Свадьбы не будет, Светлый! (СИ)

Ах да!
А еще она всерьез предположила, что я смогла околдовать Лайтвуда так сильно, что заставила на себе жениться. Приятный комплимент!
В общем, к Ребекке я питала искреннюю симпатию — несмотря на то, что она была светлой и кандидаткой в свекрови.
Пожалуй, я бы даже хотела с ней подружиться.
Было в ней что-то… родное. Почти темное.
Уже в который раз я задумалась над тем — а настолько ли Лайтвуды светлые, как о них говорят. Или…
Может, мы все чего-то не знаем о светлых?.. Все-таки они были сильными воинами, когда дело доходило до серьезных стычек. Одно это о многом говорит.
Ладно, об этом можно будет подумать и позже.
— Меня зовут леди Ребекка Лайтвуд, — отчеканила потенциальная свекровь, стоя в дверях и гладя по волосам подбежавшего к ней Бенджамина. — А вам, кажется, уже пора, мисс Медея.
— Нет, у меня полно времени, — успокоила ее я и села на стул рядом с Лили, чинно расправив подол черного кружевного платья. — Да вы присаживайтесь, не стойте на пороге. Суп, кажется, до сих пор горячий.
Сэмюэль откашлялся, бросив косой взгляд на Ребекку. Я дружелюбно ему улыбнулась. Среди светлых я выглядела как ворона, которая по недоразумению решила заглянуть в голубятню и притвориться домашней птичкой.
— Бабушка, мы с Медеей играли на крыше! — нарушил тишину Бенджамин, запрокидывая голову.
— Бенджамин! — возмутилась Ребекка. — Кто разрешил тебе одному подниматься на крышу?
— Медея, — честно сказал он. — А еще мы после ужина будем играть в кухонной печи, я буду Ганзелем и Гретель!
Захотелось расцеловать мальчишку, но я старательно изобразила испуганное лицо.
— Он все не так понял, — попыталась я переубедить всех окружающих и потянулась за хлебом.
Ради чего стоило присутствовать на этом ужине — так это ради свежеиспеченного хлеба. Он был еще немного теплым, невероятно мягким и воздушным внутри, но с тонкой хрустящей корочкой снаружи. Проклятый, как вкусно! Нужно отправить к Лайтвудам Ренфилда — для повышения квалификации.
— Поиграй у себя в комнате, Бенджамин, — ледяным тоном проговорила Ребекка.
— Но…
— Я его отведу, — с готовностью откликнулся Сэмюэль.
На его зеленоватом от страха лице появилась искренняя улыбка, когда он обернулся к Бенджамину.
Я вздохнула.
Бенджамин, после короткой перепалки и уверений в том, что к десерту его снова пригласят в столовую, потащил Сэмюэля наверх.  "Я тебе сейчас кое-что покажу, ты только никому не говори..." — услышала я звонкий мальчишеский шепот.
Поспешно проглотив кусок хлеба, который только что откусила, я прокричала:
— Возвращайся скорее, Сэмми! Нам нужно поговорить о прошлой ночи!
Споткнулся.
Я закашлялась, пытаясь скрыть смех, а потом наткнулась на тяжелый взгляд Ребекки.
— Как ваш пикник? — спросила я.
Она прищурилась сильнее, даже под слоем пудры стало видно, как покраснело ее лицо. От злости? Прекрасно.
— Вам нехорошо? — обеспокоенно нахмурилась я. — Вызвать лекаря?
Прошло несколько долгих секунд, Лили переводила взгляд с меня на Ребекку и обратно.
Я потянулась к стакану и отпила немного лимонада. Не так уж плохо, вкус был мягким и свежим, хоть и непривычным: у нас к столу подвали терпкое вино из колхидских виноградников.
Взгляд Ребекки прикипел к помолвочному кольцу на моем пальце.
“Мне тоже хочется его снять”, — чуть было не сообщила я, но сдержалась.
Нельзя ошибиться. Я так и не поняла, какую игру ведет Ребекка. С одной стороны, она явно была против нашей помолвки с Лайтвудом, с другой — кажется, не спешила говорить об этом напрямую.
Иначе просто вышвырнула бы меня из-за стола.
Не хотела идти на конфликт с Верховным светлых, несмотря на то, что он — ее сын?
Это можно понять.
Ребекка наконец соизволила сесть за стол, прямо напротив меня. Взгляд у нее был тяжелым.
