Страж и королева (СИ)

— Ты жестокий и кровожадный страж! И мы не хотим, чтобы ты был в нашей деревне! — уверенно и неожиданно властно говорил тот. Остальные люди лишь молча стояли с ним рядом или прямо за ним с такими же враждебными лицами.
Я ошарашенно смотрел на парня, пытаясь понять, кто на этот раз ввел его и всех этих людей в такой жуткий обман, что мы хотим им зла.
— Наоборот, стражи призваны помогать и защищать! — сказал я искренне.
— Не надо врать! Мы слышали, что ты не убил ведьму! Вы с ней заодно! — процедил парень, смотря исподлобья и совершенно как на врага, а я пытался найти слова, чтобы переубедить.
Вдруг, пока я пытался решить все мирно, внутри стало нестерпимо жечь, а я понял, что сдерживал дар, сам того не понимая. Расслабившись от тепла и еды, я словно отстранился от него, а потому не сразу ощутил тревогу. И тогда я попытался, не закрывая как в прошлый раз глаз, отпустить тот, позволить растечься по телу, принять и тут же выдохнул от потрясения.
Парень был весь черный, а приглядевшись, я увидел бледное лицо старика, чуть крючковатый нос, а сам он был очень похож на покойника. А люди, стоявшие рядом с ним, был словно оплетены черными нитями по всему телу. Кто-то больше, кто-то меньше, но они все точно были под чарами.
— Ты колдун… — прошептал я одними губами, но тот явно услышал.
Глаза парня торжествующе загорелись.
— А ты беспомощный нестрашный страж. Я даже коснулся тебя, и что⁈ Жив и здоров! Все про вас врут!
И он рассмеялся радостным, довольным смехом, а я невольно усмехнулся, поняв, что не только люди столь несведущи о нас…
— Ты даже не представляешь, на что я способен, — произнес я, отпуская дар совсем…
  
Глава 10
 
Глава 10
Я изучал стоящих передо мной, ощущая, как мой дар разливается по всему телу, проникает в каждую клеточку, вплоть до кончиков ногтей, насыщая силой. Дар грел и бурлил предвкушением схватки. Это было фантастическое ощущение, но я пытался унять преждевременный восторг и понять, как лучше действовать в нынешнем своем не очень выгодном положении. И вариантов было всего два: ломиться сразу к колдуну через остальных, чтобы коснуться того Прикосновением стража. И это было более правильным, так как избавит людей от его чар, сохранив живыми и невредимыми, как только злыдень сдохнет. Но в голове отчетливо зазвучали слова Соргоса, и я сильно сомневался, что вся эта орава зачарованных и преданных бедолаг будет согласна на такое. Либо можно было достать Прикосновением каждого из них, что было, если честно, слишком муторно. А в первую очередь — чересчур рискованно для меня.
«Уверен, они точно не выстроятся в шеренгу в ожидании Прикосновения», — сокрушенно подумалось, пока проглядывался к восьми противникам напротив, не считая колдуна. — «Значит, придется напролом», — решил я, осознавая всю безумность затеи, внимательно наблюдая, как люди уже обходят меня, стараясь окружить. Душу грело понимание, что по телу в одежде спрятана куча неприятных сюрпризов для врага, которые точно пригодятся, если что. Но не хотелось им навредить, ведь парни были не виноваты в том, что хотели напасть.
— Стоим, смотрим друг на друга или как? — спросил я колдуна с усмешкой, пытаясь заставить того допустить ошибку и подойти. Ведь он был уверен, что я нестрашен.
— Смотрим, как кто-то умирает, — шипя, словно змея произнес тот, а я принял это как команду к действию. И был прав, только та была не только для меня, а и для всех остальных тоже… Кольцо противников вокруг становилось все уже. Поэтому повременив лишь секунду, я все же убрал меч, решив попробовать обойтись без крови, поберечь этих сельских увальней, желая быстрее добраться до «красавчика» с крючковатым носом. Очень не хотелось кого-либо убить, кроме главного участника, даже если это поможет уничтожить главную цель. Я отчетливо увидел того во всей красе настоящего облика, когда дар завладел разумом и телом полностью. Сгорбленный сморщенный полуразложившийся старик в балахоне, лысый, как коленка с висящими воспоминаниями от волос, с крючковатым носом и маленькими злыми глазками.
 
