Моя анимежизнь. Пенталогия (СИ)

Начались тесты. Как и сказал Кеиджи, сегодня точных наук не было. В тестах по истории, японской литературе и японскому языку ошибок делать не стал. Хорошие оценки по истории нужны, чтобы не возникало проблем с маркировкой «свой‑чужой». Я прекрасно понимаю, что частенько веду себя как бака‑гайдзин, пытающийся мимикрировать под японца. Литература и язык – мои «профильные» предметы. Они пригодятся при поступлении в университет. Интересно, в Японии есть аналог Литинститута? Надо будет узнать. Но поступать в любом случае придется в Токио. Сомневаюсь, что в нашем захолустном городке есть подходящие ВУЗы. Надеюсь, Хэруки решит так же. Было бы здорово жить вместе.
Началась большая перемена, и мы всей компанией двинули в столовую. Блин, надо было пожарить форель и угостить ей Хэруки. С другой стороны, вонять рыбой на весь класс как‑то стремно. Мы подошли к раздаче. Каарагэ, конечно, вкусная штука, но уже приелось. Как и удон. Поэтому я взял себе овощной суп и агэпан. Агэпан – это что‑то типа булки. Запить решил молоком. Давно не пил его, а ведь в 15 лет человек еще растет. Молоко для роста очень важно.
Хэруки предпочла удон. Ей каарагэ перепадает чаще, видимо, тоже приелось. Заметив мой взгляд, она с улыбкой пояснила:
– Не хочу есть школьное каарагэ после твоего, Иоши.
Вот оно что! На сердечке потеплело. Усевшись за стол, мы принялись за еду. Овощной суп оказался неплох. Дохлебав супчик, закусил агэпаном с молоком. Хорошо! И чего я уперся в эти каарагэ с удоном? Надо бы попробовать все школьное меню.
За обедом обсудили «праздничный» поход после окончания тестов.
– Может сходим в квеструм? – высказал я предложение.
– Квеструм? Что это? – спросил Кейташи.
– Ну что‑то типа дома с привидениями (дома с привидениями‑то он должен знать, верно?), только нужно проходить определенный сюжет, в процессе решая загадки, ища ключи и так далее.
– Хо, звучит весело! А где это? – спросила Хэруки.
– Я не знаю, – развел я руками, – Думал, может вы знаете?
Ребята не знали. Выяснилось, что они впервые слышат о чем‑то подобном. Получается, в этом времени квеструмов не существует? Хо‑хо, это же золотая жила! В прошлой жизни я в них бывал, можно накидать пяток сценариев. Ладно, это пока не актуально, сначала надо разобраться с альманахом.
– Отец часто ездит за границу, рассказывал о таком. Видимо, в нашем городе их пока нет, – отмазался я. Друзья поникли. Тогда Фукуда‑сан предложила караоке. Мы с Хэруки тут же согласились. Кейташи не проявил энтузиазма, но подчинился мнению большинства. Кеиджи, увы, слился. Но я его не осуждаю. Если в караоке ворвется вражеская якудза и похитит его, лучше никому не станет.
Вернулись в класс, тесты продолжились. Делать ошибки в тесте по биологии не рискнул. Вдруг Хэруки расстроится и накормит грибочками. Шутка. Прозвенел звонок, и последний день учебы перед Золотой Неделей официально закончился. Накатило ощущение свободы. Мне нравится ходить в школу, но не ходить в школу нравится еще больше!
Выйдя в коридор, всей компанией спустились вниз.
– Одзава‑сан, можно тебя на пару слов?
Я обернулся, увидел Такахаси. Попросил друзей подождать в школьном дворе, не забыв попрощаться с Кеиджи. Подошел к президенту школьного совета, поздоровались.
– Одзава‑сан, я вчера передал твое новое ранобе учителям. Они в полном восторге! Пиши продолжение, оно обязательно попадет в альманах, – порадовал он меня хорошими новостями. Отлично! И без того прекрасное настроение стало еще лучше, – Помни, что чистовики нужны до 3 августа. Ты справишься?
– Справлюсь. Спасибо, Такахаси‑сан! – благодарно поклонился я такому полезному человеку.
Попрощавшись с ним, переобулся и вышел из школы. Воссоединившись с друзьями, мы двинулись в караоке. По пути зашли в магазин, набрали газировок, соков и печенек. Гулять так гулять! Фукуда‑сан привела нас к многоэтажному зданию со множеством вывесок и входов. Над одним из них было написано «Караоке».