Как бы перетащить ее на свою сторону окончательно? Кажется, здесь не хватает аргументов. Сейчас добавлю.
— Мой дорогой Райан к нам присоединится? — мирно спросила я и улыбнулась. — Мы не виделись с самого утра, и я изнемогаю от тоски по нему.
 
Кажется, так полагается говорить о том, за кого планируешь выйти замуж? У темных все по-другому, там обмен проклятиями даже во время брачной церемонии — милый и достойный жест, который потом с теплом вспоминают годами и о чем рассказывают детям. В любовь мы, разумеется, не верим. Я подозревала, что светлые ее выдумали, как сказку о святом Николасе, который каждую зиму дарит детям подарки.
Нужно собраться. Искусство манипуляций никогда не было моей сильной стороной. Но все-таки я была дочерью своей матери. Кое-что проникает в вены вместе с родовой кровью и становится частью характера, хотим мы того или нет.
— Представляете, — начала я медовым голосом, — сегодня ночью я видела чудесный сон о том, что у нас с Райаном родился мальчик. Вы ведь знаете, что наш будущий сын унаследует титул Верховного светлых? Подумайте только, какая веха нас ждет! Сын темной! Будет Верховным светлых! Это… невероятно, правда? Жду не дождусь.
Лили уронила на пол суповую ложку, которую только что решилась взять в руку.
Под пальцами Ребекки треснул хрустальный стакан с лимонадом.
Я стерла выступившую на краю глаза слезинку и улыбнулась.
— Рыбный суп — невероятный! Передайте мое восхищение повару. Рада, что мой ребенок будет расти на такой здоровой еде. Вы ведь ждете еще одного внука, Ребекка?
Мои слова повисли в тишине.
Ребекка так и держала руку поднятой, как будто до сих пор сжимала в ладони лопнувший стакан с лимонадом.
Лили даже не пошевелилась, чтобы поднять с пола ложку.
Я несколько секунд позволила себе наслаждаться ошарашенным выражением лица Лили и злобным — Ребекки, а затем вскочила.
— Ох, Проклятый! Я надеюсь, вы не порезались!
Бросив салфетку на пол, я поспешила обогнуть стол и подойти к Ребекке.
Ее платье из плотной белой тафты украсилось желтоватыми влажными пятнами лимонада.
Я немного этому порадовалась. В смысле, погоревала по этому поводу.
Все-таки я в доме светлых! Нужно соблюдать приличия.
— Давайте я помогу, — заботливо затараторила я. — Я, к сожалению, не могу излечить ваши раны, но могу прижечь! Это поможет избежать заражения крови.
А еще мне будет приятно.
— Отойди от меня! — отмерла Ребекка, вырывая руку из моей недостаточно цепкой хватки.
Я грустно вздохнула и опустила взгляд вниз.
— Бабушка, ты в порядке? Может… — робко начала Лили.
— Не дождетесь!
Ребекка салфеткой стряхнула с ладони остатки лимонада и несколько прилипших к коже стеклышек.
Подняла на меня взгляд.
Прищурилась.
Лицо ее перечертилось морщинами так глубоко, что я побоялась, как бы пудра не начала осыпаться кусками, подобно старой штукатурке.
Надо бы ее познакомить с моей матушкой. Та была большой докой в искусстве макскировки. В смысле — макияжа.
— С чего ты взяла, девочка, что твой сын будет Верховным светлых? — процедила Ребекка, глядя на меня так тяжело, как будто я была самим Проклятым, восставшим из глубин подземья прямо посреди столовой светлых.
Кашлянув, я опустила глаза.
— Но как же… — пролепетала я. — Лорд Лайтвуд ведь…
Пробормотав это, я замолчала. С моими родителями бы такое не сработало, они видели, что я собираюсь соврать, еще до того, как я открывала рот.
А вот светлые — это другое дело. В АТаС нам говорили, что у светлых часто считается невежливым говорить о некоторых вещах. К примеру, о незапланированной внебрачной беременности, о супружеском адюльтере и о прочих лучше всего подходящих для светской беседы темных вещах.
Пожалуй, предмет текущего разговора относился к этой же категории.
— Райан говорил… — пролепетала я.
И не соврала ведь ни слова.
Райан много чего мне говорил. О детях, правда, речь не шла.
Но я ничего и не утверждала напрямую!
— Что-о-о? — отмерла Ребекка, медленно вставая и упирая руки в бока.