Зверь. Том 1 и Том 2 (СИ)
Полицейский вздохнул, покачал головой, а потом при мне выбрал нужную запись, нажал на неё и приложил к уху. Всего два гудка прошло, когда ему ответили.
— Здравствуйте, ваш сын, Эдгарт Южский, находится в специальном приемнике номер два для лиц арестованных в административном порядке государственного управления внутренних дел города Москвы. Не волнуйтесь, с ним всё в порядке. Он… Алло? Алло? — лейтенант отнял мобильник от уха и посмотрел на меня. — Трубку бросили.
— Мой папенька суровый, — вздохнул я. — Лейтенант Колыванов, а кто у вас тут начальник?
— Полковник Ступин, а что?
— Да то, что если ты досчитаешь сейчас до десяти, а твой Ступин не прилетит сюда лично освобождать меня, то я тебе подарю телефон, который у тебя в руках, — я широко улыбнулся.
Я уже слышал, как над нами о стену ударилась дверь. Послышались тяжелые шаги.
— Да? А ты вообще безумный, — ощерился фурри. — Я умею быстро считать, вот смотри. Раз…
— Колыванов! — раздался крик летящего по лестнице толстяка. — Колыванов, где этот барчук? Где Южский?
— Я же говорил! — подмигнул я в ответ на упавшую челюсть фурри.
Полицейский вытянулся перед начальством и лихо козырнул:
— Господин полковник, он тут!
— Выпустить! Немедленно выпустить! — заорал полковник, влетая в фойе.
Лицо полковника раскраснелось, как будто его вот-вот хватит кондрашка. Он был излишне толст, похож на бадью с тестом на ножках. Рубашка его расстегнулась и наружу вывалилось толстое волосатое пузо. Однако, полковник даже и не думал прятать своё убожество. Он не обращал на это никакого внимания — ему было важно выпустить Эдгарта Южского. И выпустить до того, как звездочки упадут с погон.
В замке лязгнул ключ. Охреневший лейтенант открыл дверь. Я встал, потянулся и двинулся к выходу. На пороге остановился и взглянул на бомжа:
— Как кафешка у того купца называется?
— Медовый блин. Неподалеку от Никитской, — сказал тот в ответ. — А чо?
— Может загляну как-нибудь. Господин Колыванов, я могу забрать свои документы и свой телефон? — спросил я у ошалевшего лейтенанта.
— Колыванов, отдай ему всё и пусть уё… то есть, пусть идет на все четыре стороны, — поправился покрасневший полковник.
Мои документы упали обратно в сумку, телефон скользнул в карман. Я беззаботно улыбнулся Колыванову, чьи глаза превратились в подобия пятирублевых монет.
— Счастливо оставаться, господа полицейские, — сделал я ручкой и прошествовал к выходу.
Однако, не успели подошвы моих кроссовок протопать по вытертым от времени плиткам пола, как лейтенант спросил у начальника:
— А почему так? Что случилось-то?
— Отпустить этого засранца приказали с такой высоты, что туда даже заглядывать страшно. Хорошо ещё его допрашивать по-нашему не начали, а то бы весь отдел раком поставили и заставили так целый год стоять, — послышался голос полковника.
Я только улыбнулся, выходя из отдела полиции. Впрочем, улыбался я рано. Стоило только осеннему ветерку приветливо лизнуть меня в щеку, как тут же раздался телефонный звонок. На табло высветился абонент «Батяня».
— Доброго вечерочка, Николай Сергеевич! Рад приветствовать вас! Как ваше здоровье, как ваше давление? — веселым голосом пропел я.
— Сколько раз я ещё буду вытаскивать тебя из каталажек? Что ты опять натворил? — вместо приветствия послышался скрипучий императорский голос.
Этот голос словно специально поскребся мне по барабанным перепонкам. Даже от одних интонаций стало неприятно.
— Да ничего особенного. Из-за того, что я недавно доблестно спас Савелия Александровича Говардского… Кстати, за подобное спасение я даже не попросил никакой награды, что прямо указывает на наличие у меня скромности и отсутствие у начальства совести — всё-таки кое-кто мог и сам догадаться о награде…
— Не тяни кота за яйца! — оборвал меня жесткий голос.
