Школяр (СИ)
— Да!
— Удивительное рядом! — «восхитился» я. — В шестом разделе дуэльного кодекса Собственном Его Императорского Величества Лицея номер один всего пять подпунктов, все они описывают порядок оплаты услуг целителей вышеупомянутого лицея в случае отсутствия у поединщиков собственных, а далеко не последний представитель славного рода Засекиных недостаточно умен для того, чтобы выучить наизусть простенький, но чрезвычайно важный документ!
Парень чуть не лопнул от злости, рванулся, было, ко мне, но был пойман друзьями. А я посмотрел на «вернейшую помощницу», обнаружил в ее взгляде плохо скрываемое веселье и еще раз убедился, что любимая тетушка назвала ее стервозиной не просто так:
— Мой господин, я уже забронировала малую арену номер одиннадцать. На шестнадцать ноль-ноль.
— Одиннадцать? Это число я уже не забуду… — преувеличенно серьезно заявил я, повернулся к Ярославу Федоровичу, плавящемуся от бешенства, и нанес по его самолюбию еще два сильнейших удара: — Право, не стоит так яростно сопеть: я принимаю ваш вызов, ибо и нам, простолюдинам, не чуждо великодушие. И потом, чего вам расстраиваться? Вы ж аристократ с вереницей благородных предков за спиной. Ну, а мозги — дело десятое…
Это, если что, тот самый Засекин)))
Глава 8
Часть 2
р…Формулировка согласия на дуэль с Засекиным взбесила не только его — не прошло и пары секунд, как показать мне мое место захотело еще четверо одноклассников и три одноклассницы! Я, в общем-то, не возражал, но «чтил» дуэльный кодекс лицея, категорически запрещающий не инициировавшимся ученикам участвовать более чем в одном поединке в день, поэтому предложил страждущим определиться с очередностью вызовов самостоятельно. И подлил масла в огонь, заявив, что они для меня пока еще на одно лицо.
Если бы не преподаватель, нарисовавшийся в дверном проеме, меня бы, наверное, порвали на мелкие лоскуты. А так справились с яростью, неспешно разошлись по своим местам и почти одновременно… снисходительно кивнули в ответ на приветствие мужчины, который был старше нас как минимум втрое!!!
Он счел нормальным не только это, но и реанимационные мероприятия, проводимые двумя целительницами прямо в центре класса. Правда, кинул вопросительный взгляд на ту, которая сидела на корточках к нему лицом, получил такой же безмолвный ответ и спокойно объявил тему урока!
Меня заметил минуте на четвертой-пятой и лишь потому, что заглянул в электронный журнал — прервал разглагольствования на тему экономических причин первой гражданской войны в Поднебесной Империи, поднял меня из-за стола и попросил представиться, рассказать что-нибудь о себе и объяснить, с какого перепугу я, простолюдин, решился поступить именно в этот лицей!
Нет, формально вопрос звучал совсем по-другому и не должен был меня оскорбить, но второе дно ощущалось чуть ли не кожей и, конечно же, вызвало соответствующую реакцию у поборников сословной принадлежности. На их смешки мне было наплевать с высокой горки, а преподавателя я прощать не собирался:
— Лютобор Игоревич Дерябин. Люблю учиться, гонять на спортивных автомобилях и общаться с достойными личностями. К сожалению, уровень преподавания в учебных заведениях некоторых медвежьих уголков нашей родины заметно ниже, чем в столичных, а я в принципе не умею что-либо делать спустя рукава, соответственно, особого выбора и не было. Увы, мои детские представления о том, что в интеллектуальном центре страны работают достойнейшие преподаватели государства, только что разбились вдребезги: вы, Варфоломей Дмитриевич, либо патологический дурак, либо один из самых последовательных и опасных врагов рода Волконских, ибо…
Тут в классе поднялся ропот, а Корольков побагровел и жал кулаки, но я и не думал останавливаться:
—…ибо каким-то образом пролезли в число сотрудников этого лицея и намеренно подтачиваете веру самых умных, талантливых и перспективных представителей подрастающего поколения граждан Российской Империи в необходимость социальных лифтов, высшую справедливость и другие фундаментальные основы государственности!
