Право на выбор (СИ)

Мар наблюдает за нашей возней со стороны, слегка улыбаясь. Когда корабль приземляется на специальной площадке, выступающей над джунглями на приличную высоту, он приносит мне маску для дыхания, которую раздобыли для меня на Добре, и помогает правильно зафиксировать.
— Воздух другой — может голова заболеть.
Я заторможено киваю — щеки горят так, что можно отапливать небольшое помещение. Боже… он же просто задел волосы и немного лицо… Рихта хоть это не видела?.. Ааа, черти, смотрит и ржет в кулак. Отлично, еще один повод надо мной издеваться…
Но она ничего не говорит, только пихает в бок Секрана и кивает в нашу сторону. Тот вздыхает, ничего не отвечает и уводит своего капитана вниз, к выходу. Мы следуем за ними, у меня дрожат руки, и все внутренности расползаются — сейчас я окажусь на другой планете, в сотнях световых лет от моей, где не было раньше и скорее всего никогда не будет человека… Неужели все это и правда происходит со мной?..
…Это происходит.
Я стою на площадке под светом незнакомой звезды, воздух дрожит и переливается, наполненный чужеродными звуками и запахами. Двигаться тяжело — Рах крупнее Земли, незначительно, но достаточно, чтобы уже через пять минут ходьбы по платформе вытирать испарину со лба. Очень тепло, даже жарко, и очень влажно, и я смотрю вслед бодро скачущей Шерше практически с завистью.
Но как же красиво, просто в глазах рябит... Когда-то в прошлой жизни я плавала на батискафе в Красном море — коралловые рифы, множество рыбок самых разных форм и размеров, проплывающие так близко, что кажется, рукой можно потрогать… Рах — это коралловые рифы на поверхности земли, окруженные тысячью существ самых разных видов. Неудивительно, что рахшасы начали мимикрировать.
— Ну как, нравится?
Я улыбаюсь Шерше — надеюсь, она видит под маской?
— Обалдеть можно. Очень красиво.
Изначально план был забросить Шершу и улететь сразу — но рахшаса уговаривает остаться хотя бы на день, “ну когда вы еще специально к нам прилетите”. По прилету нас встречает делегация — немного настороженная, но после переговоров с Шершей уже куда более дружелюбная. Мы спускаемся в стеклянном лифте (Рихта опять хихикает надо мной, прилипшей к стеклу) в зал со множеством существ, я даже не пытаюсь рассмотреть их всех — у меня от перегрузки цветом и формой уже потихоньку едет крыша. По инерции я цепляюсь за одежду идущего рядом Мара, чтобы не отстать и не потеряться (а я могу, не стоит недооценивать мои таланты попадать в такие ситуации).
Пока я витаю в облаках, рахшасы и дарган договариваются о маленькой обзорной экскурсии по ближайшим к космопорту местам, и мы отправляемся ждать транспорт. К этому времени я уже слегка прихожу в себя и замечаю, как косится на мою руку Шерша. Ох… я же так и не отпустила его… боже, как нелепо я наверное выгляжу…
— Извини, я… чтобы не отстать…
С высоты своего роста тур смотрит на меня и тепло улыбается.
— Держись, если нужно.
Сгорая от стыда, я торопливо прячу руки в карманы и спешно сажусь на каплевидный диван рядом с Шершей. Та косится на тура, на меня, снова на тура… потом наклоняется и шепчет на ухо:
— А ты капитана почему так странно взяла?..
— ...
— Таня?
— Я? Ну... просто...
— Это что-то значит? В том руководстве о вашем виде…
О, отличная тема.
— Руководство о моем виде?
Рахшаса замирает на миг, а потом осторожно отвечает:
— На станции мы получили руководство о планетах наших пациенток, чтобы свободно коммуницировать. Там были основные языки, культурные традиции… в общем, все для того, чтобы успешно подстроиться под свою подопечную.
— И ты… учила языки моей планеты? — точно, я же понимала её и до того, как получила ретрансляторы…
— Ну да. Они у вас не очень сложные.
— И… сколько ты их выучила? — я уже догадываюсь, но нет, она же могла…
— Кажется, около двадцати трех...
Твою мать.
— Мало, согласна. Но времени было в обрез, так что смотрела только самые распространенные…
Я выпадаю в осадок. Выучить два десятка языков планеты, на которую вряд ли вообще когда-нибудь попадешь, ради того чтобы использовать один с пациенткой, которую через месяц отправят неизвестно куда… Зачем?..
 
