Апокалипсис, вид снизу. Том I (СИ)
Здешняя хозяйка весьма и весьма трудолюбивая женщина. Пол и мебель сверкают навёденной чистотой. Да и пахнет здесь не только средствами для мытья посуды и пола, а едой. Гречневой кашей, вроде как. А где самый главный объект любой кухни?
На фоне кремовых обоев едва не потерялся холодильник. От радости засосало под ложечкой. О-о-о, Виант радостно пискнул. Это не двухкамерная громада до потолка, а такой небольшой ящичек с длинной ручкой на передней дверце. Голодное воображение тут же нарисовало самые изысканные яства, что, несомненно, хранятся за его чуть выпуклой дверцей. Но это чуть позже. Виант осторожно обогнул холодильник.
Ничего, аж камень с души. За холодильником ничего нет. В смысле, не видно мисок для домашних любимцев. Горожане очень любят кормить кошек прямо на кухне. Конечно, не исключён вариант, что миски найдутся в коридоре или в прихожей, но пока входная дверь плотно закрыта. И никакого лаза с железной заслонкой. Если здесь и водятся кошки, то на кухню им вход заказан. По крайней мере, в ночное время.
Последние моральные тормоза вон. Виант подскочил к холодильнику. Да начнётся праздник живота! Передние лапы уцепились за нижний левый угол чуть выпуклой дверцы. Ни одна настоящая крыса на подобный фокус не способна. Рывок! Виант аж крякнул от натугу. Ещё рывок!
Дверца резко распахнулась. От неожиданности Виант плюхнулся на задницу. Его тут же обдало холодом, но это мелочи. Чуть выпуклая дверца сама поползла в строну. С тихим щелчком внутри включился свет. Это рай! Виант пискнул от восторга и удовольствия. Дверца распахнулась, перед Виантом во всём своём великолепии предстал крысиный рай.
Еда! Нормальная человеческая еда аккуратно разложена по тарелочкам, завёрнута в целлофановые пакетики или уложена в квадратные плошки из полупрозрачного пластика. Бананы, капуста, хлеб, колбаски и прочие вкусности. Высокие квадратные пакеты должны быть с молоком. В низеньких пузатых кастрюльках укрыты супы и каши. В полке на дверце вставлена стеклянная чекушка с прозрачной жидкостью. Уж не водка ли? Чуть выше ещё одна полочка с лекарствами.
Голод и близость еды придали сил. Виант одним махом запрыгнул на среднюю полку. Острые коготки легко подцепили крышку пластиковой плошки. Ноздри, словно сверхмощные меха, втянули воздух. Оно! Оно самое! Передняя лапа выдернула наружу кусок тёмно-розовой буженины. Зубы, против воли, впились в податливую мякоть.
Нельзя! Виант едва сумел оторвать зубы от буженины и отвернуть морду в сторону. Нельзя. Не стоит вести себя как крыса. Будет крайне глупо и обидно опалиться в крысином раю. Иначе надо. Иначе.
От нервного напряжения затряслись лапы, но Виант собрал волю в кулак и швырнул кусок буженины на пол. Следом, из той же пластиковой плошки, улетели ещё два куска. Будет не лишним разнообразить меню. От зелёного кочана Виант оторвал широкий тонкий листик. И, конечно же, десерт. Из маленькой синей вазочки Виант выудил две шоколадные конфеты. Холодильник разродился недовольным пиликаньем. Всё, хватит, пока хватит. А если не хватит, то никогда не поздно вернуться за добавкой.
Виант спрыгнул на пол. Лапы едва не угодили в разбросанные куски буженины. Дверцу нужно не просто закрыть, а захлопнуть, чтобы хозяева ни о чём не догадались. Но мало вытащить из морозильного ящика еду, теперь её нужно надёжно заныкать. Виант вытянул шею и оглянулся. Даже ясно, куда именно заныкать.
За холодильником, точнее, под ним, нашлась отличная нычка. С левой стороны тихо шумит компрессор. Провода и трубочки, а так же пол, заросли пылью. Не беда. Виант забрался на стол. Да, глаза его не подвели, рядом с хлебницей нашлась низенькая стопочка белых салфеток. Лапы тут же стянули с неё парочку.
