О моем перерождении в злодейку (СИ)
Рыжий задумался. Андриан ожидал увидеть смятение на его лице, нервный блеск в его глазах, но вместо этого Жан молча уставился куда-то чуть выше его головы и смотрел в одну точку.
— Что… что он делает? — неуверенно спросил Эдгар, уставившись на маркиза.
— Я… и сам не уверен… — нахмурился король.
— Я вспоминаю всех девушек при дворе, с которыми я знаком, — все так же глядя куда-то в сторону ответил лорд Рамиро.
— Всех?
— Угу.
— В смысле, вообще всех? Как вы можете помнить… — хотел возмутиться оборотень, но затем понял, — ах, да, это все штучки неощутимых….
Жан кивнул и слабо улыбнулся. Надо же! Перед ним сидит оборотень и дракон, и при всех их способностях, эту парочку поражает его хорошая память и внимательность.
— Пожалуй, графиня Борена и есть один из худших вариантов, который мне точно не понравиться. Есть ещё, конечно, несколько дам о которых я знаю недостаточно много, чтобы делать подобные выводы. Но насчет Фьяммы я уверен, — проанализировав все произнёс лорд Рамиро.
— Но ты не можешь этого знать. Нельзя просчитать в кого влюбиться!
— Ах, дорогой мой друг, еще как можно. Скажи, как можно выгадать политически хороший брак? Какой будет подходящая жена королю?
Теперь Андриан задумался.
— Она должна быть воспитана, образована, достаточно знатна и её происхождение не должно вызывать вопросов, без обид, Жан…
В ответ на это Рамиро небрежно пожал плечами, показывая, что его это высказывание не задело. И блондин продолжил:
— … Жена короля должна быть разумна и обладать чувством такта… знать когда, что и кому стоит сказать, а когда промолчать. Ну и, разумеется, она должна быть подходящего возраста для того, чтобы родить будущих наследников. И хоть сколько-то привлекательна и приятна. Невозможно взрастить чувства, если рядом с твоей супругой тебе не нравиться даже находиться, и противно на нее смотреть или слушать.
— Вот и представь, что совместимость в простом браке можно высчитать точно так же, — загадочно произнес Жан, краем глаза заметив, что профессора тоже заинтересовал их разговор, — основываясь на личных предпочтениях и восприятии мира. Например, раз уж лицо мне держать ни к чему, то мне и абсолютно наплевать, что, кому и каким тоном скажет моя супруга… в пределах разумного, я имею ввиду, — сразу предотвращающая поток глупых вопросов пояснил он.
— И что же ищет в супруге советник внутренней безопасности? — ухмыльнувшись спросил Дегарр.
— В первую очередь уважение. Без него не может быть и любви, и крепкого брака. Невозможно долго прожить со сколь угодно хорошенькой девицей, даже предаваясь с ней страстным утехам, при этом совершенно не считаясь с ней или её взглядами на жизнь. Тут уж я на своем опыте знаю, о чем говорю. Во-вторых, в неё должны сочетаться ум, рациональность и стойкость. У неё должно быть нечто, что я бы назвал стержнем…
С этими словами мысли Жана невзначай вернулись к его разговору с герцогиней в лесном домике. Что ж, стержень у той девчонки был, это определенно. Хотя, если верить книге — Окну, то Ника была его ровесницей, уж точно не девятнадцатилетней девочкой. Возможно, в этом и крылось основное отличе в её поведении и поведении настоящей Николь Килли.
— Не верю, что во всем королевстве Клайэс не найдется такой!
— Может и найдется, я не присматривался достаточно близко.
— Тебе придётся выбрать! — настоял Андриан.
— А что… если я сосватаюсь к Ханни Лав? Она ведь скорее всего вернется ко двору виконтессой…
После этих слов правая рука короля увидел на лицах своих собеседников неожиданную реакцию. Ту же, что и ранее: Андриан недовольно поджал губы, а Дегарр напрягся.
Да, точно так же эта парочка отреагировала и на новость о том, что Николь скорее всего закрутила с вампирским лордом. Неужели эти двое ещё и…
В дверь настойчиво постучали. В кабинет вбежал жандарм в черной униформе и протянул ему бумаги по текущему делу. А, увидев на себе гневный взгляд короля, он промямлил:
— Лорд Рамиро приказал бежать сразу к нему, когда добуду эти данные.