— А ретрансляторы, которые мне дала Сершель? Почему их не использовать?
— Ну, не у всех есть ушные каналы, это во-первых. А во-вторых, это существенная экономия средств.
Ну все понятно. Жлобы-вархи. 
— Только ты не ответила. Почему ты это сделала?
— Ммм... Да как-то так… вышло… — отвечаю я невнятно, снова краснею, сколько можно уже краснеть, господи боже… — Он шел ближе всех, вот я и цапнула его за одежду…
К счастью, Шерша больше не расспрашивает, и мне не приходится объяснять. Я прикладываю ладони к щекам — горячие. Жара и нервозность, царапающая гортань и грудь изнутри, вот и пожалуйста, все на лицо…
Мар косится на меня со своего места, я отвожу глаза — быстрее, чем нужно. Какое же все-таки яркое место, сколько красок… отвернись от меня пожалуйста… и деревья такие высокие, чудные, а на ветках… это цветы или птицы? Ну не смотри, не смотри так… 
— Ты в порядке? Жарко? Сейчас принесу воды, — Шерша торопливо спрыгивает с капли и почти мгновенно теряется в разношерстной толпе. Я только мучительно улыбаюсь ей вслед, старательно избегая смотреть… да куда угодно. Я и так смущаюсь… а когда на мое смущение обращают внимание, то смущаюсь еще больше…
Я старательно изучаю потолок, когда Шерша возвращается с металлической бутылкой воды и упаковкой капсул, которую сует мне в руку с тихим “одну перед едой”. А вот это очень актуально — до сих пор я питалась какими-то универсальными концентратами, а как мой желудок отреагирует на местную пищу здесь и на Тавросе, еще неизвестно. Конечно на станции со мной что-то делали, но черт его знает, лучше перестраховаться. Я благодарно сжимаю бутылку и прячу капсулы в карман.
— За нами приехали, — отрывается Рихта от своего планшета.
Шерша берет меня за руку и улыбается.
— Идем?..
  
2-6
 
… С высоты и половины многообразия Раха не было видно. У меня уже болит шея, а мы только до стоянки местных мобилей добрались… Чирикают, свистят и стрекочут тысячи существ, скачущих по хитросплетению ветвей высоченных деревьев; кора у них многоцветная, листья не отличить от цветов… Я только успеваю вертеть головой и немного глядеть под ноги: земля изрыта сетчатыми корнями так, что почвы практически не видно. Местное светило здорово припекает, по шее уже струится пот, а ноги гудят — поэтому при виде транспорта, у которого нас ждут, я вздыхаю с облегчением. Мобили на Рахе движутся над землей (магнитные поля? на всякий случай не спрашиваю), по форме похожи на наши гоночные — длинные, вытянутые… Мар вообще уместится в них? Уместился, рядом место на еще одного осталось… Смотрит на меня внимательно, а почти все уже расселись по соседним мобилям…
— Садись, чего стала, — пихает меня в спину Рихта и садится с Секраном напротив Мара. Рядом с ними умещается еще и Шерша, не слишком довольная таким соседством.
Ладно. И правда, что я как соляной столб…
Я забираюсь в мобиль, крышка его опускается, погружая салон в легкий полумрак. Я готова к жаре — особенно рядом с туром — но не сдерживаю удивленный вдох, когда случайно касаюсь его плеча и натурально обжигаюсь.
— Ты… в порядке? — спрашиваю, поднимая на него голову.
В полумраке не разобрать причину паузы, но голос Мара звучит ровно.
— Я хорошо переношу жару.
— Понятно...
Мы поднимаемся на небольшую высоту — я во все глаза таращусь, они у меня такими темпами выпадут скоро — и довольно быстро набираем приличную скорость. Движется мобиль легко и ровно, скорость эта даже не чувствуется, но рассмотреть что-то за окном довольно трудно. Поэтому отвлечься у меня не получается, а мне очень, очень надо сейчас отвлечься, просто жизненно необходимо…