Младший сын князя. Том 4 (СИ)

— Тут мне трудно с вами поспорить, — вздохнул Вадим. — Ладно. Просто напомню — вам нужно пять побед подряд в течение недели, чтобы получать возможность самостоятельно бросать вызов или отказаться от боя. Если до этого вы захотите отказаться, то вас больше не пустят. Есть у них какая-то штука, которая позволяет понимать, приходит к ним один и тот же человек или это кто-то другой. Прозвище тоже можно взять только после пятой победы или же выбрать предложенный зрителями.
— Прозвище? — поинтересовался я. — Ты про него не говорил.
— Это чтобы вас зрители и спонсоры узнавали среди множества других, — тут же пояснил Вадим. — И да, бои могут идти один за другим, а могут с перерывами. Церемониться с вами не будут, пока не получите своё имя на этой арене.
— И убивать тоже нежелательно, поскольку это уменьшает количество баллов в глазах спонсоров, — процитировал я то, что Вадим говорил мне до прихода сюда. Просто он решил всё ещё раз повторить, видимо, волновался.
— Целители тоже не положены, только если заранее своего не приведёте. Возможно, будучи «мясом без имени» привлечёте внимание спонсора и он вам его подошлёт за свой счёт. Как только у вас появится соответствующее прозвище, вы сможете выбирать противников сами, и я смогу вам в это помочь. А до этого никак.
— Хорошо, Вадим. Не переживай, — успокоил я своего слугу, похлопав того по плечу. — Займи трибуну и наслаждайся зрелищем.
К слову, Вадима я выбрал не просто так. Несмотря на его внушительные знания об этом месте, я хотел взять Тимофея — тот всё-таки собирался набраться опыта, и поэтому желательно, чтобы он наблюдал за моими поединками.
Однако Тимофей выглядел очень приметно и успел много где засветиться (ко всему прочему, он, как и Анна, не очень одобряли моё решение так рисковать собой), в отличие от Вадима. Последнего видели разве что на аукционе Суворовых, да возле поместья Киры. С ним будет гораздо сложнее провести связь со мной, пусть и не невозможно.
Ко всему прочему, Вадим чаще остальных выходил в город и знал, как стоит одеваться, чтобы соответствовать образу простолюдина. Ко всему прочему он знал, как сделать так, чтобы наша машина затерялась среди множества других и чтобы её было тяжелее связать со мной и с тем, что она выехала из поместья.
Было даже предложение уехать в фургоне, который доставляет нам еду, а затем сойти и пересесть в заранее подогнанную машину. Но я этот вариант отклонил, потому что пришлось бы всё равно задействовать других людей. Хотя в целом идея была вполне себе неплоха. В целом.
С этими мыслями я пришёл к регистрационной стойке, которая выглядела как будка, внутри которой сидел хмурый охранник лет пятидесяти. Возле неё к этому моменту собралась очередь из десятка человек.
Эти, к слову, вообще не являлись магами — тут практиковались и просто бои без правил, и они во многом выступали «мясом» для разогрева перед сражениями одарённых, которые могли продемонстрировать хоть что-то захватывающее.
Да, на подпольной арене можно заработать в несколько, а то и в десятки раз больше, чем на обычной средней работе, но и риск несопоставимо выше.
Сюда ведь приходят не от хорошей жизни, в том числе и те, кто не прошли проверку для участия на столичной арене. Не удивлюсь, если сюда в первую очередь приходят за кровавым зрелищем и кто-то готов его обеспечить.
Хотя, возможно, я и впрямь ошибаюсь, и магов тут прилично. Что-то у меня совсем вылетело из головы, что смерть здесь — обычное явление, даже если убийство участника как таковое несильно приветствуется. Тут же почти все поголовно — это бандиты и психопаты, и лишь немного обычных людей, которые немного разбавляют общий фон.
Наконец-то подошла моя очередь.
— Номер, — коротко бросил я, дожидаясь, когда мне дадут номер, как и предыдущему участнику с которым никакой заминки не возникло.
— Маг, что ли? Чего маску нацепил? — невнятно процедил в ответ охранник.
