Искушение босса папочки (ЛП)

Дерьмо.
Мой член дернулся в ее руке, и она стонет, зная, как сильно я ее хочу, зная, как сильно мы обожаем, когда она становится плохой девочкой, как сейчас. Прежде чем успел подготовить себя, она открывает розовые губы и обхватывает меня своим горячим ртом, скользя по моей толщине.
Я рычу, когда Лира заглатывает член, ее рука гладит меня и медленно дразнит мои яички, а ее язык скользит по нижней стороне члена. Она стонет, посылая вибрации через меня, и наслаждается мной. Я стону, чертовски завороженный, наблюдая, как этот идеальный сексуальный котенок, который, оказывается, любовь всей моей жизни, причмокивает и сосет мой член.
Но мне нужно больше.
Лира ахает, когда я дергаю ее вверх и поворачиваю, так что ее симпатичная, тугая попка оказывается лицом ко мне. Она стонет, снова прильнув ртом к моему члену и засасывая его глубоко внутрь. Но на этот раз я просовываю пальцы под пояс ее шорт и стягиваю их до колен.
Зверь рычит внутри меня при виде ее сладкой розовой киски. Я вижу, какая она чертовски влажная, ее соки блестят на ее половых губах и заставляет член пульсировать. Раздвигаю ее бедра и половые губки и погружаю язык глубоко в ее щель.
Лира кричит, когда толкаю язык в ее тугую киску и выхожу из нее. Дразня, скольжу ниже и начинаю вращать им вокруг клитора, постанывая в нее, когда лижу ее сладкую киску.
— О, черт, прямо здесь, дорогой, — она стонет, тяжело дыша и поглаживая мой член щекой. Она выгибает спину, толкаясь обратно в мой рот, когда начинаю языком трахать ее киску. — Прямо здесь, папочка!
Я рычу, просовывая язык так глубоко, как только могу, прежде чем вытащить его и двинуться вверх. Я стону, проводя языком по ее тугой попке, зная, что это сводит ее с ума. И, конечно, это дает желаемый эффект.
Все ее тело дрожит, и стон начинается глубоко в ее груди, когда дразню ее маленькую дырочку языком. Моя рука с резким шлепком опускается на ее задницу, и ее стоны начинают наполнять комнату. И сам стону, когда чувствую, как ее рука гладит мой член, а ее язык танцует на кончике, и в ответ толкаю свой язык глубоко в ее задницу, используя большой палец, чтобы дразнить ее клитор, пока не чувствую, что она начинает дрожать.
Я мог бы заниматься этим всю гребаную ночь, но когда Лира кончит, хочу, чтобы каждый дюйм моего члена был глубоко погружен в нее.
Я выскальзываю из-под нее и толкаю ее на грудь, а колени на диван. Лира стонет, выгибая спину и тяжело дыша в предвкушении. Я двигаюсь позади нее, держа ее шорты запутанными на коленях, прижимаю член к ее щели и дразню им. Ее скользкая влага покрывает головку и стекает по члену, и когда дразню ее, еще больше предсемени стекает по ее бедрам.
— Пожалуйста, — стонет она, задыхаясь и отталкиваясь, чтобы попытаться вобрать меня внутрь. — Черт возьми, не дразни меня, — хихикает она, всхлипывая от удовольствия, когда головка члена ударяется о ее клитор.
— Тогда скажи мне, чего ты хочешь, принцесса, — рычу я, мой голос низкий и резкий, и я чувствую, как она стонет подо мной.
— Пожалуйста, трахни меня, папочка, — шепчет она, задыхаясь, выгибая спину и позволяя своей киске скользить по набухшей головке члена. — Пожалуйста, засунь свой большой член в меня и трахни жестко. Пожалуйста.
Дразнить ее весело, но я могу сдерживать себя так не долго. И все, что для этого нужно, — это чтобы она так сладко умоляла меня потерять контроль. Я ввожу головку внутрь, а затем, прежде чем кто-либо из нас успевает перевести дыхание, погружаю каждый толстый дюйм члена глубоко в ее идеальную, тугую киску.
Лира кричит, и я стону, чувствуя, как ее горячие, скользкие, тугие стенки обхватывают меня, как будто она пытается высосать сперму прямо из меня, прежде чем я даже пошевелюсь. Я стискиваю зубы и сжимаю ее тугую маленькую попку в своих руках, втягивая воздух, чтобы удержаться от того, чтобы просто наполнить ее своей спермой преждевременно.
И я буду этого делать, запомните мои слова. Но сначала мне нужно почувствовать, как она кончает. Во-первых, мне нужно трахнуть ее тугое маленькое тело каждым дюймом моего члена, пока она не растает в лужицу. Я хочу, чтобы она кричала, молила о большем, пока ее скользкие, липкие соки стекают по бедрам и пачкают диван. А потом и я кончу. Тогда и наполню ее до краев своей горячей спермой, пока она не потечет из ее киски.
 
