Измена. Не буду твоей (СИ)

- Это правда? - Парвиз тоже кипит, но говорит уважительно.
- Правда. Но вы же сами знаете, на ней клейма негде ставить, разве порядочная женщина так бы поступила?
- Позор, - выдыхает Ирина.
- Что ты хочешь, Инга, - Парвиз переводит разговор на меня.
- Извинений хочу, перед кем ты меня опозорил, - повернулась к Руслану. - И денег, много денег.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Глава 36. Лиля. Рейс задерживается
Рейс “Красноярск-Москва” задерживается из-за погодных условий. Только этого мне не хватает, я уже мечтала, как сяду в самолет, закрою глаза и буду спать. А теперь неизвестно сколько нужно ждать в этом зале ожидания. Он, кстати, невероятно крутой. Я никогда не была в бизнес классе. Располагаюсь на диванчике, девушка приносит небольшое меню. Я от всего отказываюсь, не понимаю платно здесь все или нет. Я пока не готова к кофе по цене моей библиотекарской зарплаты.
- Капучино хотите? - С улыбкой спрашивает у меня, и почти шепотом, - стоимость включена в билет.
Мне немного стыдно. Я здесь как, заноза, сразу видно, что я чужая на этом празднике жизни.
- Спасибо, - говорю девушке почти в спину.
Я еще не успела осмотреть весь зал, как она возвращается.
- Ваш кофе и пирожное, - подмигивает и ставит на стол.
- Не подскажите, насколько вылет задерживают? - с одной стороны мне все равно,я никуда не спешу и никто меня не ждет. С другой, Кирилл и Лешка могут быть уже рядом, а не хочется этих всех разборок. А с чего я взяла, что кто-то из них за мной едет, из смс Кирилла?
- Пока на час, метель поднялась, взлеты запретили. Если вам прохладно, могу принести плед.
- Спасибо, мне ничего не нужно.
- Дамская комната, если что по коридору направо.
Снова благодарю девушку, умиляюсь, что можно ощутить себя человеком в любом месте.
- Твой мужик в слезах-соплях, что же ты его бросила? - сообщение от Инги.
А вот и чувство вины подъехало. Я же не в чем не виновата, никого не предавала, никому не изменяла, а вот это гаденькое ощущение, что я бросила человека в беде. Сейчас ему, наверное, так плохо, раз даже Инга соизволила мне написать. Видимо, Парвиз понимал, что так будет, поэтому быстро отправил меня восвояси. А то я бы сейчас побежала его спасать, простила все его выходки, чтобы только Лешке было хорошо. А мне?
Откусываю пироженку, вкус сладкого возвращает меня к себе. В эту секунду,
- Лиль, ты обалдела, - разговариваю сама с собой, - Мозги на место поставь. Никакой жалости к нему быть не может и к Инге. Ты чего, тебя выкинули, как котенка, а ты снова готова всех простить. Не зря бабушка называла меня “простодырая”. Смотрю на запястье - Лешкины пальцы впечатались синяками.
Подхожу к огромному окну, еле видны взлетные полосы, обозначенные огоньками. Вьюжит, почти минус тридцатиь на улице.
А если все же Кирилл вылетел по такой метели? А вдруг с ним что-то может случиться? Воображение - моя самая сильная сторона. Умение за секунду перебрабраться в волшебный, безопасный мир сильно спасало меня в детстве. Когда-то это и спасло мою неокрепшую психику. Правда, с возрастом это должно было пройти, но кажется, только усугубилось. Лешка злой приходит, свекровь что-то кричит, а я мысленно открываю большую дверь и прохожу в мою другую жизнь. Где мама меня любит и не пытается спихнуть бабушке, муж любит, ценит. Свекровь относится, как к дочери, с уважением. Больно потом входить обратно.
И сейчас мне снова хочется сбежать туда. Но пора взрослеть.
Вибрирует телефон, звонит свекровь. Ого, делаю вдох и беру трубку.
- Паскуда, бросила моего сына в сложный момент. Говорила я ему, что ты копия своей матери. Ну и с кем ты, тварь, шашни завела, с хозяйским сыном? - Нина Алексеевна кричит так, что весь бизнес класс слышит. - А святошу из себя строила. Я тебя сразу раскусила.
Впервые в жизни мне захотелось послать ее ко всем чертям. Оглядываюсь вокруг, мужчины в дорогущих костюмах, женщины с украшениями, столько наша московская квартира не стоит. Одна накрашенная девушка, которая ближе всех сидит ко мне, с интересом смотрит на меня.
