Моя анимежизнь. Пенталогия (СИ)
Вышел из душа, помыл посуду. Одевание-яичница на завтрак-прогноз погоды. После обеда обещали дождик. Выключил телевизор и расслышал голоса с улицы. Подошел к двери и смог расслышать:
— …Мой одноклассник. А еще мы ходим в один клуб! — о, это же Хэруки. С кем это она разговаривает?
Открыл дверь. Сердце ёкнуло. Хэруки стояла рядом с Наной-сан. Они услышали меня и повернули головы.
— Доброе утро! — быстро сказал я.
— Доброе утро, Иоши-кун, — сделала шаг ко мне Нана-сан и продолжила, не дав Хэруки вставить ни слова, — Давненько ты к нам не заходил. Совсем забыл бедную старушку? — сделала небольшую паузу, давая мне возможность опровергнуть это утверждение. Я не стал. Нана-сан хорошая, но общаться с их семьей я не хочу от слова «совсем». Ее улыбка немного потускнела, и она продолжила: — Кроме того, Сэкера-тян тоже соскучилась по тебе, — стрельнула глазками на Хэруки. А вот это уже низко. Интересно, это инициатива Наны-сан, или из-за этой утренней встречи торчат хорошенькие ушки ее дочери?
— Извините, Нана-сан, совершенно нет времени, — слегка поклонился я Нане-сан. Взял удивившуюся Хэруки за руку и потянул в дом. Та не сопротивлялась. Закрывая перед Наной-сан дверь, увидел ее холодный взгляд. Пофигу. Дети — отражение своих родителей. Безусловно, есть куча исключений, но в большинстве своем это так. Травля Иоши этой сукой Сэкерой-тян началась задолго до развода ее родителей. Этому нет оправданий. Теперь их семейка — проблема патлача. Лишь бы не лезли ко мне. Нелады с соседями это очень плохо. Сменить место жительства до окончания школы мне едва ли светит.
Углубившись в свои мысли, я совсем забыл о главном. Я все еще держал Хэруки за руку, она удивленно смотрела на меня. Отпустил девушку и сказал:
— Извини за эту сцену. Нана-сан живет в соседнем доме, в первые дни после отъезда отца она немного помогла мне.
— Да, она успела мне об этом сказать, — кивнула Хэруки. Укоризненно сказала мне: — Со взрослыми нужно быть вежливее, Иоши.
Эх, добрая, воспитанная, хорошая девочка Хэруки. А еще она верит мне, что и продемонстрировала, добавив:
— Впрочем, я уверена, что у тебя были причины так поступить, — после чего порадовала меня теплой улыбкой. Я едва не прослезился.
По пути в школу я похвастался ей успехами на ниве писательства, она похвалила меня. Приятно. Потом она спросила с нарочито безразличным видом:
— А кто такая Сэкера-тян?
Хо, кто-то ревнует? Спокойным тоном ответил, успокоив Хэруки:
— Дочь Наны-сан. На год старше нас. Если будет возможность, могу вас познакомить. Они с ее парнем иногда сидят на лестничном пролете.
— Нет, не стоит, я спросила просто из любопытства, — моя спутница выглядела довольной. Хорошо, что Нане-сан не удалось посеять между нами семя раздора.
Дошли до школы, прошли в ворота.
— Иоши, смотри, — указала рукой в нужном направлении Хэруки. Я посмотрел и увидел, как президент литературного клуба Такерада Сакура что-то разгневанно выговаривала подкачанному любителю самураев Каваками Нобу.
— Интересно, о чем они говорят? Надеюсь, это не повлияет на наш клуб, — задумчиво произнесла Хэруки.
— Мне тоже интересно. Не обязательно дело касается клуба, они же одноклассники, — не очень уверенно успокоил я девушку. Если на то будет воля Богини, когда-нибудь мы узнаем.
Хэруки кивнула и мы зашли в школу. Переобувшись, мы поднялись на третий этаж.
— Аоки-сан, Одзава-сан, доброе утро! — услышали мы за спиной. Я повернулся и увидел поднимающуюся по лестнице с горой бумаг в руках Симидзу-сан. Поздоровались с ней в ответ. Неожиданно она споткнулась о последнюю ступеньку, не удержала равновесия и шлепнулась на пол лицом вниз. Ее юбка задралась, и я узрел черные кружева. Меньшего от тебя я и не ожидал, Кейко! Я воспитанный юноша, поэтому не стал долго наслаждаться зрелищем, а бросился собирать просыпанные листочки. На них были какие-то тесты. Это для нас? Хэруки в этот момент помогала старосте подняться.
