Архитектура любви (СИ)

Я делала глубокие, обжигающие вдохи, и казалось, не могла надышаться этой свежестью.
Вспоминать то, что сегодня было сказано и сделано за столом, совершенно не хотелось. Было стыдно. Стыдно, что вела себя как последняя…
А как кто, я себя вела?
— Почему ты сбежала?
Опять он.
Не оборачивайся Вика, только не оборачивайся. Молчи. Ничего ему не говори.
— Тебе плохо? Может быть вызвать врача?
Чего?
А вот тут я обернулась.
Откуда эта забота???
Глаза в полумраке преддомовой территории хоть и освещенной небольшими, уютными фонариками, не казались более стального оттенка. Они были темными, пугающими. И внимательно наблюдающими за мной.
— Вика…
— Все в порядке, не стоило беспокоиться.
— Мне так не показалось, ты слишком быстро и резко уш…
— Артем, в чем ваша проблема? — я устала. Только сейчас почувствовала, что силы покидают и больше всего на свете хочется сбежать ото всех, укрыться и вытянуть ножки. А еще не думать и не вспоминать все, что произошло.
— Проблема?
Кажется, он действительно не понимает.
— Что вы до меня докапались? Мы с вами виделись всего пару раз, нормального разговора не получилось, только оскорбления и недопонимания. Сейчас что вам от меня нужно?
Отчего-то тело сотрясала дрожь. То ли от мороза, то ли присутствия рядом этого человека. Вот поди и отгадай.
— Я всего лишь побеспокоился о тебе. — хмыкнул Артем. — Но ты и это воспринимаешь в штыки. Сплошная колючка.
— Не нужно мне ваше беспокойство! — голос стал звучать громче, но я не могла себя контролировать. — Я вас об этом не просила. И вообще, почему весь вечер делаете намеки, подкалываете…пытаетесь унизить? Какое вам вообще до меня дело? Боитесь, что моя мама и тетя Света сосватают меня вашему другу, а ему такого «счастья» не желаете? Ну так и мне он не нужен, как собаке пятая нога!
— Вика…
— На танец зачем-то пригласили. Зачем? Чтобы опять как-то оскорбить? Я вас не понимаю, Артем. Вот совсем не понимаю.
Я говорила, говорила, захлебываясь эмоциями, которые лавиной накрыли меня в одну секунду и не отпускали, перекрывая разум. Жестикулировала, мотала головой и в итоге пришла в себя только когда почувствовала объятия. Крепкие, мужские объятия и аромат парфюма, а может и самого мужчины, но такой дурманящий, уносящий в другую реальность.
И губы. Жесткие, слегка обветренные. Разве такие губы могут быть у франта? Но Боже, сколько эмоций тут же обрушилось на меня!
Туман в голове и сердце, что безудержно отстукивало бешеный ритм. И я, словно один большой оголенный нерв, прикосновения к которому дарили волны удовольствия, прокатывающиеся в эту минуту по телу. До чего же хотелось сбросить ненужную одежду и прикоснуться к нему, почувствовать его. Кожа к коже. Вдох к вдоху.
Не ведая, что делаю, обхватила руками голову мужчины, и стон вырвался наружу, потонув в его губах. Мы кусались, царапались, прижимались, тискали друг друга и это было блаженством. Как же я раньше жила без этих сумасшедших прикосновений? Уже не хотелось ничего анализировать, оценивать, рассуждать и надумывать. Безумие захватило нас, полностью оторвав от связи с реальностью.
Глава 15
Как же это прекрасно — целоваться. Обнимать, прижимать к себе, гладить. Чувствовать другого человека, как себя. Удивительные чувства, которые невозможно объяснить, но они захватывают, полностью подчиняя себе. И разум уже не сопротивляется, отдаваясь во власть этим сногсшибательным ощущениям.
Мы целовались, и узнавали друг друга. Это были поцелуи страстные, но нежные, быстрые, но неспешные. Каждое движение губ и языков буквально связывало нас, скрепляло невидимыми нитями сильнейшего притяжения. И с каждым разом хотелось большего. Намного большего.
Никогда еще я не испытывала подобного. Влечение и влюбленность в Леню не шли ни в какое сравнение с тем шквалом эмоций, которые я переживала сейчас. Все по-другому, иначе. Другой мужчина. Другая реальность. Другие чувства.
