Апокалипсис, вид снизу. Том I (СИ)

Не нужно вести себя как крыса, не нужно. Виант приоткрыл дверцу ровно настолько, чтобы наружу выкатилось только одно яйцо. А теперь поднажать! Виант навалился всем телом на дверцу. Правая передняя лапа сдвинула засов на место. Отлично, Виант перевёл дух. С десяток рассыпанных и перебитых яиц хозяйка заметит сразу. А пропажу одного единственного, скорей всего, не заметит вовсе. Куры, они, того, просто несут яйца, а письменную отчётность не представляют.
На миг в курятнике погас свет. Виант повернул голову. Из лаза на улицу вынырнула упитанная курица. Несушка громко закудахтала. Её явно напугала не сколько чёрная крыса, а яйцо в её лапах. Свет в курятнике опять мигнул. На недовольный зов одной из жён из лаза выбрался петух. Это хреново, пора уносить лапы. Виант бодро покатил яйцо прочь от фанерного ящика с насестами.
По форме яйцо очень хитрое. Да, оно круглое, катить его удобно, но и до цилиндра или хотя бы шара ему далеко. Яйцо то и дело норовит вильнуть в сторону, сбиться с курса. Вианту то и дело приходится поправлять его и направлять в нужную сторону.
Над головой пронзительно закукарекал петух. От неожиданности Виант чуть было не дёрнул со всех лап, хотя яйцо один фиг получило мощный толчок и прыгнуло вперёд сразу на десяток сантиметров. Это курица, более чем мирная птица, в драку вряд ли полезет. А вот горластый петух, этот и клюнуть может. Но бросить такую сладкую добычу? Ни за что! Виант подхватил яйцо и с прежней настойчивостью покатил его дальше.
Курица — птица глупая. Да и петух не намного умней. Едва Виант откатил яйцо к дальней стене, как петух, а следом за ним и курица, потеряли к нему интерес. Местные пернатые выбрались через лаз обратно на улицу. Тем лучше.
Костяшками пальцев Виант постучал по скорлупе. Законы физики в действии. Может, попробовать разгрызть? Если ему по зубам, в прямом смысле по зубам, древесина и пластик, то вряд ли скорлупа окажется прочнее. Но-о-о… Виант склонил голову. На гладком боку красноватого яйца то тут, то там прилипли кусочки куриного помёта. К одному из них так вообще будто приклеился белый пушок. Против собственной воли Виант сплюнул. Пробовать на вкус отходы жизнедеятельности куриного организма расхотелось напрочь. Впрочем, можно попробовать иначе.
С четвёртой попытки Вианту удалось поставить яйцо на попа. А теперь резко ударить его о стену сарая! Виант навалился на него что было сил. Смачно получилось, но глупо. В самый ответственный момент лапы соскочили с гладкой скорлупы. По инерции Виант долбанулся лбом о стену.
Вот так всегда, за всё надо платить, и хорошо, если деньгами. Виант машинально потёр ушибленный лоб. Зато получилось — на скорлупе проступили трещины. Первая брешь в обороне уже есть, дальше должно быть легче. Немного повернуть яйцо, и-и-и… Сдвоенным кулаком Виант долбанул по трещинам! С тихим треском скорлупа сдалась, маленький почти треугольный кусочек вдавился вовнутрь. Острыми коготками Виант расширил дыру. Это снаружи пробить яйцо не так-то просто. Когда же воздействие идёт изнутри, то скорлупа тут же сдаёт позиции. Так и должно быть, чтобы новорождённый птенец мог без проблем пробиться на свет.
Передние лапы зачерпнули белок. Изумительно! Виант самодовольно улыбнулся. На вкус сырое куриное яйцо просто великолепное, да ещё свежее и домашнее. Где-то в глубине ещё плавает желток. Как обычно, Виант затолкал в себя ровно столько, сколько смог. Хотя не совсем, осталось немного места для воды из куриной поилки. Передними лапами Виант смахнул с усов длинные белесые капельки. Вот теперь можно и нужно уходить.
К чему искать новые пути, когда можно воспользоваться уже разведанными. Он не диверсант в тылу врага, чтобы возвращаться к своим тем же маршрутом. Через куриный лаз Виант выбрался наружу. Горластый петух, что едва не довёл его до инфаркта своим криком, с гордым видом разгуливает по загону. Рядом с ним кудахчут и суетятся курицы. Виант брезгливо поморщился, тёмная земля смердит куриным помётом.
Курицы дружно закудахтали, а петух вытянул шею, когда мимо сетки-рабицы, что ограждает загон, прошла высокая статная женщина в косынке и в темном халате ниже колен. Виант проводил её взглядом, наверняка это жена лесника. Впрочем, какая разница. Если повезёт, то он видит её в первый и в последний раз в жизни. Через знакомый подкоп под забором Виант выбрался наружу. Чуть жухлая трава тут же укрыла его словно маскировочная сеть.
 