— Спасибо, ребята, — поблагодарила нас Симидзу-сан. Я предложил ей помощь, она отказалась, и мы втроем пошли в класс.
— Симидзу-сан, у нас сегодня контрольная?
— Ты такой любопытный, Одзава-сан, — ехидно улыбнулась староста, — Не скажу! Все узнаешь в свое время.
Скрытная какая. Лучше бы черные кружева прятала. В классе встретились с друзьями, поздоровались, поболтали о пустяках. Фукуда-сан пригласила Хэруки после клубов прогуляться по магазинам, та радостно согласилась. Стало быть, сегодня я пойду домой один. Немного грустно, но Хэруки — не моя собственность, а национальное достояние. Найду чем заняться.
Начался урок, Араки-сенсей ошарашил всех, кроме меня и Симидзу-сан (она знала заранее, а я догадался) внезапной контрольной по математике. Пока он коротко обрисовывал темы контрольной, староста раздала листочки. Не удержался и шепнул ей: «Черные кружева». Она наградила меня гневным взглядом. Настроение улучшилось.
Началась контрольная, «автоучеба» делала все за меня. В паре мест усилием воли перехватил контроль за отмечающей нужные ответы рукой и сделал ошибки. Нехорошо отбирать у реально старающихся учиться хорошо одноклассников первые места рейтинга при помощи читов. Вот такой я хороший парень.
На большой перемене традиционно пошли в столовую. Я ловко подставил Кейташи, слегка подтолкнув плечом и заставив врезаться в уборщика. Пока Кейташи извинялся, я урвал себе караагэ. Не такой уж я и хороший парень. Исправляя карму, положил ему в удон кусочек. Он фыркнул, но принял подношение. Закусив удон курочкой, он размяк, и я пригласил его после школы зайти ко мне, поиграть в Сегу. Он согласился. Отлично! Договорились, что я зайду за ним в спортзал. У него сегодня тренировка по легкой атлетике.
Уроки закончились, мы с Хэруки пошли в клуб. По пути она спросила меня:
— Иоши, а ты уже начал писать свое ранобе?
Я продемонстрировал ей десяток исписанных листочков, достав их из сумки.
— Ничего себе! С нетерпением буду ждать субботы, чтобы послушать, — промотивировала меня на дальнейшие творческие потуги Хэруки.
— А ты? — в свою очередь поинтересовался у нее я.
— Да! Вчера я весь вечер слушала рассказы дедушки о его детстве и написала первую главу, — гордо кивнула она.
— Молодец! Значит, тоже буду с нетерпением ждать субботы.
Дошли до клубной комнаты, вошли внутрь. Поздоровались со всеми. Я заметил, что подкачанного Каваками Нобу нет. Еще не пришел? Или…
— Каваками-сана сегодня не будет, — заметив мой взгляд на пустую парту, прокомментировала Такерада-сан. Переглянувшись с Хэруки, синхронно пожали плечами и сели на свои места. Жаль, я надеялся спросить у него, чем именно прогневали чайные мастера средневековых самураев. Этот вопрос тревожил меня с момента просмотра фильма в воскресенье. В принципе, можно было бы попытаться понять, пересмотрев его, но никакого желания наслаждаться этим шедевром японского кинематографа повторно у меня не было. Кстати, какой-то бестолковый клуб у нас, если честно. Фактически, чем-то заняты мы только один день в неделю. Насколько я понимаю, можно даже забить и не приходить в остальные дни. Ну и замечательно.
Президент спросила нас о наших творческих успехах. Первым выступил наш поэт в очках, Исида Кайоши. Он, не дожидаясь субботы, решил порадовать нас одним из своих стихотворений. Он встал из-за стола, и начал декламировать:
Синим туманом гора затянулась,
Я улыбнулся судьбе.
Рыжие волосы лисьи злодейки
Дорогу запутали мне…
Не люблю поэзию, поэтому на какое-то время отключил мозг. Стихотворение было длинным, Исида-сан неплохо играл голосом, передавая речь разных персонажей. Когда он закончил, мы поапплодировали, он залился краской и сел за свою парту. Президент предложила нам поделиться мнениями об услышанном. Я взял слово первым, потому что сказать было особо нечего, и я боялся, что кто-нибудь украдет мою похвалу:
— Мне понравилась мрачная атмосфера стихотворения. С первой же строфы меня пробрали мурашки. У тебя определенно есть талант, Исида-сан!