 
- Нина Алексеевна, мне не удобно сейчас разговаривать. Уж поверьте, что я ни в чем не виновата, - стараюсь, как можно тише, - и извиняться мне не за что.
- Подобрали из дерьма, одевали, кормили, и ты не причем. Да что такое чистое постельное ты у меня дома узнала.
Ой ну не надо из меня бомжа то делать, замарашкой или грязнулей я никогда не была. Нового постельного не было, но чистое - всегда.
- Я прилечу в Москву, дома поговорим.
- А нет у тебя дома. Ты думаешь, я тебя на порог пущу. Замки я уже поменяла. Решила сына моего обобрать до нитки, - свекровь кричит все громче, она что там в рупор орет.
Ко мне подходит эта девушка, которая сидит ближе всех.
- Да что ты ее слушаешь пошли куда подальше.
Она забирает у меня телефон, успеваю услышать, крик Нины Алексеевны “Кого ты собралась послать?” Девушка нажимает на кнопку “отбой”.
Смотрю на нее с ужасом. Теперь мне точно не жить.
- Отращивай зубы, иначе сожрут, - возвращает мне телефон. - Может по шампанскому. Я угощаю.
- Спасибо, я не пью алкоголь.
- Мать мозг вынесла? - кивает на телефон, - моя такая же. Образ жизни ей мой не нравится
- Свекровь.
- Пффф, тем более нашла кого слушать.
Уважаемые пассажиры. Начинается посадка на рейс 917 “Красноярск - Москва”.
Еще на шаг ближе к ... к чему? Теперь и дома у меня нет.
Глава 37. Лешка. Прозрение
- Я твоей жене все высказала, - звонит мама. - Пусть теперь прощение просит, чтобы домой попасть.
- Мам, я просил тебя не лезть! У нас и так отношения напряженные, а теперь что?
Не знаю, сколько прошло времени, я так и стою под фонарем. Замерз. Голос дрожит от холода.
- Я замки вам поменяла, а то знаю я таких, как Лиля, и свое возьмет, и чужое прикарманит.
- Когда она у тебя что-то брала? Ты прекрасно знаешь, что она честная, - не успеваю договорить.
- Ты меня во всех бедах обвиняешь? Да кому ты кроме матери родной нужен, одна ноги об тебя вытерла, другая собирается. Лопух ты у меня, Алеша, - мама начинает плакать, но эти слезы я хорошо знаю. Она так же себя вела, когда в двенадцать я решил музыкалку бросить - хваталась за сердце, театрально прикладывала мокрое полотенце к голове. Потом когда хотел поступать на ветеринарный, но мамин строительный победил.
- Мам, я никого не обвиняю. Но за последние дни столько всего произошло. И сейчас у меня одно желание, поскорее домой, и Лилю рядом.
- Не придумывай. Думай о работе, я поглядела, у вас обоики уже плохонькие на кухне, надо ремонт делать.
- Мам, услышь меня! Моя жизнь рушится! Какие обойки!?
Диалог продолжать бессмысленно. Она бросает трубку, а мне становится еще гаже.
Уже не чувствую ног. Хочется тепла. Возвращаюсь обратно в дом Парвиза, все переговариваются, смотрят на меня странно.
Что же произошло, пока меня не было?
- Алексей, мы вас искали, - Ирина выглядит нервной. - Тут просто немыслимое случилось!
- Тунгусский метеорит еще раз упал, - шутить не хотелось, сболтнул первое, что пришло в голову.
- Инга ваша на голову нам упала.
О, а это больше хорошая новость, чем не очень.
- И? И чем я должен сейчас помочь, снять ее и поставить на пол?
- Очень смешно. Она позорит вас, она позорит нас, - Ирина загибает пальцы, как будто считает по ним. - Она позорит весь женский род.
Чувствую себя укротителем тигров. И одна моя тигрица куда-то выбралась из клетки. Пора достать кнут и загонять ее в клетку. Ирина молча ведет меня в комнату переговоров.
Парвиз, незнакомый мужчина, Инга, теперь я и Ирина. Переворачиваю стул спинкой к себе, сажусь, опираюсь на нее локтями.
- Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались, - напеваю я.
Инга смотрит на всех немного свысока, остальные сидят с лицами, как на похоронах. - Что натворила эта стерва, - киваю головой в сторону бывшей любовницы. Чувствую себя, как на родительском собрании, где будут отчитывать мою нерадивую... язык не поворачивается сказать, дочь.