Война (СИ)

Аргумент в виде выданного герцогом Гертером пропуска, предъявленный уважаемым Орвалем, убедил десятника в правомочности действий отряда магини Эрны, а известие об исцелении ею врождённых увечий Жагеты вызвал у унтер-офицера изумление.
- Сейчас точно начнёт намекать, чтобы ты какой-нибудь прыщик вылечила, — сказала Вика подруге, сидевшей с ней рядом и тоже, как галчонок, осторожно — чтобы не было заметно с улицы — посматривающая в окошко не закрытое ставнями, — Ну, точно.
- Ничего себе прыщик, — хмыкнула Эрна, — Да там рука чуть совсем не перерублена. Поможем? Ты или я?
За тыном находились четверо верховых егерей — остальные из десятка проехали дальше, видимо, проверить всё селение — один из которых держал руку перемотанную окровавленной тряпкой на перевязи.
- Думаю, что надо помочь, — кивнула Вика, — Заодно узнаем, что там в горах сейчас происходит. И это, давай сама поработай. Я смотрю, твоему резерву частое использование магии в моём присутствии идёт на пользу.
От греха подальше, показываться на глаза герцогским егерям Вика не стала. Подруга и сама великолепно справилась с исцелением раненого, а магистр науки подробно расспросил о положении дел на подступах к мятежному баронству.
Преисполненные признательности воины весьма подробно ответили на все вопросы Флемма. Десятник попробовал приударить за красавицей-магиней, но нарвавшись на холодный взгляд Эрны и злой уважаемого Орваля быстро всё понял и проявлять настойчивость не стал.
Пока её соратники общались с егерями в доме старосты, Вика решила первой помыться — чего зря время терять? — и когда Тарик вместе с вызвавшимся ему помочь Дубком натаскали в баню воды и протопили, отправилась туда с Юнтой.
- Зря ты не обращаешь внимания на таких, как тот бывший лейтенант, госпожа, — Юнта постепенно брала в привычку поучать свою хозяйку, а Вике, разморившейся в приятной истоме, опять было лень поставить рабыню на место, — Он ведь не пьяным вовсе угрожал тебе отомстить.
Юнта сама лично, разумеется, слов разжалованного из лейтенантов гвардии в десятники пехоты Неефхора не слышала, но узнала их от очередного своего дружка, служившего в замковой страже. Мужики вообще, оказывается, болтливы в постели, если их грамотно вываживать, а Викина рабыня подобным талантом обладала в полной мере.
- Да пошёл он в задницу. Крыса вонючая, — Вика из лежачего положения перешла в сидячее и приняла у помощницы тазик — мыть голову она не доверяла никому, хотя доставшиеся ей волосы не были такими густыми, как в прошлой жизни, а вода тут была мягкой настолько, что, казалось, мыльный раствор не смывается совсем, — Но ты правильно мне второй раз напомнила. Сделаешь это и в третий — вьежец любит троицу — когда вернёмся в Адай на обратном пути. Я ещё подумаю насчёт этого козла. Может, и правда, слишком он легко отделался.
Попаданка в новой своей жизни первый раз мылась в сельской бане и нашла, что здесь отличия не меньше, чем в городских или замковых.
Впрочем, Вика никогда особой любительницей парилок не была, поэтому её в общем-то всё устроило — температура воздуха в мыльне прогрелась градусов до сорока-пятидесяти, воды раб с браконьером натаскали много, Юнта с Зурой полки и лежаки отмыли дочиста — а что ещё нужно? То, что потолок низкий, так это ерунда.
- Завтра дознание будет, — Юнта и сама не забывала намываться, — Староста хочет выяснить, правда ли эти парень с девкой, которых егеря отловили, заблудились или хотели к разбойникам сбежать.
- Угу, — чем Вике не нравились местные мыльные растворы, так это запахом, поэтому смывала она их более тщательно, — И не было ли у них умысла на теракт? Юнта, как ты всё успеваешь узнавать? Ты же постоянно возле меня крутилась?
- Так, а баню-то нам с Зурой старостина девка помогала готовить.
- И в самом деле, — сообразила попаданка, — А тебя точно Юнтой всегда звали? Не Матой Хари?
Про известную разведчицу Вика однажды прочитала в путеводителе, который был вложен в спинку впереди стоящего кресла в самолёте, когда летала на отдых.
 
