Война (СИ)

Двойняшка понятливо кивнула и по пути, толкнув брата в плечо, вместе с ним быстро отправилась в один из гротов.
- Госпожа, — позвал её Клойк, — Кажется, это Насмешник, — он навёл острие меча на лицо скрючившегося в позе эмбриона длинного и худого как жердь мужчину, — Ноздри рваные, как и описывали.
Вика оценила свой резерв. Ожидаемо, значительную его часть "съело" пробивание Сферы, ну и Замедление в этом процессе поучаствовало. И всё равно, больше трети у неё осталось. Хорошо быть имбой, придавленной роялищем.
Она подошла к скорченному изуверу.
- О, майн гат, — с презрением и ненавистью глядя на подонка произнесла Вика, — Это вот это чмо наводило страх на людей десяток лет?
И в самом деле, вид Насмешника был жалок. Очень трудно представить в таком сморщенном старом человеке с изуродованным палачом носом, великого и ужасного атамана.
- Он это, не сомневайся, — подошёл к ним Оникар, — Спасибо, Клойк.
- Да за что? — усмехнулся наёмник, — Это госпоже нашей спасибо.
- За то, что оставил его для меня, — егерь схватил Насмешника за шиворот и легко поднял, как будто тот был не весомым, — Как же долго я ждал этого дня, ублюдок.
Вместе с атаманом в руки орденцев попали живыми ещё четыре бандита — трое ближайших подручных Насмешника и его подруга, разбитная девица, лет двадцати пяти — тридцати.
Ещё в руки Вики попали оба торговца из Фрида и четырнадцать рабов обоего пола и разного возраста, считая и двухлетнюю девочку.
Попаданке нисколько не было жалко попавшихся ей подонков, но смотреть на то, что вытворяли над ними Оникар и Клойк с Миокой, почему-то совсем не хотелось. А пришлось — негодяи рассказывали интересно.
Предположения Оникара и Вики насчёт начавшейся утилизацией своих подельников Насмешником полностью подтвердились.
К особому изумлению ближайших помощников атамана, перед своей мучительной смертью узнавших, что Насмешник планировал извести и их самих, добавилась и ярость Насмешника, когда выяснилось, что его подруга давно через торговцев была в сговоре с уголовным авторитетом Фрида, столицы королевства, и атамана ждала вовсе не судьба очень богатого горожанина, а ров вокруг городской стены, куда должен был отправиться его неузнаваемый труп.
Девка атамана кричала, ругалась отвратительными словами, даже пыталась плюнуть сгустком крови. И всё это не в адрес своих мучителей, а в сторону своего любовника. Столько у неё скопилось к Насмешнику ненависти.
- Да тут серпентарий настоящий был, — сказала Вика Эрне и Флемму, — Пошли отсюда. Больше интересного ничего не услышим. Я тут тайничок вижу. Эрна, посмотри на ту пещеру магическим зрением? Видишь сигналку? Вот так и палятся клады.
Трофеи отряду достались богатые. Насмешник не просто очень долго, но и весьма успешно орудовал в этих местах. Да и его торговые компаньоны хорошо помогали ему со сбытом награбленного.
Две с половиной тысячи лир только золотыми монетами, которые Вика сразу же убрала себе в Пространственный Карман, и примерно такая же сумма серебром. Может, чуть поменьше.
А ещё наличествовал не реализованный товар в виде тканей, в том числе и два рулона шёлковой, посуды, вина, изделий из железа и бронзы и всякой мелочёвки. Ну и рабы. Они тоже считались законным трофеем.
- Оникар, тебе твою долю сейчас выделить? — спросила Вика у егеря после обеда, приготовленного Зурой и Юнтой — кстати, у последней открылся кулинарный талант, — Ты можешь возвращаться в Нола-Тор. Наши взаимные обязательства друг перед другом выполнены. До Адая нас и Дубок доведёт. Он эти места лучше знает. Да и не стоит бирманскому егерю появляться во фридландском городе.
В это время наёмники и рабы стаскивали к главной избе всё найденное имущество и раскладывали его прямо во дворе.
Оникар посмотрел на руководившую учётом трофеев Миоку и улыбнулся.
- Буду благодарен, госпожа, — сказал он, — Только много денег мне не надо. Лишь для выплаты неустойки по расторжению контракта с герцогом Цивихским. Я хочу пойти на службу к тебе. Возьмёшь?
