Ярина. Моё (не) счастье (СИ)

— Вы с ним знакомы? — в свою очередь удивилась я.
— Мы с ним хорошие друзья, — задумчиво протянул брат.
— Лирам не знакомил меня со своими друзьями в целях безопасности. Меня искали, и мы не хотели рисковать, — не заметно для меня, ко мне подсела Ясми и обняла. — Но я бы умерла еще в детском возрасте, если бы не бабушка и дедушка. Они были совсем не такими, как их дети. Чтобы спасти меня, они переписали на меня Арильские земли. Завещание было так составлено, что в случае моей смерти, земли перейдут в собственность государства Дарианэль и никто не сможет этому помешать.
— Так вот, почему Ваилини не за какие деньги не хотела продавать эту территорию, — догадалась Мая и нежно погладила меня по щеке.
— К слову за двадцать лет эти земли стали одними из богатейших, так как там нашли огромные залежи драгоценных камней. Как ты только успевала? — по-доброму поинтересовался Шердон, наконец, справившись со своими эмоциями.
— Мне помогал Лирам, а позже, когда лорд Сильвани подарил мне рядом лежащую территорию. Я смогла с ним договориться и он помогает мне в управлении, — брови императора удивленно взлетели.
— Этот старый скряга подарил тебе земли? Да с ним даже гномы общий язык найти не могут! — весело рассмеялся он.
— Вообще, он мне их проиграл в шахматы. А потом мы сдружились и на взаимовыгодных условиях помогаем друг другу, — весело улыбнулась припоминая те события.
— Хотел бы я посмотреть на его лицо в момент проигрыша, — протянул Шердон. — Хорошо, с большей частью разобрались, — в миг став серьезным, проговорил мужчина. — Что случилось и как ты оказалась на озере, разберем чуть попозже. Ты и так сегодня напереживалась, — вынес он вердикт. Драконам временно запрещен вход на наши территории, так что не беспокойся, — неосознанно вздрогнула, услышав про драконов. Мая заметила и успокаивающе меня погладила.
— Кольцо не снимается? — аккуратно уточнил Гилберт.
— Нет, ни кольцо ни браслет. Кулон с лунным камнем, тоже не поддается, — подтвердила его опасения. Пока я была в ванной, чуть палец себе не оторвала в попытках избавиться от украшения. А оно словно живое, лукаво мне поблескивало.
— Что-нибудь придумаем, — пообещал Шердон, хмуро посматривая на родовые артефакты Адэнских. — А кулон никто из нас не снимет, это получится лишь у того, кто одел. Но думаю, это даже хорошо, ведь именно он отбил большую часть проклятья "холодное сердце".
Это снова какая-то насмешка судьбы? Я не хочу даже видеть лорда Адэнского, но видимо мне придется не просто с ним увидеться, а еще и взаимодействовать.
— Пойдем, погуляем по парку, поболтаем о своем, — нежно улыбнулась Мая, и потянула меня за руку. — Тем более, тебе нужно набраться сил перед ритуалом.
— Ритуалом? — удивленно переспросила.
— Да, мы хотим тебя удочерить. Конечно ты и так близкий член нашей семьи, но мы хотим чтобы ты была нашей дочерью, — удивленно проговорила Мая, будто это было само собой разумеющееся и я должна была сама догадаться.
Я удивленно посмотрела на всех своих родственников. Неужели, они серьезно…
— Ярина, почему ты плачешь? — взволнованно подскочила ко мне Ясми. А я не могла поверить, что обрела настоящую, любящую семью.
— Пойдем, маленькая…, - ласково проговорила женщина, поняв мои чувства.
Глава 26
Я с остервенением била кулаками по ледяному куполу, стараясь разрушить собственноручно построенную тюрьму, в которой оказалась. Здесь, мне была не страшна никакая физическая боль, только холод, словно голодный зверь, пытался насытиться моим теплом. Отчаяние и страх наполняли меня, казалось что я останусь в этом застывшем, холодном месте навсегда…
***
Резко открыла глаза и села на постели с жадностью вдыхая воздух. Сколько это еще будет продолжаться? Устало растерла лицо руками и поднялась с постели, я все равно уже не усну. Накинула на себя одеяло и села в кресло рядом с камином. Огонь согревал и успокаивал, приводя мысли в порядок.
Ровно две недели назад, мы провели ритуал принятия. Теперь я не просто полноправный член императорской семьи, а их кровная дочь. До сих пор мне не вериться, что у меня есть настоящая семья, поэтому пока я не могу называть Шердона и Маю — папой и мамой. В своих мыслях у меня уже получается это легко, но обратиться к ним так вслух не поворачивается язык. Уверена, это пройдет, просто нужно чуть больше времени. Император относится к этому с пониманием, а вот Мая иногда дуется, но старается не подавать виду. Думаю, она также понимает мои чувства и старается не торопить события, и я очень благодарна ей за это.
 
