Фаворит (СИ)

Пролог. Метрополия. Миранда. Императорский дворец
— Арман, пожалуйста, соглашайся! Ты же теперь Князь, и должен меня понять! У меня нет выбора.
— Вот именно, дорогой мой теперь уже Император, я Князь — глава целого рода. И у меня тоже нет выбора. Я не могу стать твоим Фаворитом, не опозорив честь великого рода Веласкесов. Отныне мы можем быть только друзьями.
— Бред. Даже я в нашу дружбу не верю, что уж говорить про остальных.
— Наверное, ты прав. Или любовь, или ненависть.
Два совсем еще молодых парня стояли посреди разгромленного тронного зала, обхватив друг друга за шеи, и никак не могли смириться с неизбежным.
Еще вчера они были уверены в том, что никто и никогда не сможет их разлучить: младшие сыновья двух самых влиятельных родов Вселенной — императорского и княжеского. Кому до них было дело? Кто посмеет сказать им хоть слово поперёк? Их братья и сестры только порадовались такому, стопроцентно бездетному, союзу. Богатые, свободные от всего и вся парни позволили себе слабость полюбить друг друга всем сердцем, навсегда прощаясь с интригами, борьбой за власть и отцовством.
Увы. Вселенная отвела им на счастье меньше полугода: бангалоры, четырёхрукие зелёные отморозки, штурмом взяли Амадею — планету-столицу владений рода де Сильва-Веласкес, и вырезали половину ее населения, включая княжеское семейство, сея хаос и панику на всем Порубежье, а старшие братья Генриха, воспользовавшись тем, что на помощь Князю были брошены лучшие из лучших, в том числе Личная Гвардия Императора, устроили дворцовый переворот, в ходе которого умудрились не только убить отца, но и отравить друг друга.
— Я не могу отпустить тебя, Арман. Это выше моих сил!
— А я не могу остаться. Кто отомстит бангалорам, если не я? Кто восстановит справедливость и вернет отнятое? Я не хотел быть Князем, так же, как ты — Императором, но Вселенная решила все за нас.
— Я не верю во Вселенную, — жестоко поцеловал в губы любимого Генрих. — Я верю в человеческую жадность и глупость. И я верю в нашу любовь, за которую буду сражаться всеми возможными способами до конца наших дней! Ты принадлежишь мне так же, как я тебе, какую бы ерунду ни нес сейчас.
— Мы не принадлежим даже себе, что уж говорить друг о друге. Отныне долг и ответственность перед людьми решают все за нас.
— Если я запру тебя в Башне, объявлю вне закона и конфискую все твои планеты, тебе не о чем будет переживать.
— Если ты любишь меня по-настоящему, то никогда так не сделаешь.
— Если ты любишь меня по-настоящему, то согласишься стать моим Фаворитом, и мне не придется делать глупости.
— Я люблю, — прошептал не 20-летний безалаберный мальчишка, но Князь де Сильва-Веласкес, перед которым в скором времени официально склонят головы правители тридцати планет и двух галактик.
Поцеловал своего пусть и не коронованного, но все равно Императора в губы… и вонзил кинжал ему в спину. Как еще он мог выиграть время для побега?! Обнял изо всех сил, пряча наворачивающиеся на глаза слезы в темных шелковых волосах, и сполз вместе с ним на пол:
— Помогите! Кто-нибудь! Скорее!!!
— Ваше Высочество! Князь! Что случилось?! — ворвалась в зал кучка придворных.
— Покушение на последнего Наследника. Ему в спину вонзили кинжал с ядом Агуаны, — поднял на них глаза Арман. Вытер мокрые ресницы рукавом. — Спасите вашего теперь уже Императора, чего бы это ни стоило! А мне надо разобраться с тем, кто посмел поднять на него руку.
— Вам нужно сопровождение?
— Я справлюсь сам.
Он успел стартовать с планеты за миг до того, как Генрих пришёл в себя и объявил его мятежником, тем самым повергая единую больше тысячи лет Империю в хаос.
…
Десять лет спустя. Метрополия. Миранда. Форт Нокс.
Атмосфера в тюрьме для военных преступников не располагала к задушевным разговорам, однако в день, когда два солнца слились в небе Миранды в одно, а очередной шпион, подосланный Императором к мятежному Князю Веласкесу, был отправлен им на тот свет, такой разговор в одной из самых дальних и замшелых камер тюремного подземелья все-таки состоялся.