Артем быстро распахнул мой пуховик и горячие, несмотря на холод, руки безудержно принялись сминать мое тело. Узнавали и казалось, желали оставить свой след, снова и снова даря своими прикосновениями сильнейшие ожоги, боль от которых проникала глубоко в сердце и душу. Это была потребность, от которой невозможно отказаться.
 
Тихий, практически невесомый стон и шепот.
— Голубоглазка.
Что?
Что???
Отрезвляющий ледяной душ окатил меня своим потоком да так, что стужа проскочила прямиком в сердце.
Голубоглазка. Так меня уже называли. Леня. Предатель и обманщик.
Внутри все стянуло узлом, и тошнота тут же подступила к горлу.
Боже, что же я творю? Что я делаю?
Что было силы оттолкнула от себя Артема, который сразу же почувствовал перемены в моем настроении. Да, я глупая дурочка, которая снова поддалась каким-то бредовым чувствам и…
Мне нужно было свободное пространство, а он стоял рядом и загораживал собой мир, словно укрыл меня в какой-то берлоге. Я задыхалась.
— Вика.
— Уйди! — прохрипела и схватилась рукой за горло. Не могла смотреть на него, только чувствовала тень, что нависала надо мной. — Уйди, ты слышишь?
— Вика, что случилось?
— Оставь меня в покое! — все же подняла голову, и темные глаза поглотили реальность. — Что ты себе позволяешь? Какое имеешь право трогать меня? Ты мне противен, уходи!
Отсветы фонарей попадали на лицо Артема и я четко различила, как изменилось его выражение. Озабоченность сменилась безжизненной, каменной маской.
Он ни слова не сказал, просто развернулся, и широкими шагами дошел до двери, а потом с грохотом ее закрыл.
Дрожь, подобно ознобу сотрясала тело и я совершенно не чувствовала мороза, что окутывал меня своими леденящими объятиями. Распахнутый пуховик, отлетевший в сторону шарф и тонкое платье, кожа под которым превращалась в лед.
Что же я наделала?
Зачем? Зачем разрешила прикоснуться к себе? Зачем разрешила себя поцеловать? Зачем…
Зачем дала волю откуда-то взявшимся чувствам? Почему позволила себе не контролировать эмоции? Это же Артем. Мужчина, который унизил меня, оскорбил!
Дура! Мужчинам нельзя доверять, они все одинаковые! Что Леня посмеялся надо мной, что Артем, который тоже оказался не высокого обо мне мнения. Они оба…
Голубоглазка. Именно так звал меня Леня. И я верила его теплым взглядам, первым, таким важным поцелуям и объятиям. Чувствовала себя самой счастливой на свете. И все это оказалось игрой, приманкой, частью плана. Готовый на все молодой человек, лишь бы только выиграть пари.
И Артем. Еще пару минут назад он готов был меня с потрохами «съесть», унизить прилюдно, а до этого вообще сравнил с содержанкой.
Что вдруг изменилось? Зачем беспокоился обо мне и пришел сюда? Почему принялся целовать?
И почему же я так среагировала на него? Поддалась обаянию, не сдержала себя, позволила чувствам… Нет, не чувствам, а физиологии! Это была всего лишь физиология!
Ох, Вика, надо просто забыть обо всем. Как можно скорее!
Сознание вмиг протрезвело, а тело превратилось в один большой айсберг и нужно было срочно что-то делать, иначе, я могла быстро превратиться в ледышку. Напоследок сделала глубокий вдох и чуть не поперхнувшись от сильного потока холодного воздуха, моментально юркнула в дом, потянув дверь на себя.
Идти в столовую больше не хотелось, равно как и видеть Артема, поэтому скинув верхнюю одежду, поднялась по лестнице на второй этаж и добравшись до выделенной нам спальни, без сил повалилась на кровать.
Тут же смачно зевнула, почувствовав дикую усталость, и в который раз за вечер твердо решила больше не пить!
А еще не встречаться и не пересекаться лично с мужчинами, не верить ни единому их слову, и вообще, самое главное в моей жизни — это заветная машинка, мечта, к которой я с каждым месяцем становлюсь все ближе и ближе!
* * *
Артем
Идиот!
Форменный идиот! Какого лешего поперся к ней? Беспокоился, переживал, что ей стало плохо?