Хранитель рода (СИ)
Хранитель рода
Хранитель рода
— Мама, у меня не было выбора, — устало проговорил темноволосый, статный мужчина средних лет, прикрывая рукой карие глаза, в тщетной попытке защититься от негодования пожилой женщины. — Император бы просто уничтожил меня и всю мою семью, расскажи я о ней хоть кому-то.
— На что ты рассчитывал? — не унималась седовласая хрупкая женщина, расхаживая по кабинету сына с идеально прямой спиной. — Она же вылитая Лайонель! А ведь ей всего десять. Что будет, когда ей исполнится восемнадцать и тебе придется отвезти ее во дворец на бал дебютанток? Думаешь, Император не узнает ее?
— Ты же знаешь, что после того, как Лайонель не стало, правитель не допускает наш род ко двору, — упавшим голосом отозвался Седрик, сидя в кресле за письменным столом. — Поэтому дебютанткой ей не быть. И Император не должен узнать о ее существовании. Иначе пощады нам можно не ждать. Почему ты сегодня пришла в мой дом, мама? Ты же поклялась больше никогда не видеться со мной.
— Седрик, хоть я и отказалась от общения со своим единственным сыном, — с затаенной болью ответила она, — но я никогда не переставала следить за твоей жизнью. Доверенные лица доложили мне о том, что твоя старшая дочь слишком отличается от вас всех. И я решила, что должна лично убедиться в своих подозрениях. И оказалась в очередной раз права. Я забираю девочку к себе. Никогда дочь Лайонель не будет расти в одном доме с армейской потаскухой, считая ее родной матерью.
— Не смей оскорблять мою жену в моем собственном доме! — вскричал мужчина, вскакивая на ноги и нависая над своим письменным столом.
— Это счастье, что твой отец погиб, когда ты был еще адептом Магической Академии, и не увидел, как его наследник женился на плебейке, — непримиримо ответила графиня, игнорируя вспышку гнева своего сына. — Запомни мои слова, Седрик. Наступит время, и ты пожалеешь о том, что ввел в наш род недостойную женщину. Дурная кровь еще даст о себе знать. А теперь позови девочку, я покидаю это место и забираю ее с собой.
— Не уже ли? — язвительно вопросила графиня, холодно глядя на сына. — Ты сам-то веришь в то, что говоришь? Тебя вечно нет дома из-за службы. Про твою жену я вообще говорить не хочу, иначе не сдержусь и выскажу в полной мере, что думаю о ней. Вы используете девочку, чтобы присматривать за младшей сестрой. И это ты называешь быть частью вашей семьи? Дочь Лайонель заслуживает того, чтобы ее воспитали настоящей леди. А видя перед глазами пример твоей никчемной супруги, этого уж точно не случится. Поэтому либо я заберу ребенка сейчас же, либо я не буду больше церемониться с тобой, Седрик.
Мужчина сокрушенно упал в свое кресло за письменным столом и утомленно прикрыл глаза. Он молчал добрых десять минут, обдумывая слова матери. Наконец он заговорил:
— Я позволю забрать ее только при соблюдении тобой нескольких условий. Ты поклянешься, что пока я жив, она никогда не узнает от тебя правду. Так же ты должна будешь отпускать ее к нам на все главные праздники, которые я всегда провожу с семьей. Чтобы ты обо мне не думала, я хочу, чтобы мои дочери любили друг друга. Я не позволю сеять вражду и ненависть между моими детьми. И так, магическая клятва немедленно, или можешь покинуть мой дом и делать все, что душе угодно.
Быстро произнеся требуемое и закрепив слова магически, графиня вздохнула с явным облегчением. Как бы она не стремилась показать сыну свое превосходство, в душе она понимала, что преимущество на его стороне. Но дело сделано. Девочка отныне будет жить у нее. Теперь Лайонель может покоиться с миром. Беатрис Хашинская сделает все возможное и невозможное, чтобы малышка выросла достойной представительницей древнего рода своей матери.
Это самый счастливый день в моей жизни! Сегодня мне исполнилось двадцать три! Я, наконец, достигла брачного возраста и стала полностью самостоятельной. И самый замечательный мужчина в целом свете вечером на торжественном приеме сделает мне официальное предложение, и о нашей помолвке узнают все вокруг. Моему восторгу нет предела!