Деревянная хлебница с широкой дверцей-заслонкой выглядит очень даже многообещающе. Виант остановился перед ней. Ладно, проверить лишним не будет. Передние лапы тут же приподняли дверцу. Ого, Виант самодовольно улыбнулся, это он удачно заглянул. Серый зерновой хлеб аккуратно порезан на небольшие кусочки — отличное дополнение к основному блюду. Рядом маленькая плетёная вазочка с квадратным печеньем. А это будет отличным дополнением к десерту.
В несколько приёмов Виант перетаскал честно украденную еду за холодильник и свалили её кучей на расстеленные салфетки. Классно получилось. Вот теперь и только теперь можно смело предаться самому любимому крысиному занятия — жрать, жрать и ещё раз жрать.
Первым под лапы подвернулся капустный лист. Да и ладно, острые коготки в момент располосовали его и запихнули в пасть. Следующим номером пошёл кусок тёмно-розовой буженины. Богатый крысиный опыт первой ходки научил Вианта очень многому. Мало утащить еду у людей. Гораздо важней, а то и сложней, заныкать её в безопасном месте. Пусть сейчас на дворе поздняя ночь, а то и очень раннее утро, но нет никакой гарантии, что хозяин этого милого домика, а то и хозяйка, вдруг не заявится на кухню в одних трусах для ночного дожора. Вид крысы, что прямо в холодильнике торопливо уплетает его любимую буженину, человеку вряд ли понравится. Пусть под морозильным ящиком пыль то и дело лезет в глаза и нос, зато здесь гораздо безопасней.
Как обычно, вынужденная голодовка закончилась грандиозной обжираловкой. Последний кусок зернового хлеба с семечком подсолнуха наотрез отказался лезть в рот. Виант старательно завернул остатки пиршества в салфетку. Пусть у него над головой полный холодильник, но это ещё не значит, что можно разбрасываться едой. Никому неизвестно, как оно там дальше повернётся.
Вслед за сытостью нахлынула усталость, но забираться на боковую ещё рано. Виант выбрался из-под холодильника. Раздутый живот неимоверно тянет тело к полу, но это приятная тяжесть. Для полного и окончательного счастья не хватает воды, самой обычной воды.
Длинной дорогой, со стула на подоконник, с подоконника на стол и далее, через плиту и два кухонных стола, Виант добрался до раковины. Вода, холодная прозрачная вода из-под натёртого до блеска крана великолепно утолила жажду. Тут же, в сток, Виант облегчился по полной программе. И последнее, помыться.
Барашки двух кранов проворачиваются почти без усилий. Виант отрегулировал воду до тёплой струйки. Жидкое мыло с запахом лимона не лучшее средство для шерсти, но другого нет. Виант измазался от кончика носа и до кончика хвоста душистой пеной, а потом долго стоял под тёплой струйкой то и дело фыркая от удовольствия. Как же приятно жить в доме людей со всеми удобствами. Если для прохождения «Ядерного конфликта» он выбрал крысу, то это ещё не значит, что он обязан быть грязной и вонючей крысой.
Полный желудок, чистая шерсть вконец разморили Вианта. Комфорт, цивилизация, какое же это блаженство. Тёплый душ особенно приятен после холодрыги на улице. Как-никак зима почти. Очень скоро этот чудесный маленький парк за окном завалит снег. Может, Виант выбрался на стол у раковины, остаться в этом чудесном домике до весны? Если вести себя тихо и осторожно воровать еду из холодильника, то хозяева так и не заметят его присутствия. Взгляд переместился на закрытую на кухню дверь, да и домашних животных здесь нет. Ну, по крайней мере, ни кошка, ни собака так и не заскреблись, не залаяли и не зашипели. Хотя шелест холодильника и плеск воды должны были привлечь их внимание.
Виант отряхнулся. Брызги во все стороны. Идея остаться очень хорошая, даже привлекательная, но нельзя. «Другая реальность» — игра коварная. Слишком велика вероятность, что месяца через четыре этот чудный домик превратиться в радиоактивные развалины. Достаточно крупная железнодорожная станция под боком вполне может оправдать расход десятка другого в тротиловом эквиваленте.
Спускаться длинной дорогой лень, Виант сиганул прямо на пол. Нет, как бы не было холодно на улице, даже если чудесный парк за оконном завалит снег, ему позарез нужно добраться до материка, где находится точка выхода. Добраться, пока ещё на Ксинэе царит мир и спокойствие. Пока ещё моря и океаны планеты бороздят многочисленные грузовые и пассажирские суда. Иначе он рискует застрять в этой слишком реальной виртуальной игре навсегда.