Ещё и акцент у него был какой-то странный, что вместо гласных получались одни шипящие звуки — приходилось прикладывать усилия, чтобы разобраться в том, что он говорит.
 
— Маг. Проблемы? — таким же тоном ответил я охраннику.
Нужно всё-таки соответствовать образу. Слабаков здесь не уважают и вежливость как раз воспринимают за слабость.
— Если маг, сначала проверку силы пройди, потом ко мне шуруй. Чеши отсюда, — грубо ответил мне охранник, отмахнувшись от меня рукой.
Впрочем, чему тут удивляться, какое место — такие люди.
Пришлось пройти проверку силы, благо это было быстро. На полу находился специальный рунный круг, который позволял определить если не точный, то примерный уровень сил мага. В моём случае ожидаемо отобразилось, что я маг второго круга.
Правда, не учли того, что я приметил ещё один, скрытый от глаз рунный круг в замысловатой форме, которую создавали рунные цепочки — я с такой не сталкивался никогда, но судя по тому, что я понимал в этом переплетении рун, она должна была запомнить личность человека. Возможно, если бы я наступил на неё снова, то хозяева этого места об этом бы сразу узнали. Непонятно, правда, для чего её использовали.
После проверки я вернулся к тому охраннику, с которого всё и началось. В этот раз очереди уже не было.
— Номер, — всё так же коротко ответил я.
— Обождёшь, — процедил охранник и я заметил, что в его будке находится небольшое прямоугольное устройство с рычагом, явно выдающее билеты. И что интересно, к нему тянулись нити маны.
Охранник нажал на рычаг, и я увидел в разъёме пластинку. Практически моментально по ней ударил пресс, оставив на ней след цифры. Это у них пресс изменять свою форму может, что ли? Интересно.
— Тринадцатый, — злорадно улыбнулся щербатым ртом мужчина. — Я даже тебе сочувствую, дружочек. Невзлюбила тебя шайтан-машина, — с усмешкой на лице сказал охранник. — Прикрепишь на грудь, чтоб видно было. Когда озвучат номер, выходишь и сражаешься.
— Обойдусь без твоих сочувствий, — ответил я, выхватывая из его рук пластинку и крепя себе на одежду.
В этот раз взял пользовался самым обычным комплектом брони, которую можно достать практически где угодно, чтобы не возникло лишних вопросов по поводу защиты. По крайней мере, меня в этом заверил Вадим.
Получив номер, я наконец-то мог пройти в комнату ожидания, где находились такие же, как и я ожидающие начала своего боя. Никто из них явно не имел желания болтать. Все просто сосредоточенно ждали, когда их позовут, недобро поглядывая на будущих соперников.
Разумеется, ни о каких целителях в этом месте даже не приходилось говорить. Зато я имел при себе лечебные пилюли — достаточно дорогое удовольствие, спасающее от множества травм. Ну а серьёзные травмы я мог бы залечить уже у Георгия Иннокентьевича. Правда, доводить до такого не хотелось.
В любом случае, давать себя убить я не собирался.
Поэтому мне тоже не оставалось ничего иного, как дождаться своей очереди. В медитации время пролетело незаметно, и где-то через минут сорок, назвав мой номер, меня вызвали на арену. А то я уже думал, что это затянется и того дольше.
Вот уже находясь на площадке самой арены, я удивлённо смотрел на трибуны. На мой бой собралось не меньше тысячи человек, и все галдели на своих местах.
Среди такой толпы Вадима выделить было бы просто невозможно, поэтому я даже не стал пробовать это делать, и вместо этого прислушался к их словам, которые через общий шум доносились до меня.
А звучало в основном одно и то же: «мясо», «несчастливый номер», «груша для битья», «отбивная» и прочие неприятные словечки — ведь это ещё были более-менее вежливые. Контингент тут собрался, конечно, своеобразный. Правда, среди этого сброда находилось и высшее сословие.
На каждом углу трибуны возвышались небольшие постройки, которые, по всей видимости, предназначались для самых обеспеченных зрителей. Нечто похожее вроде бы было на аукционе Суворовых. Эдакое ВИП-ложе.
Забавно, что идеи и реализация почти везде одинаковые. Либо организаторы просто не заморачиваются с этим и городят одно и то же.