Я родилась в семье боевых магов. У моего отца был высший уровень огненного дара, а у матери — средний. Они никогда не расставались друг с другом и во всех боевых операциях участвовали вместе. Моя младшая сестренка, Ангелика, унаследовала дар от отца и в свои неполные двадцать два уже закончила боевой факультет Магической Академии. Я так горжусь своей семьей! Но, несмотря на это, я всегда чувствовала себя чужой в родном доме.
С самого раннего детства родители пытались привить нам с сестрой любовь к физическим упражнениям и боевым тренировкам. Они считали, что мы должны уметь постоять за себя. Сестре все давалось с легкостью. Она была вылитая мать! Такая же рыжеволосая, кареглазая, ловкая и смелая. Яркий огонек — так ее прозвали родители, любуясь на свое обожаемое дитя.
А я была неуклюжей и худощавой девочкой, которая всего боялась. Удивительно, но внешне я совсем не напоминала родных. Русые волосы, серые глаза, белоснежная кожа и хрупкое телосложение не были характерны ни отцу, ни матери. На тренировках мне было до ужаса страшно исполнять те вещи, которые сестра проделывала играючи. Да и не получалось у меня ничего путного. Здесь неудачно упаду, там быстро устану. Отец смотрел на меня с тоской, а мать вообще старалась игнорировать. Я стала для родных сплошным разочарованием.
Единственное, что у меня хорошо получалось так это ладить с неугомонной сестренкой. Родители обожали младшенькую и во всем ей потакали! Да и как можно было не любить такую прелесть. Ангелика с самых малых лет была прехорошенькая. Все любили ее и баловали. Но из-за этого малышка росла своенравной и довольно упрямой. А мне удавалось найти с ней общий язык в самых, казалось бы, сложных ситуациях, когда даже у родителей опускались руки. Поэтому с определенного возраста мне стали доверять присмотр за сестрой. Родители часто уезжали в командировки по спецзаданиям, и всегда поручали мне нести ответственность за сестру. Конечно, у нас была гувернантка, но она не всегда могла справиться с шумной и вздорной малышкой. И я была рада тому, что хотя бы так могу доказать родным, что тоже на что-то способна, что и от меня может быть польза.
Но все изменилось, когда мне исполнилось десять лет. Однажды к нам домой приехала пожилая дама. Несмотря на свой возраст, она была шикарно и модно одета, ее прическа была идеальной, а осанка лучше, чем у любой молодой девушки, что мне доводилось видеть. Двигалась леди плавно и грациозно, и смотреть на нее было одно сплошное удовольствие. Но родители почему-то очень расстроились из-за ее приезда. Мать тут же ушла в свою комнату и не выходила оттуда, пока леди была у нас. Отец представил, как оказалось, своей матери нас с сестрой. Но бабушка не удостоила Ангелику и мимолетного взгляда, полностью сосредоточившись на мне. Это было просто удивительно!
Обычно все гости сразу бросались нахваливать сестру, а на меня особого внимания не обращали, так как на фоне яркой и необычной девочки я была практически незаметна. Однако бабушка уделила все внимание именно мне, дотошно расспрашивая о том, чем я люблю заниматься, и что мне больше всего нравится. Я все ей рассказала, не таясь. Почему-то эта женщина сразу вызвала у меня доверие и симпатию, хотя обычно я очень тяжело сходилась с новыми людьми и жутко стеснялась. Пожилая женщина сосредоточенно меня слушала, пристально разглядывая, а сестру отец отправил наверх к матери, за что та жутко обиделась на него. А потом они ушли в кабинет, обсуждать какие-то дела.
Когда взрослые вернулись в гостиную, отец внезапно объявил, что я теперь буду жить с бабушкой, потому что они с мамой уезжают в длительную командировку и сестренку забирают с собой, а меня взять не могут, поскольку мне будет слишком тяжело в тех условиях жить. Слезы брызнули из глаз, когда я осознала, что даже сопровождать родителей не способна. Не уже ли я настолько никчемная, что даже малышка выдержит то, что мне не под силу?