Окно на северную сторону (СИ)

 - Эй, новенький! Как там тебя? Авиан! А стирать кто будет? Не охренел ли ты, парень? Мы, кажется, все решили уже!
 - Эмм... - неловко пробормотал Авиан, припоминая утренние советы Далиана. - Я помню. Я постираю. Полежу немного, а потом... - Карие глаза Хесса недобро сверкнули. Он ничего не говорил, но и взгляд был достаточно красноречив, чтобы пустить по коже Авиана россыпь нервных мурашек.
 - Хесс, отвали от пацана! Что ты нудишь? Он все сделает, - вмешался Эльман, но Хесс лишь стиснул зубы и ничего не ответил. Он ни на мгновение не отводил взгляд от Авиана, и тому казалось, что в этих глазах виднеются обещания всех смертных казней, если он немедленно не послушается.
 - Ничего. Я пойду сейчас, - в конце концов, прошептал Авиан. Как же ему хотелось в такие моменты быть альфой. Даже не самой сильной, нет. Самой обычной, среднестатистической альфой. И в таком случае он бы возмутился и не позволил бы Хессу командовать. Да, глупо, но это позволило бы сохранить гордость! И плевать, что его бы избили до полусмерти, зато он бы проявил характер. Но Авиан был бетой, а значит рисковал стать не просто куском окровавленного мяса, а общей подстилкой, которой будут часами накачивать сперму в рот и задницу, не беспокоясь о его собственных желаниях и потребностях. Этого Авиан не мог пережить. Слишком низко, примитивно, животно. А он был личностью. Наверное, даже больше, чем альфы и омеги, которые руководствовались инстинктами. Авиан же надеялся лишь на разум, подсказывающий ему, что роль общей шлюхи - не его.
 - Вот и хорошо, - наконец-то произнес Хесс. - Одежда вон в том углу, - он указал на стул, где лежали вещи, а потом обратился к Далиану: - Проводи его и объясни все по пути.
 - Окей, давай помогу донести, - Далиан ободряюще улыбнулся и сгреб часть одежды в охапку. Хесс тем временем постучал в дверь, подождал пока в окошке появится толстое лицо надсмотрщика и что-то прошептал, указывая на двух бет. Спустя секунду дверь открылась, и Авиан медленно вышел, стараясь не встречаться взглядом с Хессом. Он уже ненавидел этого напыщенного осла.
 ***
 - А где стиральные машины? - осмотрев прачечную, поинтересовался Авиан. Сейчас здесь никого не было, кроме их с Далианом и охранника, поэтому его голос звонким эхом отдавался от стен и высокого потолка. Надсмотрщик громко захохотал, уперевшись руками в ляжки. - Я сказал что-то смешное?
 - Авиан, здесь стирают руками, - поспешил пояснить Далиан. - Вон миска, раковины, мыло. Все. Повесишь вон там. Только смотри, именно там! Не дай Господи чего-то не досчитаешься! - Авиан пытался уследить за пояснениями Далиана, но все равно растерянно замер, когда тот на пару с охранником ушли. Его же закрыли здесь, сказали постучать, когда закончит. Идиотские правила... Только сейчас Авиан понял, насколько здесь холодно. Изо рта вырывались белые облачка пара. Он зябко передернул плечами и потер замерзшие ладони. Согреться это не помогло, поэтому Авиан решил как можно скорее со всем справиться и вернуться в относительно теплую камеру.
 Через два часа Авиан был готов перегрызть себе вены. Он не был неженкой, но и заниматься домашним хозяйством прежде не доводилось. Их семья была достаточно обеспеченной, чтобы иметь штат прислуги. А теперь он стоял на коленях перед миской с ледяной водой и пытался стереть следы спермы с чьих-то черных трусов. Пальцы отказывались слушаться, на ладонях вспухли огромные волдыри, которые жутко жгло щелочным мылом. Горячей воды здесь, видимо, не предвиделось, поэтому пятна выводились с трудом, Авиан стер руки до крови. В конце стирки ему хотелось просто расплакаться, словно омеге. Им-то не стыдно, они хрупкие и нежные, а Авиан не мог себе этого позволить. Поэтому он вновь и вновь тер одежду, даже пропустил обед, о котором уже давненько возвестил гулкий сигнал.
 
 Еще через какое-то время дверь открыли, и в помещение вошли две беты с охапками вещей. Авиан окинул их быстрым взглядом и отвернулся - ничего примечательного. Он, конечно, слышал шепот за спиной и противное хихиканье, но никак не отреагировал. Право-слово, теперь он не мог стереть собственную кровь с белой майки, а учитывая размер, она наверняка принадлежала Хессу. И, естественно, это волновало его в разы сильнее, чем глупые сплетники, перемывающие ему кости.
 - А мы тебя видели в столовой. Ты новенький, с Лианом в камере, да? - послышалось за спиной. Авиан стиснул зубы, с досадой смотря на новый алый мазок на белой ткани. Интересно, это теперь вообще реально отстирать? Он с запозданием понял, что так и не ответил, поэтому коротко кивнул и бросил рассеяное "да".
 - И как? На "чернуху" отправили? - эти вопросы принадлежали уже другой бете. Голос был насмешливым, создавалось ощущение, что они специально нарываются на скандал или даже драку. Хотя Авиана это не удивляло - если бы его "пользовали" все, кому не лень, он бы тоже не упускал возможности пнуть слабого и выместить на нем обиду и злость. Но быть слабейшим Авиан не планировал. Настолько уронить достоинство семьи, чтобы играть по правилам каких-то неудачливых проституток, он не мог себе позволить. Не мог подвести Кристиана, верящего в него.
 - Как и вас, насколько я вижу, - пожав плечом, произнес Авиан. Оборачиваться он не хотел, слишком много чести. Он, конечно, был совсем тщедушным и явно проиграл бы любую драку, но что для восемнадцатилетнего мальчишки угроза быть избитым, когда задевают гордость? Он не мог ответить Хессу и другим альфам, но здесь не собирался преклоняться. Не тот случай, не те люди. Они не посмеют его насиловать. Не имеют права по статусу.
 - Ты, сученыш, не умничай больно, ясно? - Авиан услышал тяжелые шаги и шумное дыхание. Хотелось вскочить - сидеть на корточках и спиной к возможному противнику было не комфортно. Но и проявлять трусость нельзя, поэтому он, как ни в чем не бывало, продолжил стирку. - Ты, блядь, слышишь меня?
 Авиан не успел ничего ответить. Пряди на затылке обхватили цепкими пальцами, голову больно дернули вверх, а потом также резко наклонили вниз. Благо, миска, стоящая впереди, спасла лицо Авиана от "встречи" с полом, но он все равно ощутимо ударился переносицей о металлический край. Как-то отдаленно еще почувствовал, как полилась кровь, заливая губы и попадая в рот, а потом уже не соображал ничего. Он ударил нападавшего локтем в живот, тот жалобно закряхтел и согнулся пополам, чем Авиан воспользовался, повалив его на пол. Мыльная вода разлилась, миска жалобно зазвенела, перевернувшись, но было уже плевать: все внимание переключилось на хаотичные удары, которыми Авиан пытался справиться с более крупным противником. Впрочем, долго их катание по полу не продолжалось: в помещение вбежал охранник, что-то громко прокричал, несколько раз ударил дубинкой по ребрам, и этого хватило, чтобы бета медленно поднялся. Он злобно посмотрел на Авиана, но, конечно же, ничего не сказал.