Искушение босса папочки (ЛП)

Она.
Лира — подарок судьбы, который не ожидал встретить. Но, черт возьми, я рад, что она попала в мой мир. И теперь, когда она попала в мой мир, знаю одно превыше всего: я ни за что ее не отпущу.
— Часть моего приобретения фирмы Билла включала структурированное слияние. Целеустремленно, могу добавить. Да, Билл и его команда были здесь и работали в моем офисе, но они не были сотрудниками «Касл Кэпитал», официально.
— И из-за этого ты и твоя команда оправданы.
Я киваю, и Лира ухмыляется, ее глаза сверкают. — Не плохо. — Ее губы растягиваются в улыбке, и вижу, она собирается двинуться ко мне, но останавливается, и ее лицо темнеет.
— Подождите, так то, что вы сказали раньше... — она оборачивается к агенту Холл. — Насчёт Дэмиана.
— Он чист, — агент Холл пожимает плечами, вздыхая. — Поверьте, мы его тщательно проверяли.
И поверьте, так оно и есть.
По лицу Лиры я вижу, что Билл наверняка сказал ей то же самое дерьмо, что думают обо мне не знавшие меня люди и считают, что я крупнейший мошенник в мире. Хотите знать истину? Я не мошенник. Я не жульничаю, не использую сомнительные сделки и не склоняю правила в свою пользу.
Правда заключается в том, что я чертовски хорош в том, что делаю.
— В любом случае, если у нас возникнут какие-то вопросы, мы можем обсудить это с вашими сотрудниками.
Я киваю агенту Холл, которая, взглянув на Лиру, повернулась к двери.
— У вас прекрасный босс, мисс Уоррингтон. Он один из лучших.
Она официально кивает мне, прежде чем махнуть своей команде, и они уходят. И, наконец-то, я один со своим ангелом.
Полсекунды мы смотрим друг на друга, и Лира бросается ко мне, ее руки обвиваются вокруг моей шеи, а лицо утыкается в мою грудь. Я держу ее крепко, собственнически, так как она моя и я никогда не отпущу ее. Приподнимаю ее голову, а затем яростно целую, чтобы напомнить, кто мы есть, когда мы вместе.
— Так ты с ними работаешь? — тихо спрашивает она, отодвинувшись. — С ФБР, я имею в виду.
— Нет, неофициально, но агент Холл и ее команда пытались найти на меня кое-какое дерьмо, но им не везло. Я не виню их за это. На самом деле уважаю их за усердие. И мои бухгалтерские книги всегда открыты для них, потому что я не вор
Она смеется, прикусывая губу, и медленно качает головой. — Так ты очень хорош в том, что делаешь, да?
Я хищно улыбаюсь ей и крепче сжимаю ее в объятиях. — Ты мне скажи, ангел.
Она зарделась, но охотно соглашается, ее глаза блестят.
— Я знал, что Билл и «Риджент Кэпитал» были грязными, как мусоровоз, задолго до того, как предложил ему сделку о «слиянии». Его записи были полны ключами к разгадке его дерьма и его незаконных дел, вот почему я выкупил компанию. Теперь помогу ФБР, но я не стукач. Я им не говорил ничего, им нужно лишь посмотреть бухгалтерские книги.
Я взял ее за руку и повел к дивану, в другой конец офиса, оттуда открывался вид на весь город.
— Я знал, что его собираются арестовать, вот почему так структурировал сделку. Я привел его в «Касл Кэпитал» и постепенно взял лучшие части «Риджента», выкупил контракты его чистых, не криминальных сотрудников, и просто позволил им самим копать себе могилы. Когда новость об его аресте попадет в газеты и когда его инвесторы услышат, что доверенные сотрудники и трейдеры его компании теперь работают на мою компанию, они тоже будут у моими.
Я усмехнулся.
— О, и, конечно, я подам на него в суд за то, что он не раскрыл свою преступную деятельность до слияния, так что авансные деньги тоже возвращаются ко мне.
Лира качает головой с гордой улыбкой на лице, а потом нежно целует меня.
— Ты всегда получаешь, что хочешь, так ведь?
— Всегда, — рычу я, хватая ее крепче. Она пищит и хихикает, когда тяну ее к себе на колени и сажаю на свой твердый член. — Я всегда получаю то, что хочу, и ангел? — наклоняюсь и губами касаюсь ее губ.
— Ты — то, что я хотел больше всего на свете.
Наши губы сливаются в голодном, жарком поцелуе. Она стонет, ее бедра двигаются по мне, а руками тянет мою рубашку, пока я целую её глубже. Я обхватываю ее задницу, а мой язык исследует её рот, и глотаю ее стоны срывающиеся с ее губ.
 
