Война (СИ)

- Да уж, — вслух сказала Вика, когда оказалась на опушке леса, за которой до самой речной глади Вены раскинулось большое открытое пространство, усеянное огромным количеством шатров, палаток, загонов для лошадей и скота, фургонов, телег, стогов сена, сколоченных длинных столов и скамей, ярко горевших костров, выгребных ям с насестами над ними из брёвен и две вышки — на западной и восточной границах расположения, — Смешались в кучу кони, люди, и залпы тысячи орудий слились в протяжный вой.
Она реально ожидала увидеть на месте стоянки регулярного герцогского войска хоть какой-то порядок. Но здесь оказалось всё устроено ничуть не лучше, чем в уже виденном ею возле Нола-Тора лагере наёмников. Даже хуже — тут толп народа было больше. И, кроме воинов, все те же их неизбежные спутники — торгаши, маркитанты, рабы и прочие.
Давно пора было бы всем спать, кроме, разумеется, часовых, но куда там! Похоже, веселье ещё только находилось в самом разгаре.
На одном из насестов над выгребной ямой, в трёх десятках шагов от Вики, совершенно не стесняясь друг друга, восседали, справляли нужду и переругивались явно подпитые дружинник и дружинница.
Сокрушённо покачав головой, Вика ушла в Скрыт и отправилась бродить по лагерю в поисках своего виконта.
Найти оказалось не так уж и сложно. Понятно, что Дебор не в одном из двух самых больших шатров — в них, наверняка, расположились сам граф Санок Карлайтский и главный маг войска.
Отпустила ли Гленская волчица своего самого сильного одарённого, графа Керра Лигонского, или направила с полками кого-то попроще, Вику не особенно интересовало. Но из долгих бесед с Флеммом, она уже понимала примерно местную армейскую субординацию.
Её виконт должен был расположиться в одном из тех полутора десятков шатров, расположившихся в один ряд вдоль реки, что имели размеры поменьше графских, но солидней, чем у сотников, чьи жилища-штабы разбросаны по всему лагерю. И Вика всё правильно рассчитала.
Как бы попаданка ни настраивала себя, что она уже близка к тому, чтобы относиться к зависимым людям, словно к говорящей скотине, как бы Вика разумом ни понимала, что Дебор пользуется добротой и лаской своих рабынь, а всё же, когда она застала его в походной постели на соломенном матрасе в гордом одиночестве, то испытала настоящую тихую радость, которую только немного портило то, что красавица-рабыня Пойца всё же имелась, хотя и сидела в отдельной комнатке шатра, пришивая пуговицу к хозяйскому камзолу.
Дебор, её виконт — только сейчас Вика по настоящему почувствовала, как по нему соскучилась — лежал с открытыми глазами, закинув руки за голову и глядя в потолок.
- Господин, может в жаровню углей добавить?
Голос старого Деборовского слуги Шумия Вика сразу же узнала и напряглась — войдёт или нет?
- Я же сказал, мне ничего не нужно, старина, — недовольно ответил виконт, которого отвлекли от размышлений, — Ложись уже спать. Нам завтра рано надо будет выезжать.
Раб что-то пробурчал за войлочной перегородкой, какими отделялись комнаты внутри походных жилищ, но разобрать его слов даже попаданка не смогла, с её-то обострённым восприятием ассасинов.
- На берегу пустынных волн стоял он, дум великих полн, — Вика вышла из Скрыта, до слёз жалея, что она такая дура набитая — не могла в платье переодеться, отправляясь на встречу с Дебором? — Или не стоял, а лежал, и не на берегу…
- Вика!!!
- Тихо ты, а то даже в вашем бедламе, называемым лагерем, тебя услышат, — смеялась попаданка, не вырываясь из объятий вскочившего с ложа и закружившего её по комнате Дебора.
Она даже ноги поджала, чтобы не мешать ему выражать свою радость.
На влетевших в спальню хозяина Шумия и Пойцу, виконт не обратил никакого внимания, они ему ни в чём не мешали, а вот Вика не собиралась в присутствии других делать то, что ей страстно захотелось. Она же не порно актриса, участвующая в реалити-шоу.
- Пусть они уйдут, — сказала она.
- Как же я тебя ждал, — он принялся целовать её лицо, — Кто "уйдут"? — до него дошли Викины слова.
 
