КИМ 1 (СИ)
- Да брось, командир, - говорили многие из них. - Зачем русским встревать в нашу войну? Присылать нам танки и самолеты с инструкторами - это одно, а отправить свои войска воевать на нашей стороне... Нет, командир, не верю я в это!
Как Хорхе не пытался убедить своих ребят в том, что русские такие же коммунисты, как и он сам, а значит, не бросят своих товарищей в беде - толку было мало. Да и его вера в помощь русских товарищей начала давать слабину. С возобновления штурма города прошел день, другой, а русских все не было.
Вот и сегодняшнее утро началось с артиллерийского обстрела. Разбуженный разрывами снарядов Хорхе зажег свечу и посмотрел на старые, еще дедовские карманные часы.
«Шесть утра ровно, можно время сверять, - невесело усмехнулся Хорхе. - Все, как вчера и позавчера...»
Однако вскоре все пошло не так, как в предыдущие дни. Артиллерийская канонада, обычно длившаяся часами, быстро затихла, сменившись звуками пушечной и пулеметной стрельбы где-то в отдалении. Предполагая возможность наступления, Хорхе приказал своим бойцам покинуть подвал, в котором они укрывались от обстрела, и занять позиции на баррикадах, перегораживающих улицу генерала Рикардоса.
До самого вечера ополченцы находились в напряженном ожидании, пока, наконец, не услышали лязг гусениц, становившийся все громче и громче. Затем с проспекта Побладос на улицу генерала Рикардоса стали выезжать танки. Ополченцы заволновались, но Хорхе, как самый опытный и спокойный, быстро разглядел, что танки эти не похожи ни на итальянские танкетки, ни на немецкие «Панцеры».
Достав из чехла трофейный бинокль, Хорхе поднес к его глазам и окончательно убедился, что танки это русские. На фоне раннего ноябрьского заката отчетливо было видно красное знамя с золотыми серпом и молотом, установленное на головном танке. Опустив бинокль, Хорхе рассмеялся от радости.
Русские все же пришли!
20 ноября 1936 года. 15:30.
Штаб Хунты Обороны Мадрида. Мадрид, площадь Кибелы.
Заняв предместье Карабанчель, Штерн хотел тут же повести свою бригаду в центр Мадрида, но майор Родригес, успевший к этому времени связаться с генералом Миахой и доложить ему обстановку, посоветовал Григорию Михайловичу сделать это утром. Бригадный комиссар Александр Александрович Абрамов, занимавший в бригаде должность замполита, поддержал предложение майора, аргументировав это тем, что торжественный вход бригады в Мадрид обязательно поднимет боевой дух его защитников, а утром это увидит значительно больше людей. На том и порешили.
Следующим утром бригада парадным строем вошла в Мадрид, и комдив Штерн не отказал себе в удовольствии первым пересечь мост Толедо верхом на белом коне.
За ним, также верхами, следовали его заместители и командиры штаба полка, а в трех шагах позади них следовали знаменщик, несший Боевое знамя бригады, и его помощники, тоже, разумеется, конные.
Следом за командирами, построенные в колонны по восемь человек, шли пехотные батальоны, специально предупрежденные, что по мосту нужно идти вольным шагом, а сойдя с него - переходить на строевой. Что красноармейцы, желавшие показать местным ополченцам, как выглядит настоящая армия, с удовольствием и делали, печатая шаг так, что в окнах домов на улице Толедо стекла дрожали.
За пехотой следовала кавалерия, за кавалерией - танки, двигавшиеся по мосту колонной по одному, а съехав с него - эффектно перестраивавшиеся в колонну по два. Ну и в самом конце двигались артиллерия и обоз. Всего вход бригады в город занял более двух часов и закончился размещением советских войск в казармах Мария-Кристина и Савойя, а также танковой казарме.
Замполит Абрамов, желавший торжественным входом бригады в Мадрид поднять боевой дух ополченцев, добился своей цели даже не на сто, а на все сто сорок шесть процентов. Такого воодушевления осажденная столица не испытывала давно! Чтобы своими глазами увидеть красноармейцев испанцы толпились в переулках, высовывались из окон и даже забирались на крыши!
