Война (СИ)

Обнимание долго не продлилось, и гостей стали рассаживать за стол. Процесс этот оказался не простым и долгим. Вика с благодарностью вспомнила бабушкины советы — хорошо, что подкрепилась в "Ночной птице", иначе успела бы умереть с голоду два раза.
Рассаживал гостей тот самый, важный, раб, который приглашал в зал.
Эрне досталось место справа от герцогини, а Флемму с Викой — почти в самом конце длинного Т-образного стола, между дворянами и несколькими богатыми торговцами во главе с мэром.
- Барон Лор, — представился Вике сосед, — А ты, как я понял, компаньонка целительницы?
- Да, господин барон, — попаданка помнила, как ей нужно себя вести, чтобы не навлекать на себя лишних приставаний, и скромно опустила глазки, — Меня зовут Вика, и я алкоголик. Но моя благодетельница и подруга меня исцеляет, когда дело совсем плохо.
А ведь это был тот самый барон, чей управляющий содрал с них за проезд по Лорским владениям большую плату. Её размер составил почти десять лир. Впрочем, Флемм договорился, и вместо денег управляющему передали захваченного у Насмешника раба и четырёх лам.
Барон, ровесник герцога Адайского, был красив как Аполлон и глуп как пробка. Признание соседки он воспринял с воодушевлением — раз девушка не воздержана к вину, значит доступна — и принялся усиленно пытаться напоить Вику, постоянно уговаривая "попробовать этого чудесного вина, привезённого из Эритеи".
Однако, не на ту напал. Вика скромно вздыхала, вяло ковырялась двузубой вилкой в тарелке и от вина тихо, но твёрдо отказывалась.
К счастью, время на ухаживания у барона истекло довольно быстро — как только слово взял герцог Адайский.
Счастливый, но суровый муж Жагеты объявил о поддержке его требований к герцогу Цевихскому монархами Фридланда и Шройтена и о том, что эта поддержка будет оказана не только на словах, но и прямым участием королевских армий в походе на Датор. И кто бы мог подумать?
Следом поднялся один из гостей — коротко, чуть ли не налысо, стриженный мужчина с шевроном полковника, который оказался представителем фридландского короля — и сообщил, что в Адай уже выдвинулись два пехотных, один кавалерийский и один егерский полки, и что через неделю они будут у стен города.
Вике любопытно было наблюдать за реакцией Жагеты. Всё же, хоть формально причиной похода являлось не получение обещанного за неё наследства, но воевать-то собирались с её отцом и дядей — на первых порах, а дальше, возможно ещё и с кузиной Уранией, и с бывшим женихом Анером Гленским.
Герцогиня Адайская выслушивала все воинственные планы спокойно и даже вполне доброжелательно. Она много о чём-то разговаривала с Эрной и временами незаметно улыбалась через весь стол Вике. Феодальные взгляды на жизнь диктовали и соответствующие взаимоотношения между владетелями. Не то, чтобы родство ничего не решало, но оно отступало на задний план, когда начиналась борьба интересов.
В этом мире не было обычая произносить тосты, а выпивка без тостов — насколько Вика помнила — это пьянка. Собственно говоря, так оно и было. Несмотря на то, что перед гостями лежали буквально груды еды, как и положено средневековому феодальному застолью, гости в основном налегали на вино и эль.
Поскольку за столом присутствовало довольно большое количество дам, то принцип "в лесу о бабах, при бабах о лесе" исповедовался и в этом мире. Правда, в этот раз он был немного видоизменён, и вместо леса пошли хвастливые рассказы о походах и сражениях.
- Уважаемая, могу я с тобой поговорить? — Вику, когда она возвращалась к столу, просушивая руки, как это тут принято, потряхиванием кистей, подошёл один из богатых простолюдинов, — Есть небольшой разговор.
Примерно через гонг гости стали выходить из-за стола, чтобы переговорить с теми, до кого не докричишься, или навестить закуток прикрытый плотной, от самого потолка до пола, занавесью, выполнявший роль туалета.
Всё же во Вьеже порядки намного цивилизованней, чем у горных владетелей. На родине Неллы никто не организовывал уборную прямо в обеденном зале, пусть и в самом дальнем углу.
 
Так ведь мало того, что этот выделенный закуток предназначался и для мужчин, и для женщин, так ещё и обслуга, которая выносила оттуда вёдра и возвращала их вымытыми, была та же самая, что и прислуживала за столом.
Вика давно уже начала привыкать к условиям местной жизни, но некоторые закидоны — по другому она это не могла назвать — её нынешних современников просто вгоняли в ступор. Как говорила школьная подруга Галка, это просто трындец какой-то.
- Ко мне? — скромно удивилась Вика, бросив оценивающий взгляд на гостя и поняв, что перед ней, ну просто очень богатый, торгаш, — Вы не ошиблись?
Она посмотрела в сторону мэра — не он ли что-то наболтал про неё? — но тот спорил с соседом до покраснения и про Вику, похоже, не вспоминал.
- Нет, не ошибся, — доброе лицо торговца расплылось в улыбке, а на его протянутой ладони сверкнул скромный золотой перстенёк-печатка, — Это тебе в подарок.
- За что такая честь? — хмыкнула попаданка, не торопясь схватить дар данайца.
- Мне бы хотелось твоего содействия в личном вопросе.
Оказалось, что у этого торговца жена после родов третьего ребёнка испытывает частые боли, и богач готов выложить крупную сумму для её исцеления магиней Эрной.
Вике, помимо предложенного перстня, он пообещал за содействие неплохую сумму — десять лир. И в этом мире коррупция бывает не только чиновничья, но и корпоративная. Торговец хотел использовать лоббистские возможности компаньонки магини-целительницы, раз уж до самой уважаемой Эрны — это он хорошо понимал — через стену благородных, включая самого герцога, ему сейчас не пробиться.
- Увы, уважаемый, — вздохнула Вика, — Но я ничем помочь не смогу. Моя подруга потратила весь резерв на исцеление герцогини, и восстановится он не ранее, чем через три дня, а мы уже завтра покидаем ваш славный город. Так что, извини, твой щедрый дар не приму.
- Ну что ты, — проявил настойчивость заботливый муж, — Бери. Это за твоё согласие выслушать мою проблему, — он всунул перстень ей в ладонь, — А если — вы ведь будете назад возвращаться через Адай? — уважаемая Эрна сочтёт нужным со мной встретиться, то, как и обещал, ты получишь скромное вознаграждение. Я думаю, такая красивая девушка не откажется украсить себя какими-нибудь новинками.
Вика согласилась. Почему бы и нет? Вот ведь, умеют некоторые купцы работать и знают подходы. Перестав бояться данайцев, дары приносящих и взяв печатку, она вернулась на своё место за столом.
Барон Лор для попаданки опасности уже не представлял. Ещё после краткого выступления королевского представителя Вика поинтересовалась боевыми успехами аполлона и дальше уже думала о своём, лишь фоном, словно радио, слыша не мешающее ей хвастовство владетеля моста через Лору.
- Госпожа, — к Вике подбежал мальчишка-раб в длинной, как будто бы платье, рубахе, — Тебя хочет услышать герцогиня.
Вика посмотрела в сторону помоста и увидела, как Жагета ей улыбнулась.
Слуга приставил стул между креслом герцогини и Эрной, и Вика скромно присела на самый краешек.
- Вика, я успела с мужем переговорить, — Жагета говорила по дружески доброжелательно, но без улыбки, — В принципе он согласен, но хочет ознакомиться подробней с теми документами, про которые рассказала Эрна.
Несмотря на общий гвалт в зале, многие обратили внимание на честь, оказанную герцогиней простолюдинке, но увидев, что Жагета общается с ней довольно равнодушно, вернулись к своим обсуждениям.
 
- Документы у Флемма Орваля с собой, — Вика с укоризной посмотрела на Эрну, опустошившую чуть ли не все блюда в пределах досягаемости её рук, и поставила себе метку заняться манерами подруги, а то она в графини пролезть мечтает, а ведёт себя, порой, как скотница, — Может хоть сейчас показать.
Жагета кивнула, но за столом они просидели ещё почти два гонга — герцог Гертер не мог бросить гостей посреди пира.