Узкие травинки шлёпают по морде и цепляются за лапы. На всякий случай, Виант убрался от забора подальше. На опушке леса, под защитой раскидистого куста, но плюхнулся на живот. Настал момент сориентироваться на местности. Виант расслабил глаза и развернул внутренний интерфейс игры.
Раздел карт. Мысленные клики по виртуальной кнопке «Плюс». Виант увеличил масштаб карты. Увы, видна лишь часть дома. Впрочем, вполне логично предположить, что если двигаться как раз по этой стороне дальше на север, то он выйдет как раз к парадному фасаду. В той же стороне должна быть дорога к цивилизации. Конечно, не рельсы и шпалы, тем более не автобан в шесть полос в одну сторону, но уж точно не наполовину заросшая тропинка с едва продавленными квадроциклом колеями.
Так оно и получилось. По большой дуге, под прикрытием леса, Виант обогнул дом лесника. Парадный фасад двухэтажного коттеджа оказался за высоким добротным забором всё из тех же металлических пластин с широкими воротами и отдельной калиткой. Заодно нашлась собачья будка. Огромная псина лежит на солнцепёке раскинув лапы. Жарко ей и скучно. Недалеко от ворот, под выгнутым навесом на металлических столбиках, Виант разглядел заднюю часть квадроцикла. Широкие ребристые колёса заляпаны песчаной грязью.
Напротив ворот раскинулось широкое поле. Что именно на нём росло, понять невозможно. Третий месяц осени, урожай давно убран, вместо высоких колосков овса, ржи или что там было на самом деле, остался лишь коротко стриженный газон. Виант приподнялся на лапах. Левее явно была картошка. На вспаханной земле серыми кучками возвышается ботва. Ещё дальше, на почти зелёном лугу, пасётся корова с тёмными пятнами.
Виант усмехнулся. Лесник и сам не догадывается, насколько же ему и его семье повезло. Когда этот долбанный мир полетит к чертям, когда над горизонтом вырастут ядерные грибы, у него будет полно шансов выжить. Это же почти натуральное хозяйство. Продукты питания, еда, жратва — вот что станет самым важным в первые месяцы после ядерного армагеддона. Это ещё неизвестно, от чего именно погибнет больше всего людей. От ударной волны и проникающей радиации атомных взрывов, или от голода и связанной с ним борьбой за ресурсы?
Главное, нашлась дорога. Самая обычная просёлочная дорога с колеёй и полосой чахлой травы посредине отходит от ворот, огибает поле и ныряет в лес дальше на север. Виант выбрался из-под защиты куста. Вдоль забора лучше не идти. Сторожевая собака добраться до него не сможет, это точно, зато поднимет лай и, не дай бог, наведёт на него кошек. Память услужливо подсказала, что как раз в прошлый раз рыжая бестия дремала на крыльце недалеко от калитки.
Едва заметная канавка на манер границы отделяет дорогу от поля. Виант пробрался по ней мимо дома лесника. Большая собака так ни разу и не гавкнула. Ну и хорошо. Радоваться бы надо, но на деле трудности только начинаются.
Лапы бодрой рысью семенят по левой колее. Этой просёлочной дорогой лесник пользуется гораздо чаще. Наверняка у него имеется эдакий мощный внедорожник с просторным багажником. Хотя, Виант глянул по сторонам, нельзя сказать, что дорога разбита тяжёлой техникой. Будет очень плохо, если пойдёт дождь. Тогда почти сухая колея очень быстро превратится в две полосы грязи.
 
На миг Виант оглянулся. Двухэтажный дом скрылся за поворотом. Рыжая кошка так и не пустилась за ним в погоню. Увы, на душе легче не стало. На всякий случай Виант выбрался из левой колеи. Бежать по примятой траве несколько сложнее, зато безопасней. Всё меньше шансов нарваться на какого-нибудь пернатого хищника. А что делать, если на дорогу вдруг выскочит лиса или рысь, Виант не имеет ни малейшего представления. Одна надежда на быстрые лапы и удачу.