Зашли, я увидел длинный коридор с дверьми. Видимо, они ведут в кабинки. Недалеко от входа, за стойкой, сидел длинноволосый парень лет двадцати. Впрочем, он мог быть и гораздо старше. Японцы очень по‑разному меняются с возрастом. Увидев нас, он встал и поприветствовал дорогих клиентов с поклоном. Мы скинулись и оплатили кабинку на два часа. У Фукуды‑сан оказывается была дисконтная карта. Постоянный клиент, получается.
 
Вошли в кабинку, стены были увешаны звукоизоляцией, на противоположной двери стене висели часы. Удобно, можно следить за временем. Под часами – большой телевизор на чем‑то типа тумбочки. Под ним – какая‑то огромная приблуда с кнопками. Видимо, это караоке‑система. Я таких никогда не видел, в мое время уже были диски, а караоке поддерживал каждый второй музыкальный центр. К караоке‑системе была подключена пара микрофонов. Проводных, само собой. По бокам от телека – здоровенные колонки. Вдоль стен стояла пара диванчиков, между ними – стол. На столе увидел толстую книгу. Видимо, список песен. Так, а что я буду петь? За эти недели я посмотрел достаточно концертов по телевизору, чтобы осилить некоторые песни, но названий‑то не знаю. Ладно, как‑нибудь выкручусь. Может, в книге найдется что‑нибудь знакомое.
Сгрузили на стол вкусняшки, сели на диван. Я с Кейташи, Фукуда‑сан с Хэруки. Отстой. Кейташи тоже не выглядел довольным. Впрочем, он был таким изначально. Не любит караоке? Девочки загребли книгу себе, начали обсуждать, чего бы спеть. Я тихо спросил Кейташи:
– Не любишь караоке?
– Не то чтобы не люблю, просто это как‑то… – он попытался подобрать слово, но не смог, повесил нос. Так дело не пойдет!
– Представь, что ты битый жизнью якудза средних лет. Ты вырос в детском доме, который содержал патриарх клана. Ты всегда видел в нем образец для подражания, считал человеком чести. Ты решил пойти по его стопам. Твоя жизнь не была легкой. Тебе пришлось пережить предательство, изгнание из клана, потерю любимой женщины и названного брата. Но ты всегда следовал своим убеждениям, кулаками пробивая себе путь в жизни, став четвертым председателем. У тебя появилась своя семья. Твердо придерживаясь принципов, ты привел ее к процветанию. И вот ты пришел в подпольный бар, и за рюмкой виски вспоминаешь свою прошлую жизнь. Как думаешь, в этой ситуации уместно спеть пару‑другую песен? – сжато выдал я другу кусок сюжета нескольких первых частей серии игр Якудза.
Он немного продумал, потом улыбнулся и кивнул:
– Знаешь, в этом что‑то есть. Я спою.
Вот и отлично. Отвернувшись от друга, увидел ехидно глядящих на нас девушек.
– Ох уж эти мальчики! – прыснула в ладошку Фукуда‑сан. Хэруки захихикала. Я вздохнул и развел руками – ну а что поделать. Кейташи, весь красный, закричал:
– Ну и ладно! Давайте уже петь!
Отобрав у них книгу, он быстро пролистал ее. Ткнул пальцем:
– Эта подойдет. Кохэку, как пользоваться этой штукой? – обратился он к Фукуде‑сан. Хо, они стали называть друг друга по именам? Хороший знак.
Она взяла со стола пульт, показала ему куда нажимать. Он выбрал песню. На экране появилась надпись «Omega Tribe – Older girl». Заиграл проигрыш. Такую песню я не слышал. Ну что тут сказать? Кейташи старался. Песня закончилась, мы похлопали красному как рак другу. На экране появилась оценка – 53. Мы заржали, Кейташи поклялся, что следующую песню он споет лучше.
После этого пульт схватила Хэруки, на экране появилась следующая песня: «Junko Ohashi – Sweet Love». Про любовь, значит? Интересно, это для меня?
Хэруки пела просто офигенно. Прикрыв глаза, она вкладывала в песню всю душу. Ее хрустальный голос ласкал слух. Идеальное попадание в ноты. Песня закончилась, мы похлопали. На экране появилась оценка – 96. Тупая бездушная машина! Да что ты понимаешь! Это минимум 500/100!!!
Фукуда‑сан сказала, что не проиграет. Выбрала песню «Anri – Remember Summer Days». Странно, что на английском в этих песнях всего по паре строчек, но называются они в честь них. Видимо, какая‑то мода.