Война (СИ)

  
Глава 19
 
Нищенка-детоубийца, похоже, уже давно впавшая в безумие от пыток, через которые ей пришлось пройти, от голода и жажды. Её пересохший рот со сточенными во время дознания зубами чуть слышно хрипел словами, от которых попаданку, самую крутую имбу этого мира, пробрала дрожь.
- Ты придёшь… я знаю… убей меня… ты должна… ты здесь?… конечно… ты ведь добрая… я видела… мои девочки… мне надо быть с ними… чего же ты ждёшь?… помоги…
Не в силах дальше это слушать, Вика ударом в висок лишила детоубийцу сознания, а затем сломала ей позвоночник в районе шеи.
Каких-то предосторожностей, чтобы не оставлять следов своих действий, попаданка соблюдать не стала.
Никто тут не будет проводить дознание и выяснять, от чего умерла преступница. Имелись два разложившихся трупа, соседствовавших с нищенкой в одной клетке, теперь к ним ещё одно тело добавится и будет разлагаться, пока окончательно не засохнет до мумии — Вика на такие уже успела насмотреться.
Стремясь быстрее покинуть это мерзкое место, попаданка воспользовалась пространственной магией и оказалась, буквально, в нескольких шагах от "Золотой горы".
В гостиницу она зашла обычным способом через распахнутые двери. Всё равно в Скрыте никто её не видел и не мог задаться вопросом, откуда в полночь возвращается наёмница из охраны магини целительницы.
- Хольтер, да что с тобой сегодня? — самый молодой в компании аристократов, в котором Вика по высокомерным повадкам и подобострастию к нему его приятелей легко определила младшего виконта Чупера Шройтена, толкнул избитого ею козла в бок, отчего тот скривился от боли, — Придумай, давай, мне какую-нибудь забаву, виконт. Только не с гостиничными девками.
- Прости, я и правда себя сегодня плохо чувствую, — вымучено улыбнулся наглец, оказавшийся виконтом Хольтером, — Со вчерашнего всё никак не отойду.
- Так лечись же сейчас! — вскочил со скамьи с кубком в руке и тут же чуть не упал тощий прыщавый парень, одетый победнее своих товарищей, — На, выпей, и думай, как развлечь нашего лучшего друга!
Всего компания аристократов насчитывала пять человек, из которых самым старшим по возрасту как раз был Хольтер, видимо, поэтому игравший роль массовика-затейника. Ему явно уже стукнуло восемнадцать.
- Чупер, я пойду к себе в номер, развлекайтесь без меня, — он не обратил никакого внимания на протянутое ему вино.
Понятно, с отбитыми печенью и прочими причиндалами не до весёлой гулянки. Как он ещё умудрился столько времени дотерпеть за столом. Вид у жертвы Викиной злости был жалким, вот только у попаданки никакого сочувствия к нему не было. Скотина, она и в Африке скотина. И на Алернии тоже.
Вон, с каким страхом трактирные девушки обслуживают этот стол. Видать, забавы, которые придумывал Хольтер добротой не отличались.
Кроме молодых дворян в зале засиделись ещё две небольшие компании офицеров и магов наёмных отрядов. Но эти не шумели, а вели себя вполне прилично, хотя и выпили, очевидно, не мало.
Вика поднималась в номер в плохом настроении. Сама не понимала, что с ней происходит. Никогда она излишним гуманизмом не страдала — когда в гараже их байкерского клуба кто-то завёл разговор о скопинском маньяке, Вика была среди тех, кто сетовал на отсутствие в стране смертной казни. Она искренне считала, что есть преступления, за которые надо расстреливать. И сейчас в её взглядах если что и изменилось, так только возможный метод изъятия жизни у того, кто её не заслуживает.
Тогда почему же Вике жалко убитую ею нищенку? Когда детоубийца сидела в клетке, то с дороги казалась почти старухой, но при ближайшем рассмотрении оказалась Неллиной ровесницей. Что заставило почти девчонку так жестоко поступить со своими новорожденными детьми? В голове у попаданки царил сумбур, и очень хотелось эти мысли выкинуть на свалку.
- Три девицы под окном пряли поздно вечерком, — Вика пушкинскими строками поприветствовала соратниц, — Эрна, а ты чего на моей кровати устроилась? Флемм, что ли, выгнал? Я думала, что ты сейчас под его руководством усиленно историю Алернии изучаешь.
 