Постепенно чувствую, как она напрягается, и когда отстраняется, вижу тень на ее лице.
— Ангел?
Она смотрит вниз, нахмурив брови.
— Моя семья… Я имею в виду, что мой биологический отец оставил нам не так уж много, и когда Билл уйдет, у моей мамы ничего не останется. — Ее брови морщатся больше, губы сжимаются. -
Я говорю о том, что у меня ничего не будет
— Конечно же, у тебя будет, — яростно рычу я, прерывая ее речь, и обхватывая ее лицо руками. Я пристально смотрел ей в глаза, ни разу не моргнув.
— У тебя есть я, и ты всегда будешь моей, — возражаю я. — Навсегда, ангел. У тебя будет все, что может понадобиться или чего ты захочешь. Если у тебя есть желание сидеть сложа руки и ничего не делать весь день, так и будет. А если хочешь работать и стремиться построить то, что принадлежит тебе, считай, что твое желание исполнено.
По ее щеке скользит одинокая слеза, я стер ее своим поцелуем.
— Ты будешь иметь весь мир у своих ног, ангел. Так же как и твоя мама. Чтобы ей ни понадобилось, все будет сделано.
Я беру ее лицо в руки и пронзительно смотрю в ее глаза.
— Все, что угодно, малышка, — горячо рычу я. — Попроси у меня чертово солнце, и я достану его тебе упакованную в коробке.
Но прежде чем успел еще хоть что-то сказать, она руками обхватывают мою шею и ее губы врезаются в мои, и она целует меня крепко. Я рычу и, притянув ее крепче к себе, целую с голодом, как будто не хочу отпустить её никогда. И когда отстранился, уже знаю, что собираюсь произнести.
Черт, я уже знал это в ту же секунду, как увидел ее.
— Я думаю, ты должна выйти за меня замуж.
У Лиры распахиваются глаза, а ее губы раскрываются таким милым, сексуальным образом, что мне хочется засосать их между своими губами и толкнуть ее обратно на диван. У нее перехватывает дыхание, и я наблюдаю за ее реакцией, как она медленно сглатывает, ее глаза изучают мои.
— Это было предложение руки и сердца? — тихо спрашивает она, так тихо, что это похоже на легкое дуновение ветерка.
— Нет, — рычу я. — Это факт.
Она ахает, ее руки взлетают к лицу, когда поднимаю ее с дивана на ноги, целую в щеку, а затем опускаюсь перед ней на одно колено. Весь гребаный Нью-Йорк блестит в лучах послеполуденного солнца, и когда свет танцует на ее лице, я каким-то образом влюбляюсь в нее еще больше, как будто это вообще возможно.
Я готов к этому. Я был готов искать эту девушку всю свою чертову жизнь. Я был готов заявить на нее права, сделать ее своей и яростно защищать ее от всего в этом мире. Я был готов любить ее и иметь детей, и создавать с ней семью.
И сейчас, когда ее нашел, поверьте моему слову, так и будет.
Она плачет, когда достаю кольцо. Как уже говорил, я ее искал и подготовился к этому моменту. Хранил кольцо в офисе до наступления момента, когда бы оно понадобилось. Забавно, что оно ей подходит. Это ее стиль, с потрясающим размером и блеском, чтобы ошеломить ее, но не настолько, чтобы затмевало ее красоту, ее особенность.
Я открываю коробочку и поднимаю на Лиру взгляд, смотрю в ее большие синие глаза, на ее рыжие волосы падающие на ангельское лицо.
— Выходи за меня.
И это не вопрос, это утверждение.
— Да! — Лира с плачем падает в мои объятия, я прижимаю ее крепче, пока она поцелуями покрывает мое лицо.
— Будь моей королевой, ангел, — рычу я в ее шею, целую ее кожу и держу крепче. — Будь моей королевой, роди мне детей и будь моей навсегда.
 
Она все повторяет «да», пока притягиваю ее в свои объятия и веду к личному лифту в мой пентхаус и, конечно же, в мою кровать.
С начала Лира соблазнила меня.
Потом я сделал ее своей.
А сейчас она моя, а я ее.
Я не сдаюсь, беру то, что принадлежит мне, и удерживаю.
И буду беречь своего ангела всегда.