Наконец, я стала чувствовать родовую связь и это весьма необычное чувство: я всегда знаю в каком состоянии мои близкие и нужна ли им помощь. Вторая ипостась пока спит и родные переживают, что я совсем ее не слышу. Но пока нет повода для сильного волнения, все же моя сущность только набирает силы. Все было замечательно, я узнавала государство, знакомилась с его традициями и народом, который к моему удивлению также тепло меня принял. Потом Гилберт объяснил, что оборотни чувствуют во мне императорскую кровь и магию — это невозможно подделать или достичь при помощи каких-либо ритуалов, так что неудивительно, что ко мне такое отношение. Конечно, пришлось выдумать складную байку о том, где все это время пропадала младшая принцесса, без этого не обошлось. Но мы довольно быстро с этим справились, а народ уже додумал историю, которая с каждым днем обрастала все новыми подробностями.
Вроде бы моя жизнь начала налаживаться, но тоска в сердце не отпускала. Мама видела, что меня что-то гложет и попыталась вывести на разговор, но пока я была не готова делиться со своей болью. Моя израненная душа тянулась к ее мучителю, и мне было противно от самой себя. Я чувствовала себя жалкой и слабой. Можно ли любить того, кто, смеясь, растоптал тебя? В мыслях, я старалась убедить себя, что это действие родовых артефактов, которые все еще оставались на моей руке. Но можно обмануть кого угодно, только не саму себя. Иногда доходило до абсурда, я пыталась оправдать действия Рейяна, выдумать для них правильное объяснение, а потом сама же себя одергивая, понимая всю жалкость своих попыток. Эти противоречивые мысли разрывали меня и я была не в силах остановить этот круговорот. А потом, случилось то, чего мы все так опасались — оставшаяся часть проклятья, проявила себя…
Стоит мне закрыть глаза, как я оказываюсь в центре замерзшего озера, окруженного ледяной стеной. Я ощущала себя бабочкой, которую накрыли стеклянным стаканом, чтобы получше рассмотреть ее крылышки. Холодный купол, словно высасывал из меня все доброе, и согревающее сердце, оставляя только горечь и боль. Никакие заклинания и снотворные не помогали избежать этого заточения, единственный способ — не спать. Согласитесь, не самый надежный вариант. Я стала бояться ночи и с ужасом ждать ее наступления. Отец и Гилберт искали хоть какую-нибудь информацию, которая поможет избавиться от "холодного сердца". Над этим работали лучшие специалисты, но пока все было безуспешно. Единственное, что удалось узнать — это проклятие имеет совсем иные свойства, нежели описанные в древних книгах. Это и пугало больше всего — неизвестность. Остается только надеяться на старшего брата, с которым мы пока так и не познакомились. Роерик так и не объявился, пребывая в "гостях", но исправно общался с отцом. Он сказал, что у него есть мысли по поводу проклятия, и как только они подтвердятся, нам все расскажут. Надеюсь, это произойдет скоро, иначе я просто сойду с ума.
 
А за окном уже засиял розовый рассвет, который мягким светом залил мою комнату. Чувствую, этот день преподнесет мне много новых сюрпризов. И это не удивительно, ведь сегодня отец должен снять запрет о перемещении на наши границы драконам. А это чревато последствиями, которые в любом случае настанут.
Потянулась в кресле с удовольствием разминая затекшие мышцы. Думаю, я уже достаточно восстановилась, чтобы возобновить свои тренировки. Что может быть лучше утренней пробежки? Особенно, если нужно подумать и привести мысли в относительный порядок. Собралась и спустилась в тренировочной зал, который к моей радости еще пустовал. Жаль, что на улице сильный мороз, я больше люблю бегать на свежем воздухе, слушать пение просыпающихся птиц и любоваться утренней природой. Но сейчас царствует зима, и приходиться подстраиваться.