В гостиничном номере вместо сонного царства попаданка застала девичьи посиделки.
- Вот зря шутишь, Вика, — подруга, в отличие от Барки и Миоки, уже давно перестала реагировать на внезапное появление шефа из Скрыта, — Я ведь действительно из бесед с Флеммом каждую неделю узнаю больше, чем за всю свою прежнюю жизнь.
- Ну так, зачем тогда время терять? Нет, серьёзно, чего не спится-то? Мы в Ожеле оставаться не будем. Пусть не с самого ранья, но до полудня точно, поедем дальше.
- Жалко, что ты не стала слушать балладу о слепом виконте, — шмыгнула носом Барка.
- Ах, вот вы о чём тут трёте? Ну, это без меня, — усмехнулась Вика, — Тут я пас. Эрна, освободи моё место. И хватит на сегодня — успеете ещё дорогой наговориться.
Юнта под утро вернулась довольной, но очень усталой. Пришлось Вике подбодрить её исцелением.
- Говори по тише, — одёрнула попаданка, — Миока с Баркой ещё спят.
Рабыня понимающе кивнула и наклонила кувшин — помогала хозяйке умываться.
- Госпожа, знаешь, кого ты отдубасила? — восторженно пискнула служанка.
- Ах, говори же скорее, моя подруга, я в нетерпении! — Вика мысленно чертыхаясь пыталась стоя разместиться в бадейке так, чтобы вода не лилась на пол ванной комнаты. Вот что за уроды, трудно душ что ли сделать? Ладно там, в походах и путешествиях, но ещё и в гостиницах мыться из кувшина? Дурдом какой-то, — Когда я отучу тебя интриговать и тянуть резину, Юнта? Не знаешь? Говори по делу.
Распознав по голосу, что недовольство хозяйки, как это часто бывает, связано с отсутствием гигиенических удобств, но никак не завязано на промахи самой служанки, Юнта пропустила недовольство Вики мимо ушей.
- Ты только представь, госпожа, это не просто виконт. А наследник герцогства Эморского! Хольтер его зовут, — рабыня встряхнула кувшин, — Подожди. Давай вылью всё и ещё наберу… Он недавно прибился к компании Чупера Шройтена, после того, как с Баувером, наследником шройтенской короны разругался. И теперь крутит королевичем, как хочет. Чупер только думает, что сам решает, а на самом деле…
- Это королевский сынок сам тебе сказал, что он думает? — иронично спросила Вика, переступая через бортик бадьи на холодный дубовый пол.
- Пороть не станешь? — с опаской спросила Юнта.
- Не стану, — тихо засмеялась Вика, принимая из рук рабыни большой кусок холста, выполняющий роль полотенца, — Обещаю, что в отношении тебя с рукоприкладством покончено навсегда. Только не думай, что тебе от этого станет сильно легче. Теперь у тебя будет другая линейка наказаний. Запоминай, — она оттолкнула руку Юнты, попытавшейся помочь ей вытираться, — Замечание, потом выговор, далее строгий выговор, предупреждение, последнее предупреждение и последнее китайское предупреждение. Если, вдруг, пройдёшь все эти ступени, то, клянусь, мы с тобой расстанемся. Продам или отдам кому-нибудь — решу это позже. Только, учти, как говорил один мой знакомый, покойник, "я слишком много знал".
Перспектива, нарисованная хозяйкой, рабыню сильно напугала. Но, похоже, не возможностью расправы, а тем, что придётся расстаться с такой удивительной и могущественной госпожой, служение которой обещало не мало благ в будущем. Юнта была хоть и не очень умной, но достаточно хитрой и пронырливой, чтобы это сообразить. За одни только уже полученные ею исцеления многие выкладывали суммы в разы большие, чем стоила сама Юнта. А ведь впереди возможно было и Омоложение. Рабыня и в самом деле о своей хозяйке знала очень много.
 
Она рухнула на колени, обхватив Викины бёдра руками.
- Госпожа…
- А ну, встань сейчас же, — хоть и тихо, но грозно приказала попаданка, — Ты пока ещё и на замечание не заработала. Так что, рано начинаешь волноваться. И вообще, ты меня почти полностью устраиваешь, если, конечно, не считать того недостатка, про который мы оба знаем, — Вика взяла за плечи поднявшуюся служанку и внимательно посмотрела ей в глаза, — К сожалению, исправить это я не могу даже своей магией. Видимо, это не физика тела, а сознание. Знаешь, Юнта, я ведь раньше о таких, как ты, только слышала или читала… впрочем, мы ведь сейчас не об этом. Рассказывай дальше. А то на самом интересном месте прервались.