- Да слуги же, Дебор. Ты всё такой же тормоз.
Едва изумлённые Шумий и Пойца вышли из комнаты хозяина, как Вика расслабилась и активно помогала любимому снимать с неё обувь и одежду. На кровать она сама толкнула его, не забыв поддержать его магией исцеления. Попаданка рассчитывала на бессонную ночь. И ей всё равно, что Дебор с утра куда-то собрался уезжать. Кстати, а куда? Ах, сейчас ей это стало всё равно.
  
Глава 29
 
Этой ночью поспать им довелось только под утро, и то, совсем немного — пару гонгов. Но усталости или утомления они оба не чувствовали совсем.
Вика поняла, что переполненный здоровьем благодаря её магии Дебор начинает просыпаться, и запустила руку в то место, которое мужчины ценят у себя больше всего, даже мозгов.
- Утро красит нежным светом стены древнего Кремля, — счастливо улыбнувшись, прошептала она и, прильнув ещё теснее к телу своего виконта, больно укусила его в плечо, — Прежде, чем уехать, куда ты там собирался, может подаришь мне ещё толику радости, а?
- Вика…
Ещё полностью не придя в себя и стоически выдержав боль от её острых зубок, Дебор попытался налечь на неё, но сам был опрокинут на спину.
И в момент, когда Вика его оседлала сверху, а пальцы виконта крепко сжали её ягодицы, в комнату вошли Шумий, с ведром для оправки нужды, и Пойца, с кувшином воды в одной руке и несколькими отрезами тканей в другой.
Не постучали, прежде, чем войти — понятно. Обо что тут в шатре стучать? Но хотя бы спросить разрешения-то могли! Вика испытала жгучее желание прибить обоих.
- Господин, госпожа Тень, — Шумий вежливо поклонился, как будто бы не понимал, дурак старый, в какой момент заявился, — Общая войсковая побудка. Пора.
Звуки местных армейских труб, напомнившие попаданке слышанные однажды в зоопарке рёв ишаков, и без подсказки раба Вика с Дебором слышали. Нет, вот какого чёрта припёрлись?
Её любимый виконт не хотел Вику выпускать из своих объятий, продолжая цепляться за её ягодицы, как клещ, и пытаясь продолжить столь многообещающее начало ласк. Но попаданка так не могла.
Она вскочила с ложа, забрав с собой одеяло, плотно закутавшись в него. А Дебор, раз ему всё равно, то пусть так и лежит под чужими взглядами в чём мать родила и с органом, стоящим, как жезл гаишника в ожидании мзды.
- Я не поняла, Шумий, здесь что, уже даже последний раб знает магиню Тень?
Слуга Дебора невозмутимо поднёс и поставил к кровати ведро, покачал головой и посмотрел на гостью, как на несмышлёную девчонку.
- Известия об Ордене Тени, получившего королевский фирман с пожалованием владений, об отряде, с которым под видом простой наёмницы путешествует сама великая магиня, об омоложении нашего доброго короля, об исцелении герцогини Адайской, все они широко разлетелись по королевству. А вас я видел в Милонеге, ваши разговоры с моим хозяином слышал…, - раб почему-то посмотрел с укором на севшего в кровати и схватившего Вику за кисть руки Дебора, — И я не последний раб, госпожа. Я служу старшему виконту Карлайтскому.
- Ах, вот оно что! Неужели ему самомУ?! — Вика выдернула руку и показала старшему виконту Карлайтскому язык, — Тогда понятно. А ну, вышли отсюда! Оба! Дебор, скажи им. Чего смеёшься? Пойца, подожди, — спохватилась она, — Ты мне нужна.
Рабыня, помогавшая Вике приводить себя в порядок, была услужлива и внимательна. Пойце даже не приходило в голову, что сама великая магиня Тень будет ревновать к ней её хозяина. А зря, между прочим.
 
Попаданка глядя на девушку — а Пойца и в самом деле была восхитительно красива, на взгляд Вики, гораздо привлекательней Неллиного облика, хоть и без суккубского бонуса — уже вынашивала планы расправы над соперницей.
Разумеется, бывшая байкерша не собиралась примерять на себя в этом мире роль Эржебет Батори — Кровавой графини или Чахтицкой пани, как ещё её называли — заистязавшей и замучившей до смерти сотни молодых служанок и крестьянок. В данный момент, Вика, пока Пойца поливала ей воду, рассматривала вариант освобождения девушки из рабства и её замужестве. Да. Хоть на том же Тарике.