— Хорошо, Годрик, свободен, — махнул рукой маркиз, озадачено глядя в списки посетителей.
— Ну что там, не томи! — требовательно сказал монарх, увидев напряженность на лице товарища.
— Все-таки мне придётся пообщаться с графиней Бореной, как ты и хотел.
— Да неужели? — самодовольно улыбнулся король.
— Да. Фьямма тоже в списке гостей театра.
Глава 22. В которой я узнаю секрет драконьей крови.
В театре началась настоящая суматоха. Но Виктор быстро вывел меня оттуда и поспешил отвести домой ещё до приезда жандармов.
— Я сам улажу все вопросы, — произнёс он, — Однако, какое счастье, что мы с тобой решили выпить чай в тот самый момент.
Я согласно кивнула, глядя куда-то в пустоту. Я все ещё не отошла от пережитого потрясения. Свечу поставили у веревки специально, чтобы тяжелая люстра свалилась прямо на нас.
Логично было бы предположить, что это покушение на графа. Он обладает большим влиянием и весом, чем я, хотя и ниже меня по статусу. Ведь он драгоценный сынок вампира, управляющего Туманным островом.
Помимо прочего, было ещё одно большое и жирное «НО». Он нежить. Даже если бы Виктор не успел среагировать, то люстра никак не могла прикончить его. Лишь повредила бы красивую оболочку. Однако у его семьи достаточно денег, чтобы это исправить. Каждый дурак это знает.
А если так, то остается лишь один вариант. Целью этого неудачного покушения была я. И вот сейчас мне становилось по — настоящему страшно.
Кого я смогла разозлить кого-то достаточно сильно, чтобы он решил свести со мной счеты? Шиа Крассиус не сдержала свой гнев? Или я довела до ручки Фьямму? А может это и вовсе король хотел отыграться на Викторе? Хотя нет, я скорее предположу, что именно он подстроил встречу Виктора с аферистом, чтобы выставить его в дурном свете передо мной.
Тогда, какие еще варианты? Может это граф Гизофф решил сделать Лауру наследной и единственной дочерью семьи Килли, прежде чем жениться на ней? Кузену Болину я вроде как нужна живой, но кто знает, может это он разозлился не на шутку? А может это еще какие-то дальние родственники герцогини, в погоне за титулом и властью? Побочных ветвей, связанных с нами дальним родством слишком много, чтобы я запомнила их всех. Учитывая, что большая часть из них живет за тридяветь земель и при дворе — то ни разу не была.
Ну а что, если это кто-то, о ком я и вовсе не знаю? Даже не подозреваю о существовании такого врага?! В конце концов, я в этом мире всего ничего, и мало ли кого герцогиня могла еще обидеть? Вариантов было столько, что голова шла кругом.
Мне что же, теперь просить Матиаса сделать и аванитовый шлем? Вот только вряд ли его удастся выдать за украшение. А если я начну расхаживать в подобном облачении, то у людей явно возникнут вопросы. Они решат, что я сомневаюсь в способности правителя королевства Клайэс предоставить достойную защиту подданным. И будут правы, я ведь и правда сомневаюсь, ещё как.
Хотя, скорее вопрос следует поставить так: захочет ли король защищать такую подданную, как я? Более того, я вообще мало кому доверяю на Кёрсе. И привыкла всегда сама отвечать за себя. Что же теперь делать?
Истерзав свою нижнюю губу я поняла, что мы наконец-то вернулись во дворец. Виктор открыл дверь и галантно проводил меня до моих покоев. Видимо, он и сам полагал, что покушались именно на меня.
Оставшись совершенно одна в стенах своих уже привычных комнат, я уже было хотела выдохнуть. Но тут занавески качнулись, и я увидела силуэт, скрывавшийся в темноте за ними.
Я громко взвизгнула, кинув первым попавшимся предметом в ту сторону. Им оказался чайный сервиз. Но тень отразила мою неумелую бомбардировку посудой и сделала шаг вперед, выходя на лунный свет.
— Едрит твою налево! Мария! — прокричала я, ни то с испугом, ни то со злостью, — Никогда, слышишь, НИКОГДА так не делай.
В ответ на это служанка все с тем же невозмутимым выражением повернула голову на бок, как обычно это делают кошки, и поинтересовалась: