КИМ 1 (СИ)
КИМ (Том I)
Пролог. ВЫСТРЕЛ В СМОЛЬНОМ.
«За безопасность необходимо платить, а за ее отсутствие - расплачиваться».
Уинстон Черчилль, английский политик.
1 декабря 1934 года. 16:37.
Городской комитет ВКП(б). Ленинград, Леонтьевская улица, дом 1.
Сергей Миронович Киров поднимался по центральной лестнице Смольного, полностью погруженный в мысли о предстоящем собрании ленинградского партийного актива, которое должно было состояться во дворце имени Урицкого через полтора часа.
Киров начал готовиться к этому заседанию еще утром двадцать девятого ноября, сразу после возвращения с проходившего в Москве пленарного заседания Центрального Комитета партии, посвященного текущим вопросам сельского хозяйства и отмене карточной системы на продукты питания. О решениях этого пленума Киров и должен был доложить на собрании партактива.
Все утро Сергей Миронович готовился к предстоящему выступлению, тщательнейшим образом формулируя тезисы своей доклада. Несколько раз он звонил в Смольный и просил прислать материалы, необходимые ему для подготовки. Первоначально он планировал сразу отправиться на собрание партактива во дворце имени Урицкого, но потом все же решил заехать в Смольный и ознакомиться с результатами заседания обкома партии, проходившего под руководством его заместителя, второго секретаря Ленинградского обкома Чудова.
В четыре часа дня Киров вызвал машину и вышел из дома. По обыкновению, дойдя пешком до моста Равенства, Сергей Миронович сел в автомобиль и в половине пятого оказался возле центрального подъезда Смольного. Как первому секретарю обкома, Кирову было положено пользоваться служебным подъездом, но он никогда этого не делал, предпочитая входить в Смольный как все, через служебный вход.
У дверей Сергея Мироновича уже ждал оперативный комиссар Борисов, немолодой уже мужчина с морщинистым лицом и редкими седыми волосами, в чьи обязанности входило сопровождать Кирова во время всех его перемещений по Смольному и с которым у Кирова сложились очень теплые, практически дружеские отношения.
Сопровождаемый Борисовым, Киров поднялся по лестнице до поста охраны между вторым и третьим этажами. Здесь Борисов, хорошо знавший, что Киров не любит, когда за его спиной маячат охранники, задержался, чтобы поболтать с часовыми, а Сергей Миронович поднялся на третий этаж уже один.
Погруженный в свои мысли Киров двигался по направлению к своему кабинету, расположенному в дальнем конце левого бокового коридора. Несмотря на самый разгар рабочего дня в коридоре было практически пусто, и единственным встреченным Кировым человеком оказался невысокий мужчина в поношенном пальто и плохо почищенных сапогах, отвернувшийся при его появлении. Сергею Мироновичу показалось это странным, но его мысли были заняты другими вопросами, и он не придал поведению мужчины особого значения. К тому же, если этого человека пропустили на третий этаж, значит, он имеет право здесь находиться.
Резкий звук выстрела, гулко отразившийся от стен коридора и заставивший Сергея Мироновича вжать голову в плечи, раздался, когда до двери кабинета оставался какой-то десяток шагов. Тут же с потолка посыпались мелкие крошки штукатурки, попавшие Кирову на фуражку и пальто.
Впрочем, первоначальный ступор быстро прошел, все же Сергей Миронович был старым революционером, не раз ходившим под пулями. Киров шагнул в сторону, чтобы сместиться с возможной линии огня, и обернулся, жалея про себя, что при нем не было маленького карманного «Маузера», каковых в его коллекции было целых три штуки.
Обернувшись, Киров увидел, что в паре шагов от него стоял тот самый мужчина, которого он видел в коридоре, и чью руку с зажатым в ней револьвером держал поднятой вверх молодой человек, ростом как бы не на две головы выше того, кого он удерживал.
- Что здесь происходит? - требовательно спросил Киров, к которому стремительно возвращалось самообладание.
Часть первая. ЧУЖАК. Глава первая. САНКЦИЯ НА ПЕРЕМЕНЫ.
