нам что, теряя тапки бежать на помощь императору?
- Нет, Вика, — замотала головой Эрна, — Он очень плохой. Я слышала, он двух своих сыновей отравил, а дочь…
- Перестань, — прервала подругу попаданка, — Я вообще не о том, кто плохой, а кто хороший. Ты мозги включи. Мы. Вмешиваться. В дела. Владетелей. Не. Будем. Кальвин, если ему помочь, будет нам безмерно благодарен. Год. Может, два. Но и он, и остальные монархи и владетели, будут абсолютно точно знать, что Орден Тени — это не нейтральная организация, ставящая своей целью просвещение и познание науки и магии. А значит что? Правильно. Начнут исподтишка ставить нам препоны. А воевать и враждовать со всеми сильными мира сего — плохая идея.
Некоторое время все трое сидели задумавшись. Уважаемый Орваль шевелил губами, как семидесяти двух летний старик, а не крепкий импозантный сорокалетний учёный муж.
- Шеф, а ты ведь в первых наших беседах немного другое толковала? — наконец сформулировал он вопрос.
- Да всё тоже самое, уважаемый магистр науки — раз уж ты выбрал официальное обращение ко мне, то, позволь, и я тогда к тебе не по имени, — съязвила Вика, — Для того, чтобы на кого-то или на что-то влиять и воздействовать, вовсе не обязательно ввязываться в драки и быть в каждой бочке затычкой.
Они втроём засиделись допоздна. И Вике показалось, что до магистров магии и науки дошёл замысел шефа. Значит, не жирафы.
Их люди старались своему начальству не мешать, лишь Миока подходила уточнить, как будет организовано ночное дежурство.
Конечно, Вика могла дать команду всем отдыхать — она и в одиночку легко могла заменить и часовых, и сигнальные заклинания, но, как всегда, попаданка не собиралась мешать людям работать. Но, всё же, и тиранить своих людей Вика не стремилась. Поэтому, отдала распоряжение на поочерёдное парное дежурство.
Дежурный боец должен был ночью патрулировать стоянку, а один из слуг, в число которых пока включили и исцелённого браконьера, подкладывать в жаровни, установленные в шатрах, угли.
Дубок чувствовал себя на седьмом небе от счастья, с радостью демонстрировал свои пальцы и вызывался дежурить на всю ночь. Его энтузиазм Вика похвалила, но не поддержала.
Десятник егерей Оникар и бывший браконьер были людьми местными и опытными, поэтому ночлег организовали достаточно комфортный.
Вика, войдя в шатёр, почувствовала под ногами не только войлочное покрытие, но и лапник, который её люди собирали, пока она беседовала с магистрами.
 
В шатре было на удивление достаточно тепло от жаровен, а спальные места оборудованы из набитых шерстью подстилок.
Разумеется, раздеваться до нижнего белья она не стала, но ботфорты сняла и улеглась между Эрной и Юнтой, накрывшись вместо припасённого шерстяного одеяла подаренной медвежей шкурой.
Перед тем, как отправиться спать, попаданка вместе с подругой одарили всех своих спутников, включая и слуг, толиками целительской магии, что было воспринято с благодарностью.
По идее, Вика могла вообще не спать, но решила дать сознанию отдохнуть и погрузилась в сон.
Ей хватило пяти гонгов, чтобы полностью выспаться. Скажи ей кто-нибудь в прошлой жизни, что такое возможно, она бы не поверила.
- Иди, отдохни ещё немного, — предложила она Барку, выбираясь из шатра, — Я всё равно уже не усну. Подежурю вместо тебя. Пару гонгов у тебя ещё есть.
Наёмник упрямиться не стал и быстро скрылся в мужском шатре.
- Госпожа, я вёл себя дерзко и глупо, — воспользовавшись тем, что они остались вдвоём, Дубок решил наконец-то высказать свою благодарность и встал на колено рядом с сидящей у костра на бревне Викой, — Наверное, те, кто говорят, что нет никакого Единого, правы. Ты ведь одна из Семи?
Вика хмыкнула и посмотрела на браконьера. Нет, этот чудак, кажется, не использовал образное сравнение, а, судя по фанатичному взгляду, реально считал её кем-то из мифических семи божественных сущностей.
- Дубок, не сходи с ума, — попросила она, — Я просто сильная, очень сильная магиня. То, что ты не слышал о подобных случаях исцеления, вовсе не означает, что это невозможно. Понимаешь? Есть многое на свете, друг Дубок, что не доступно нашим мудрецам. Так что, отслужишь мне в этом походе проводником и будем считать, что мы в расчёте.
Браконьера её слова не убедили, он преклонил и второе колено.
- Я никогда не буду считать себя перед тобой в оплаченном долгу, — он всё пытался заглянуть ей в глаза, но не мог — Вика вяло ворошила веткой угли и смотрела на язычки пламени, — Если есть такое, что я могу…
- Котёнка.
-Э-э… что? — растерялся, сбитый с пафоса Дубок.
- Ты глухой? Котёнка, говорю, мне найди. Пушистого. Можно кошечку. Киску — будет даже лучше.
Получение конкретной задачи подействовало на браконьера отрезвляюще.
- Госпожа…
- Вика, зови меня Вика.
- Вика, но их нет.
- Да ты гонишь, Дубок, — возмутилась попаданка, также в пол-голоса, как они и вели разговор, — Как это нет, когда все говорят, что есть?
Браконьер истово, словно на исповеди, ударил себя кулаком в грудь.
- Врут, госпожа… Вика, как есть врут. Поверь опытному леснику. Только через восемь или девять недель появятся!
Попаданка чуть не постучала себя по лбу. Ведь и в самом деле здешние кошачьи в дикой природе имеют свои периоды размножения.
Получается, что она сейчас вела себя, как та самодурка-принцесска из сказки "Двенадцать месяцев", требовавшая подснежников в декабре.
- Всё, Дубок. Я поняла. Выполнение задачи откладывается. Зато появляется новая, но не для тебя, а для всех нас — кому-то не спится, как и мне. Встали с утра пораньше. И, чую, не с добрыми намерениями идут к Фридландскому тракту.
Вика посмотрела на насторожившегося браконьера и улыбнулась.
- Как думаешь, — спросила она, — Что для наших без пяти минут героев лучше — поспать подольше или идти в бой сытыми? Дубок, я серьёзно, без шуток спрашиваю. Ты бы что выбрал?
 
Тот размышлял не долго.
- Я бы лучше пожрал.
- Не пожрал, а поел, — поправила его Вика, — Научись выражаться прилично. В моей команде право говорить грубости, глупости, пошлости и непонятные слова и выражения имею только я. Уяснил? Тогда пошли поднимать личный состав.
Попаданка поднялась с бревна и отправилась к шатру, на котором вчера угольком ради шутки нарисовала букву Ж, в пику букве М, которую она же намалевала там, где ночевали мужчины.