 
— Лучший выпускник Академии Генерального Штаба, аристократ, перспективный офицер, талантливый, умный, находчивый… Идеальный. Какого черта вы забыли в этой тюрьме, Стефан фон Цвейг?
— Ваше Величество, давайте сразу перейдем к делу. Я уважаю вас настолько же сильно, насколько ненавижу своего тупого карьериста-начальника, и не хочу тратить ваше драгоценное время попусту.
— Ты нравишься мне, Стефан, — улыбнулся взъерошенному, воинственно настроенному парню Император, откладывая его досье в сторону. — Поэтому я хочу предложить тебе кое-что особенное.
— Ваше Величество, вы привлекательный мужчина, и я не прочь с вами переспать, — заметно смутился Стефан. — Но на роль вашего любовника не гожусь. Я же военный! Дворцовые змеюки сотрут меня в порошок так быстро, что вы мною даже насладиться как следует не успеете!
 — Спасибо за комплимент и предложение заняться сексом, но я не об этом, — с ласковой насмешкой в голосе сказал Генрих.
— Тогда о чем? — сделал вид, что ничего не было, парень. Подобрался, сосредоточился.
— Как ты относишься к мятежному Князю Веласкесу, Стефан?
— Никак. Слышал о нем и его победах над бангалорами из новостей, не более того.
— Не стоит врать Императору в лицо, — посуровел Генрих. — Это может плохо для тебя кончиться.
— Простите, Ваше Величество, — повесил голову Стефан. — Я ни в коем случае не хотел вас обидеть, но правда для меня может обернуться еще худшими последствиями.
— Что может быть хуже моего к тебе личного визита?
— Действительно…
— Итак?
— Я восхищаюсь Князем и мечтаю на пару с ним рвать глотки бангалорам, которые три года назад вырезали всю мою семью и отобрали у меня планету. Я слежу за его успехами и негодую по поводу того, что вы, мой Император, не делаете ничего, чтобы ему в этом праведном деле помочь. Он ведь был вашим лучшим другом!
— Князь был мне больше, чем другом, но однажды воткнул кинжал мне в спину в прямом смысле слова и сбежал без каких-либо объяснений.
— Ох ты ж… Я не знал.
— Вообще-то, это государственная тайна. Я рассказал тебе о ней не столько для того, чтобы очернить Князя, сколько для того, чтобы на его фоне выглядеть чуточку белее и пушистее, чем я есть на самом деле.
— Вам это удалось, — улыбнулся Стефан. — Чего вы от меня хотите?
— Много чего, и все это имеет непосредственное отношение к Князю. Ты — тот человек, который поможет мне получить желаемое, и именно поэтому я пришёл к тебе лично.
— К вашим услугам, мой Император.
— Как ты понимаешь, нож в спину я Князю простить не смогу никогда, однако его роль в войне с бангалорами трудно переоценить — он тянет ее практически в одного. Меня устраивало текущее положение дел до тех пор, пока Князь не стал испытывать серьезные финансовые и кадровые затруднения, чем воспользовались вездесущие бангалоры. За последние несколько месяцев он окончательно потерял контроль над одной из своих галактик, упустил из рук обоз с оружием и отступил к границам Метрополии, а это недопустимо. Я не могу помочь ему официально, ведь он мятежник и предатель, но это не значит, что я буду сидеть сложа руки и смотреть на то, как зеленые ублюдки вырезают моих, хоть и весьма формальных на данный момент, подданных.
— Вы хотите, чтобы я присоединился к Князю?
— Да, но это не главное. Блестящий военный стратег, на ровном месте оклеветанный карьеристом-начальником и осужденный за преступление, которого не совершал, ненавидящий Империю, потерявший родных и близких в стычке с бангалорами… Понимаешь, к чему я веду?
— Вы хотите, чтобы я стал его правой рукой?
— Ты по праву считаешься лучшим из лучших, Стефан, — одобрительно кивнул Император. — Однако одного тебя будет недостаточно. Князь потерял в боях слишком много хороших кадров.
— Мне нужен месяц, чтобы собрать команду отчаянных храбрецов, жаждущих надрать задницы бангалорам.