— Ладно-ладно, не нужно нервничать. В общем, спас я друга, соответственно появилась какая-никакая слава. А Кольке Старицкому с его дружками эта слава встала поперек горла. Вот и решили они меня нахлобучить. Нахлобучиваться я не хотел, поэтому пришлось им навалять. К тому же Старицкий врубил эгрегора.
— Даже так? И ты одолел княжеского защитника? — в голосе императора послышался неподдельный интерес.
— Пришлось. Помирать-то не очень хотелось. Так что мне можно даже не орден, а ещё десять тысяч на карту, — решил я ковать железо, пока горячо.
— Ты оборзел? — не дал себя провести император.
— Ну, можно пять тысяч. И медальку, — парировал я в ответ.
— Что по поводу расследования? — буркнул Николай Сергеевич.
— Выяснил, что зазовка из класса Карамышева. Сегодня ночью буду обладать информацией на всех своих одноклассниц. Дальше уже дело техники.
— Долго, очень долго, Эдгарт.
— Так быстро только кролики… Ну вот, даже не дослушал, — крякнул я огорченно, когда император бросил трубку. — Что за манера? Не дослушал и не попрощался.
Вечерок выдался погожим, поэтому я решил прогуляться. По дороге позвонил Оксане. Сказал, что всё нормально и пусть не волнуется. На что получил спокойный ответ, что она и не думала волноваться. Она вроде как знала, что всё закончится хорошо.
Я только вздохнул — вот вообще никто за меня не переживает!
Конечно же не переживала за меня и Чопля. Когда я вошел в комнату, то застал её за любимым занятием — ничегонеделаньем. Уж в этом деле она просто мастер. Я быстренько вставил ей моральный втык, наорав, что даже ужин не приготовила. На что получил невнятные объяснения и ещё более невнятные попытки смыться. Ни то, ни другое не сработало и Чопля с повинной головой отправилась кухарить.
Я же покемарил пару часиков, проснулся как раз к накрытому столу. После чего сообщил Чопле, что мы сегодня совершим ночное путешествие, на что был послан куда подальше. В ответ я предложил ей одеться потеплее, а то ночи нынче на улице холодные. Тут же получил восторженный ответ, что она со мной хоть в разведку, хоть в ресторан.
Приготовления к прогулке заняли остаток времени до нашей встречи с гномом. Шустрое «Ягандекс-такси» отвезло нас на кладбище. Конечно же я не доверял гному, пусть даже и знал его достаточно давно. Может, потому что знал, потому и не доверял?
Для этого я и взял с собой пикси. Маленькая чертовка незаметно совершила вылазку на предполагаемое место встречи и, вернувшись, подтвердила наличие засады. Кроме гнома там было ещё четверо прячущихся существ.
Что же, приятно иногда не разочаровываться в своих бизнес-партнерах. Я достал приготовленные эликсиры. Надо немного подзарядиться перед встречей со старым другом…
Глава 14
Осенняя пора — это затухающие костры на деревьях, которые багрянцем углей вспыхнут в последний раз и опадут пеплом пожухлых листьев. Это ещё теплые дни, но уже промозглые ночи. Это холодная изморось, падающая сверху. Это грустное зрелище увядания природы.
А осенняя пора ночью на Ваганьковском кладбище, это ещё и смертельная тоска. Шорох ветра в ещё не полностью лысых ветвях напоминает шепот в библиотеке, когда проходишь мимо двух общающихся ботаников. И эти ботаники говорят о каких угодно вещах, но только не о светлом и радостном. Скорее, они готовятся вызвать демона и теперь обсуждают — как сподручнее рисовать пентаграмму?
Под воздействием эликсиров я видел ночью как днем. Мне даже не нужен был прибор ночного видения, которым вооружились встречающие меня. Я тихо шел по тропинке к назначенной цели.
Перебраться через стену и остаться незамеченным для камер наружного наблюдения — это вовсе не проблема для ведьмака под эликсирами. Это всё равно что прогулка перед сном — легкая и ненапрягающая.
Да, именно легкая и ненапрягающая. Такой она и должна показаться для тех, кто затаился в темноте. Если бы я начал играть, озираться по сторонам и тревожиться по каждому треску веток, то мне бы не поверили. Чтобы скрыть своё лицо, я надвинул на голову капюшон толстовки. Под лучи лунного света попадали лишь губы и подбородок.