Этот придурок не нашел ничего лучше, чем сорваться на визг:
— Выйдите вон! Немедленно!! Вы срываете мне урок!!!
— Выйду… — покладисто согласился я. — Но сразу предупрежу, что я, как убежденный патриот, немедленно отошлю докладную записку в ректорат и приложу к ней запись этого разговора.
Он настолько сильно вышел из себя, что покрылся ледяной броней и начал формировать ледяной шип! Зря: как только его радужка побелела, а на коже лица появилась первая изморозь, «включились» телохранители и личные помощники моих одноклассников. Причем перешли в боевой режим в разы быстрее кабинетного вояки: Землячок лет сорока «выстрелил» собой прямо из-за первого стола левого ряда, на ходу закрылся каменным панцирем, сбил Королькова с ног и, к моему удивлению, прервал формирование атакующего заклинания; двое Воздушников прикрыли учеников соответствующим щитом, а Огневик, как-то уж очень быстро добравшийся до учителя, прижал к его лбу правую ладонь и яростно прорычал:
— Прекратите магичить в присутствии детей, или я выжгу вам мозги!!!
Да, его рык прозвучал очень убедительно, но не настолько чтобы терять лицо. А Варфоломей Дмитриевич потерял. Описавшись. И подарил мне еще одну возможность высказать свое «фи»:
— Ну вот, как я и говорил — достойнейшими преподавателями конкретно в этом классе и не пахнет…
…С чрезвычайным происшествием разбирался проректор — высокий, представительный и чрезвычайно обходительный мужчина лет пятидесяти пяти, по моим ощущениям, способный продать снег эскимосам или завязать мозги морским узлом любому менталисту.
Судя по всему, начал еще у себя в кабинете или там, откуда стартанул в сторону нашего класса, ибо, появившись на пороге, извинился перед учащимися за недостойное поведение бывшего преподавателя экономической истории, приказал двум сотрудникам службы безопасности лицея отконвоировать его в дежурку, а затем напрочь шокировал моих одноклассников, поблагодарив меня за четкость гражданской позиции и самоотверженность в защите основ российской государственности! В результате продолжение речи, в которой проректор пообещал в ближайшие же дни предоставить классу по-настоящему патриотичного нового учителя, они пропустили мимо ушей. И спохватились только тогда, когда он посоветовал нам подождать начала следующего урока в кафе, извинился еще раз и откланялся!
Мы с Валентиной последовали вполне логичному совету первыми — вышли в коридор, определились с направлением на ближайшее подходящее заведение, прокатились на пятый этаж на лифте, прогулялись по светлому коридору и вошли в большой, но довольно уютный зал, в котором приятно пахло свежей сдобой. Изображать Прелестный Пуп Земли мне было неохота, так что я подвел «вернейшую помощницу» к витрине со всевозможными кондитерскими изделиями и предложил выбирать.
Целительница оказалась сладкоежкой: взяла себе два венских штруделя, кусочек медовика, клубничное мороженое с шоколадной крошкой и кофе. Потом посмотрела на часы, убедилась, что до десяти еще далеко, и разрешила мне умять пару-тройку блинчиков с мясом.
Блинчики я любил, но присовокупил к ним еще и булочку с изюмом. Точнее, заказал все вышеперечисленное, отвел даму к чем-то понравившемуся столику и помог сесть в роскошнейшее кресло, достойное иных королей. Опустившись напротив Замятиной, влез в архив видеозаписей и отправил Раисе Александровне мини-отчет о первом часе пребывания в стенах нашей с ней Альма Матер.
Через пару секунд перед глазами появился текстовый ответ:
«Хе-хе, вся в предвкушении! Сейчас посмотрю…»