Делегировав обязанности по размещению бойцов помощнику начальника штаба по тыловому обеспечению и командирам батальонов, Штерн в компании начальника штаба бригады полковника Родиона Яковлевича Малиновского отправился на площадь Кибелы, где в здании бывшего военного министерства располагался штаб Хунты Обороны Мадрида.
Встретившись с генералом Миахой, Штерн обнаружил в нем знающего военного, при этом не считающего свое мнение истиной в последней инстанции и с готовностью выслушивающего советы. Так что, Штерн быстро нашел с генералом общий язык и, вникнув в обстановку вокруг Мадрида, совместно со штабом Хунты приступил к планированию дальнейших действий.
23 ноября 1936 года. 12:00.
Отель «Палас». Мадрид, площадь Кортесов, дом 7.
О деталях прорыва бригады Красной армии в Мадрид Максим Белов узнал лишь на четвертый день своего пребывания в столице Испании, поскольку в торжественном марше участия он не принимал, как, собственно, и все остальные сотрудники НКВД.
Напротив, пользуясь тем, что всеобщее внимание было привлечено к входящей в город бригаде, одетые в штатское «чекисты» спокойно прибыли на поезде на станцию Аточа, где их уже встречали бойцы Национальной Республиканской Гвардии во главе с ее Генеральным инспектором Хосе Санхурхо Родригесом. Под руководством гвардейцев сотрудники НКВД организованно загрузились в автобусы, доставившие их в отель «Палас», выбранный в качестве Мадридской штаб-квартиры НКВД.
Всего в Мадрид было отправлено сто восемьдесят сотрудников Главного Управления Государственной Безопасности, включая секретарей, машинисток, связистов и группу «Авангард». Плюс товарищ Власик выделил отдельную роту охраны. И все эти триста семьдесят человек, заселившись в отель, начали в срочном порядке переоборудовать его в полноценное управление НКВД по Мадриду.
Часть помещений на первом и втором этажах, а также номера на третьем и четвертом были переоборудованы в кабинеты, а кровати из номеров были перенесены в номера на пятом и шестом этажах. На чердаке связисты спешно разворачивали радиоузел, комендант управления согласовывал график посещения ресторана, переоборудованного в столовую, словом, работа кипела.
Группе «Авангард» выделили просторный номер на шестом этаже, состоявший из гостиной и двух спален, одна из которых была с двумя кроватями, а вторая - с одной, но широкой. Дополнительно в гостиную поставили три письменных стола, а в каждую из спален - по большому просторному сейфу, в которых разместилось доставленное багажом оружие и снаряжение.
Двадцать третьего ноября, когда первостепенные задачи по обустройству были завершены и можно было приступать к работе, Артур Христианович Артузов собрал весь оперативный состав НКВД в конференц-зале отеля. Первым на собрании выступил заместитель Артузова Леонид Александрович Котов[1] зачитавший присутствующим краткую сводку событий последних дней. После Котова слово взял сам Артузов.
- Здравствуйте, товарищи! - мягко улыбнувшись, произнес Артузов. - Поздравляю вас с прибытием в Мадрид! Как только что доложил нам товарищ Котов, добровольческая бригада Красной армии успешно разгромила группу войск генерала Варелы и ликвидировала саму возможность прорыва националистов в Мадрид со стороны Карабанчеля.
Однако, несмотря на успех под Хетафе, угроза взятия Мадрида по-прежнему сохраняется, поскольку основная группировка войск под командованием генерала Молы еще не разбита и угрожает городу с запада. И наша первостепенная задача - отбросить войска националистов и обезопасить столицу!
Непосредственно генералом Молой и его войсками займутся генерал Миаха, комдив Штерн и наши военные советники, наша же цель - Пятая колонна...
- Товарищ комиссар государственной безопасности, а что это за колонна такая? - спросил кто-то с места.
- А вы разве не слышали? - удивился Артузов. - До вас ведь должны были довести эту информацию еще в Москве. Еще пятнадцатого октября генерал Мола торжественно объявил по радио, что помимо четырех колонн, которыми он будет наступать на Мадрид, у него есть еще и пятая, находящаяся в самом городе.