«Вот же урод!» — заключил я, теперь действуя на инстинкте, доставшийся в результате долгих многолетних тренировок в различных условиях, и без оружия тоже. И пока люди пытались не толкать друг друга в попытке добраться до меня первыми, я упал на колени и скользя по грязному полу, прошмыгнул вперед между ними, оставив шестерых позади. Я надеялся, что этого будет достаточно. Расчет бы добраться до колдуна, не столкнувшись с людьми вообще. За спиной тут же образовалась удивленная свалка нападавших, упустивших мой маневр и теперь потерянно озирающихся по сторонам. Хотя пара или тройка нерасторопных парней, стоявших изначально в самой выгодной позиции прямо передо мной, еще двигались в ударе, который должен был вывихнуть мне челюсть и унести в нокаут. Дар четко показывал их действия, как и то, что они не осознали, что цель ускользнула. В прямом смысле. Я лишь посмеялся, когда их кулаки дошли до точки, где должны были встретиться с моим лицом, в то время как сам уже почти достиг колдуна. Мне все же пришлось чуть поранить двух несчастных, которые остались с тем рядом. Они попытались меня остановить, закрыв собой колдуна. Пришлось выхватить кинжалы из заворота сапог и чуть подпортить этой парочке ноги, одновременно неглубоко вонзив лезвие чуть выше колена каждого. Я все же старался не повредить в первую очередь кость несчастных, рассчитав силу удара и быстро выдернув оружие, зная, что это по сути царапины.
— Уууу, — завыли те, а я уже встал перед колдуном, и моя рука тянулась к его сердцу… Тот был явно ошарашен и что-то бормотал. В глазах старика горел испуг, и это было приятно. И тут, когда я уже весь был поглощен своим первым Прикосновении Стража, меня оттолкнули.
— Гром Таргила! — ругнулся я, тут же повернувшись к новому врагу, готовый уничтожить.
Но мужчина вместо того, чтобы начать как минимум колошматить меня, растерянно стоял и смотрел удивленным глазами, а затем стал озираться, словно не помнил, как вообще тут очутился. А дар показал мне, что черные нити по телу несчастного пропали. Но мне некогда было думать об этом, когда уже слышал новое заклинание колдуна. И те, кто еще секунду стонали от боли, стали затихать, идя ко мне со злостью в глазах и подволакивая раненные ноги.
«Это точно не к добру», — решил я и уже не обращая ни на что внимание, повернулся к тому, кого поклялся уничтожать, подался вперед и дотронулся пальцами до того места, где должно было быть его черное сердце.
Хлопок….
А затем глаза колдуна стали закатываться вверх, а на лице застыло ошеломленное выражение, пока тело каменело. Я же стоял и просто оцепенело наблюдал, видя такое в первый раз. Ставший статуей колдун вдруг стал трескаться все более мелкими трещинами, и в конце концов рассыпался в пыль, теперь горсткой лежа на полу, где тот только что стоял…. Я смотрел, не в силах двинуться от шока и восторга.
«Наставники говорили, что это так будет, но когда все происходит на твоих глазах…», — думал я, все еще переваривая увиденное.
Но тут со всех сторон начали все сильнее слышаться голоса людей, освободившихся от чар.
— Как я здесь оказался? Где я? А ты кто? Как я сюда попал⁈ Ребята, а что мы тут все делаем⁈ Я ничего не помню! — раздавались их удивленные голоса.
Двое раненых стояли, стоная от боли и держась за рану, чтобы остановить кровь. Их в удивлении окружали остальные. Я подошел одному из двоих, который был ближе и, положив тому руку на плечо, ободряюще сказал:
— Прости, мне пришлось. Сейчас дам тебе мазь, чтобы рана быстрее зажила. И другому тоже.
Детина вращал глазами, смотря на меня, словно видел в первый раз.
— А ты кто? — спросил он в итоге.
И тут я понял, что ни один из зачарованных не помнит вовсе, что это я его ранил.
«Удобненько», — хмыкнул я, направляясь к своему баулу и доставая мазь.
После того, как все пришли в себя, а раненым были наложены повязки с лекарством, я жестом подозвал хозяина харчевни. Тот, так опасливо наблюдав до этого все издалека, тут же все с той же неожиданно прытью подбежал ближе.