 
- Куда я денусь, Оникар. Конечно, возьму. И с большим удовольствием.
Торговцев, сотрудничавших с Насмешником, тоже казнили, хотя Флемм предлагал доставить их в Адай на суд герцога. Но тут не согласились егерь и наёмники — посчитали лишним выделять для них лошадей, предложили лучше забрать с собой больше поклажи. А гнать купцов пешком очевидно означало задерживать движение отряда.
По этой же причине решили взять себе только одного из захваченных рабов, остальных в Нола-Тор заберёт Оникар.
Те трофеи, которые не поместились на вьючных лошадей и лам, сожгли вместе со всеми бандитскими постройками перед уходом.
- Когда вас обратно ждать, госпожа? — спросил егерь Вику, бросив взгляд на унылых и напуганных трофейных рабов, готовых отправиться с ним в Датор, — И не сомневайся, я про тебя никому в Торе не расскажу.
- Жди меня, и я вернусь, — Вика вскочила на коня — около пяти лиг, по уверениям Дубка, можно было передвигаться верхом — и разобрала поводья, — Надеюсь, за неделю-две обернёмся.
Попаданка проявила такт и дала время Оникару отойти чуть в сторону и попрощаться с Миокой.
Участок, где им вновь пришлось спешиться оказался коротким, так что к вечеру отряд Ордена преодолел в общей сложности почти пятнадцать лиг.
- Что ты там говорил насчёт неприветливости барона Лора? — спросила Вика у браконьера, — Стоит нам ждать от него неприятностей?
- Так то и говорил, госпожа, — усмехнулся тот, спрыгивая с коня, — Одних только гадостей от него и стоит ждать. Меня бы он, попадись я раньше ему в руки, повесил вниз головой — любит он с охотниками так поступать…
- С браконьерами, — поправила Дубка Вика.
На ночёвку отряд остановился возле широкого ручья в восхитительно живописном месте.
Попаданка вообще, уже не первый день, всё никак не могла надышаться свежайшим горным воздухом и налюбоваться окружающими видами.
Нет, решено, на старости Вика лучше поселится в горах, а не у моря. Переведёт здесь всех разбойников под корень и заживёт на фоне Белухи — горы, круглогодично покрытой снегом и хорошо видной с половины территории Фридланда. Заживёт вместе с Дебором.
Он будет ходить на охоту, а она — сидеть вон хоть на той ровной площадке в позе лотоса и медитировать, принимая идущие из космоса чакры. Может даже станет Хозяйкой Медной горы.
- Э-э, ну да, — согласился Дубок, — С браконьерами. А таких честных путешественников, как мы, он норовит обобрать за переход по мосту через Лору. Этот мост его предку, говорят, ещё император пожаловал, когда тут была империя. Другого дохода у барона, считай, и нет, госпожа. Деревушка сервов у него одна, и та совсем крошечная и очень бедная. Был я там, два года назад.
Попаданка немного удивилась существованию такого своеобразного феодального владения, но Флемм, с которым она поделилась своим недоумением, лишь пожал плечами.
- А что ты удивляешься, Вика, — бывший декан присел рядом с попаданкой и заглянул в карту, — Во Фридланде таких баронов много. Все долины и тучные пастбища здесь принадлежат герцогам и графам, а дворянам попроще приходится довольствоваться совсем малым. Ты вообще в курсе, как появились нынешние владетели?
- Догадываюсь, но с удовольствием послушаю тебя.
Флемм подождал, когда к ним присоединятся остальные спутники — иметь вокруг себя больше слушателей бывшему декану всегда нравилось, особенно, когда среди них была и Эрна, магистр магии — и продолжил.
- Предки всех нынешних благородных когда-то были обычными воинами. Такими, как ты, Клойк, — улыбнулся он наёмнику, давно обратив внимание, что все Викины бойцы на таких вот привалах полюбили слушать его короткие и длинные лекции, — Просто в далёкие времена, очень давно, денег в обороте почти не было. Товары и продукты просто обменивались. А что нужно любому воину? Чтобы его служба оплачивалась. Вот и давали будущие короли своим воинам — будущим владетелям — на кормление доходы с земель. Но в этих местах плодородной земли не так много, как, скажем, у нас в Даторе. Вот и получали будущие бароны в наследственное владение доходы с мостов, рудников, озёр, где добывается рыба, или участки леса под бортничество.