- Госпожа, прости за мой болтливый язык, — перепугалась рабыня, уловив в голосе хозяйки неизвестные интонации.
Откуда Юнте знать, что её повелительница часто улетает мыслями в жизнь, которую давно бы следовало забыть, да всё никак не получается. Да и не хочется, если по честному.
- Всё нормально, — успокоила её Вика, — Надо нам потихоньку заканчивать. Не одни. Другие тоже мыться хотят. Оставь это, потом постираешь, я вам с Зурой в любое время воды нагрею.
Дом старосты был хоть и не большим, но весь их отряд смог разместиться не особо-то и теснясь. Женщины вчетвером в одной комнате, а шестеро мужчин, включая двоих проводников — отца и сына Шоров — в другой.
Тарику и Зуре с Юнтой нашлось место в пристрое. Там, правда, не было ни камина, ни очага, но староста их обеспечил достаточным количеством волчьих шкур, так что вымерзнуть как мамонтам им не грозило.
В доме была ещё и третья комната, которая использовалась для готовки и еды, но её решили не занимать.
Встали ещё до рассвета. Зимний день был короче, и хотелось его использовать для движения по максимуму.
- Пойдём коротким путём? — спросила Миока, когда они одевались у себя в комнате.
Егеря рассказали о небезопасности пути мимо Фиморского водопада. И дело было вовсе не в разбойниках. Хотя банды водились и в этих местах, но было их крайне мало, и они не отличались многочисленностью. Просто не выдерживали конкуренции с остатками диких племён, которые сохранили родо-племенное устройство, жили высоко в горах, ни на энн не ставили любые власти и в голодный зимний период спускались в низины, чтобы грабить и захватывать пленников для человеческих жертвоприношений.
Поклонялись эти племена не Единому, а всем Семи богам, среди которых бог плодородия Рох требовал крови людей и животных.
- Да, конечно, — заспанная Вика пожала плечами, — Ты что, начала сомневаться в наших возможностях? Ну, где эта Зура с бадьёй? У меня нет желания в такую холодрыгу у колодца умываться. Блин, ну когда уже все заведут себе нормальные умывальники?
- Наш шеф сегодня не в духе, — пояснила Эрна Миоке и Барке, — Может, не будем торопиться в дорогу? Посмотрим дознание.
- И в самом деле, госпожа. Успеем мы в Ирг. Раз уж всё равно срежем путь. И короче, и дорога лучше, а с дикарями мы быстро вопрос решим.
- Вы не устали ещё от подобных зрелищ? — скривилась попаданка.
Ей и самой вначале было интересно посмотреть, как в этом мире происходит провинциальное следствие, но, после пояснений Флемма вчера, желание отпало. Ничего нового. Всё тоже физическое насилие. А уж, чем там будут несчастных молодых сервов охаживать, так какая разница?
- Всё, хоть какое-то развлечение, — сказала Миока, показывая вошедшей с бадьёй Зуре, куда её поставить, — А ты, — приказала она Тарику, принёсшему два деревянных ведра, наполненных водой, — Заноси и ставь рядом. И пошёл отсюда.
Вика поймала на себе по собачьи преданный и грустный взгляд Тарика, и настроение ещё больше упало.
- Надоело уже по горам лазить, — призналась она соратницам, — Хочется уже побыстрее порешать вопрос с бароном и вернуться в наш Акулий Зуб. Вы там займётесь делами — надеюсь, народ уже постепенно начал прибывать — а я отстрою себе бунгало в западной части бухты, куплю себе десяток красивых мулатов, и пусть надо мной опахалами машут, а я буду лежать целыми днями, пить вино, есть фрукты и загорать. Когда станет жарко, скомандую: ах, машите же на меня, машите, я хочу бури!
Её слова вызвали смех соратниц.
 
- Ты долго не вылежишь, — мудро заметила Эрна отсмеявшись, — я тебя уже знаю. А кто такие мулаты?
- А что такое опахало? — уточнила Миока.
- Вам-то зачем? — Вика сформировала конструкт Пламени и, как это она ловко уже научилась делать, подогрела воду в одном из вёдер, дав знак Зуре, что можно уже поливать из берестяного ковшика, — У одной Оникар, у другой Флемм. Мулаты нужны только…