И прежде всего я должен заставить этого ангела кончить.
Я врезаюсь в нее, мои руки крепко сжимают ее задницу, пока широко растягиваю ее собой. Лира кричит, цепляясь за диван перед ней. Я отстраняюсь, только для того, чтобы одним толчком скользнуть внутрь на всю длину. Ее киска прижимается ко мне, втягивая меня обратно и пульсируя по всей моей длине, как будто она не хочет отпускать меня, пока вхожу и выхожу из нее.
Моя ладонь опускается на ее задницу, оставляя розовый след на ее коже и вызывая крик удовольствия. Ее киска сжимается вокруг, заставляя меня стонать, когда чувствую, как ее тело жаждет меня. Я трахаю ее быстрее и глубже, мои тяжелые, наполненные спермой яйца шлепают по ее клитору с каждым толчком, а мои бедра врезаются по ее заднице.
Я провожу рукой по ее спине и сжимаю ее волосы в кулак. Лира стонет, и когда натягиваю ее достаточно сильно, чтобы она ахнула, чувствую, как ее киска крепко сжимается вокруг меня. Мои мышцы напрягаются, и моя челюсть сжимается, когда вонзаюсь глубоко, позволяя ей почувствовать, как чертовски сильно она мне нужна. Я наклоняюсь над ней, покусывая и посасывая ее шею, снова и снова вгоняя толстый член в ее узкую щелочку, пока ее крики удовольствия не превращаются в один долгий стон, который никогда не хочу, чтобы заканчивался.
— Тебе нравится чувствовать, как мой большой член наполняет тебя, малышка? — я рычу, отодвигаясь так, чтобы только головка осталась внутри, прежде чем качнуть бедрами вперед и погрузить ее по самую рукоять в ее скользкое, влажное тепло. — Тебе нравится, когда папочка трахает эту тугую маленькую киску, пока ты не кончишь мне на яйца?
Лира кричит, выгибая спину и ударяясь бедрами в меня.
— Да, — стонет она.
Рукой, запутавшейся в ее волосах, я поворачиваю ее голову ровно настолько, чтобы мог прижаться губами к ее губам, и когда начинаю трахать ее так сильно, как только могу, ее стоны — самая сладкая на вкус вещь, которую когда-либо пробовал.
— Кончи со мной, ангел, — рычу я ей в губы, чувствуя, как яички набухают от желания освободиться внутри нее. Я врезаюсь по самые яйца, вонзаясь в нее, собственнически хватаю ее за задницу и прикусываю ее за ухо.
— Будь хорошей девочкой и заставь эту сладкую маленькую киску кончить на большой член папочки.
Лира словно взрывается подо мной. Все ее тело напрягается, и крик удовольствия, срывающийся с ее губ, так чертовски совершенен и сладок, что я немедленно накрываю ее рот своими губами и проглатываю его целиком. Ее спина выгибается, и она двигает бедрами назад, принимая меня так глубоко, как может. Ее киска пульсирует и сжимает меня, когда оргазм прокатывает по ее маленькому телу, ее сердцевина сжимается так сильно, будто выдаивая сперму из моих яиц, а я рычу и отпускаю себя.
Мой член пульсирует, наполняя ее лоно до краев, когда следую за ней через этот край. Я удерживаю себя там — так глубоко внутри нее, когда выпускаю струю густой, липкой спермы, слушая, как Лира ахает и умоляет меня о большем, затем чувствую, как сперма вытекает из того места, где мы плотно соединены.
Медленно, тяжело дыша, мы останавливаемся. Я переворачиваю нас, так что мой член остается в ее сладком раю, мои руки обнимают ее. Лира прижимается ко мне, мурлыча, как котенок, и делает так, что ее киска пульсирует и сжимается вокруг меня, чертовски хорошо зная, что это сводит меня с ума.
 
И она также, черт возьми, очень хорошо знает, каким твердым это делает меня.
— Я думаю, ты прекрасно знаешь, что лучше не начинать то, что не можешь закончить, — мурлычу я ей на ухо, позволяя пальцам скользить по ее коже. Я обхватываю ладонями ее мягкие груди, большим пальцем катая ее сосок.