«Наука история изучает настоящее, как продукт становления настоящего в прошлом».
Клим Жуков, военный историк.
11 ноября 2021 года. 13:03.
Штаб-квартира проекта «Хронос». Ленинградская область, поселок Токсово.
- Юрий Михайлович, к вам Виктор Николаевич и Исаак Маркович! - сообщил по громкой связи голос секретарши.
- Пригласите! - распорядился полковник Федеральной Службы Безопасности Ершов. - И, Леночка, будьте так любезны, приготовьте нам кофе!
- Да, Юрий Михайлович! - ответила Леночка.
Телефон пискнул, сообщив таким образом об окончании звонка, а полковник Ершов потянулся и встал из-за стола. Всего лишь час назад он прилетел из Москвы и чувствовал себя откровенно уставшим, однако времени на отдых у него не было. Предстояло очень много работы.
Полковник успел сделать несколько энергичных шагов по кабинету, чтобы прогнать сонливость, когда дверь кабинета открылась, пропуская внутрь приглашенных им людей.
Первым вошедшим в кабинет был майор ФСБ Виктор Николаевич Никонов, крепкий коренастый мужчина с цепким взглядом чуть прищуренных серых глаз, одетый в старомодный полувоенный френч. Следом за ним вошел Исаак Маркович Клейн, очень пожилой человек с блестящей лысиной, обрамленной редкими седыми волосами.
- Здравствуйте, товарищи! - произнес Юрий Михайлович, по очереди пожимая руки вошедшим. - Прошу, присаживайтесь!
- Как слетали, Юрий Михайлович? - поинтересовался Никонов, отодвигая стул. - Нас еще не разгоняют?
- Напротив, Витя, напротив, - усмехнулся Ершов. - Не торопись, сейчас все расскажу!
Дождавшись, пока Клейн устроится за столом, Ершов уселся в свое кресло, и несколько раз моргнул, чтобы сосредоточиться. В этот момент дверь кабинета открылась и вошла секретарша Ершова, стройная молодая женщина в белой блузке и черной юбке, несущая поднос, на котором стояли чашки кофе, сахарница и вазочки с конфетами и печеньем.
- Спасибо, Леночка! - поблагодарил секретаршу Ершов, приняв из ее рук чашку и сделав первый, самый вкусный глоток ароматного кофе.
Выждав, пока секретарша закончит расставлять на столе содержимое подноса и удалится, Ершов вновь посмотрел на своих подчиненных.
- Значит, так, товарищи, сегодня утром я был на приеме у Самого, - начал Юрий Михайлович, кивком головы указав на портрет, висевший у него за спиной. - В общем, президент санкционировал операцию по заброске.
- Нам наконец-то разрешили запуск установки? - Клейн азартно приподнялся в кресле и, казалось, помолодел на добрый десяток лет. - Ну наконец-то! Я уж боялся, что не доживу до этого дня!
- Доживете, Исаак Маркович, куда вы денетесь! - рассмеялся Ершов. - Скажите, сколько времени вам понадобится, чтобы подготовить установку?
- За неделю мы проверим установку и гарантированно устраним неисправности, буде такие обнаружатся. Но! - Клейн выразительно поднял палец вверх, подчеркивая важность своих следующих слов. - Юрий Михайлович, я хочу вам напомнить, что, согласно утвержденному вами же регламенту, агент перед заброской должен быть на две недели помещен в карантин!
- Я помню, Исаак Маркович, - кивнул Ершов. - И даже не собираюсь с вами спорить! - Не хватало еще притащить в прошлое какую-нибудь заразу! Теперь ты, Витя. Завтра утром предоставишь мне список кандидатов на отправку. Одного основного и двух-трех запасных.
- Могу прямо сейчас, Юрий Михайлович, - ответил Никонов. - Мы составили рейтинг всех курсантов на основе их персональных показателей и обновляем его каждую неделю. Могу с уверенностью сказать, что первые пять кандидатов абсолютно готовы к отправке.
- Не торопись, Витя, - наставительно произнес Ершов. - Еще раз проанализируй все кандидатуры, завтра утром мне доложишь.