На открытых колёсах (СИ)

Примерно до седьмого круга гонка продолжалась спокойно. Ахмед стабильно держал отрыв в одну-две секунды, я не позволял Нико меня атаковать. Однако в начальную связку первого сектора вошёл на несколько километров в час быстрее обычного и не смог удержаться на удобной внутренней траектории, чем не преминул воспользоваться Кари. Пока я балансировал на четырёх колёсах на краю поребрика, он незаметно подобрался ко мне и на прямой поравнялся. Я поднажал, но вернуть позицию не удалось: Кари тоже не собирался сдаваться. В результате к шикане он подъехал, опережая меня примерно на полкорпуса. Не критично, но неприятно.
Я решил пойти по внешке, где можно развить большую скорость… и не стал давить на тормоз. Вместо этого снял ногу с газа и ещё до апекса вывернул руль влево. Затем – опять-таки без торможения – резко вправо, чтобы не вылететь на выходе из связки.
Только после этого глянул в зеркало. Да, я ненамного опередил Нико, но мы как раз подъезжали к дуге, и он по внутренней приближался вновь. Я попробовал сместиться, но не успел. И по бэнкингу на главную прямую Кари выкатился на втором месте, отодвинув меня на третье.
Теперь не собирался опускать руки уже я. Разрыв между нами был минимальным, болиды гнали за сто пятьдесят, и вероятность получить немножечко слипстрима имелась. Нико, похоже, разгадал мои намерения и принялся тотчас, когда я пристраивался ему в хвост, уходить в сторону.
Но мне хватило и этого. Я вжал газ в пол и за счёт полученного дополнительного ускорения стал понемногу сравниваться с Кари. В итоге перед дугой мы опять шли колесо в колесо, причём внутри был уже я.
Периферийным зрением я заметил, как Нико сдвигается в мою сторону. Видимо, он не забыл мои манёвры в Аластаро и здесь в прошлом месяце и взял мою тактику на вооружение.
Думает, что я поддамся психологическому давлению и приторможу? Ну уж нет!
И я так же аккуратно стал смещаться на него.
Мы оба вошли в дугу с полным газом, а через секунду наши колёса легонько соприкоснулись. Нико еле заметно повело в сторону, но он тут же выровнял машину, а я так и остался на своей траектории. И начал постепенно продвигаться относительно него вперёд.
Следующий поворот был более крутым и затяжным. Я подумал, что именно здесь решится исход текущего раунда нашей схватки, и стал помаленьку прижимать Нико к внешнему краю асфальта. Финн надвинулся на меня в ответ; болиды снова сошлись в лёгком контакте.
Но я всё же был чуточку быстрее. За счёт более высокой скорости, а следовательно, и импульса оттеснил-таки Кари к кромке трека, заставив притормозить, чтобы не съехать на траву, и плавно «захлопнул калитку» перед коротким прямым отрезком.
Это была красивая борьба. А главное – честная.
Мы доехали этот круг и начали новый. Нико больше пока не наседал, и я почувствовал себя немного увереннее. Даже извечная головная боль малость отпустила.
В уме невольно всплыла текущая ситуация в чемпионате. У меня двести девяносто три очка, у соперника – триста восемь. Всё-таки он взял в субботу дополнительный балл за лучший круг. И если сделает сегодня хотя бы ещё один раз, а я – ни одного, то и в случае, если я оба раза его обойду, опередит меня по итогу на одно-единственное очко, как Райкконен – Хэмилтона и Алонсо в две тысячи седьмом. А вот при ничьей я уже обгоню его по победам…
Решено. Иду за быстрейшим кругом.
На первой после старт-финиша прямой я разогнался как только возможно. Пейзажи по бокам слились в желтовато-зелёный калейдоскоп. А перед глазами была лишь серая лента трассы.
В шикане ушёл на внешнюю сторону и заранее дёрнул руль вправо перед выходом из связки. Дугу прошёл почти на полном газу, чудом не вылетев из-за инерции, а на бэнкинге снова выжал по полной. Примерно километр в максимальном темпе, четыре раза сбросить в дугах (в последней ещё и поребрик не зацепить) – и поздним апексом вписаться в прямой угол…
Вот и старт-финиш. На полной скорости – мимо шумящей толпы за ограждением.
Если и это не лучший круг, то что я тогда делаю в гонках?..
 
После минутного подъёма накатила обратка. Мозг опять сдавило, дыхание потяжелело, глаза на миг застлала пелена. Я сморгнул и крепче стиснул руль.
Нельзя расслабляться. До чемпионства – тридцать шесть кругов в двух заездах. Сто четырнадцать километров пробега на пределе сил. Испытание, которое и выявит, кто достоин унести с собой первенство.
Девятый круг принёс новые жёлтые флаги. На этот раз покинул гонку Масленников. Жаль парня: несомненно, способный (что показала квалификация под дождём на этой же трассе), но в сезоне даже до десятки не доехал…
Когда исчезла очередная угроза безопасности, лидировавший Ахмед газанул и по новой начал отъезжать, идя к «большому шлему». Я и Нико катили следом, также принимаясь отрываться от остальных. Судя по тем номерам, которые мне удалось различить в зеркале, позади ехали Атоев, Исаакян и Троицкий, причём двое последних явно намеревались сражаться за пятое место.
Эх, а если бы Владимир нормально на «Москоу Рейсвей» проехал, то, может, и он бы внёс вклад в мою с Кари борьбу за чемпионство…
Но чего нет, того нет. Приходится справляться своими силами.
Сразу, как убрали жёлтые флаги, Нико дёрнулся вбок, идя на обгон. Я вовремя заметил это, перекрестил траекторию и, вновь оттеснив соперника на край трассы, поехал в отрыв. Насколько хватало сил. И резины.
Круга до восемнадцатого финн не рисковал. Во многом потому, что я кое-как держал преимущество в несколько десятых и гнал метрах в пятнадцати впереди него. Но в предпоследнем повороте восемнадцатого витка я едва не перетормозил, и Кари протиснулся мимо меня по внутренней.
Во мне поднялась волна злости – почти целиком на себя. Рейсер я или кто, раз не вытягиваю темп?! Ну я сейчас покажу…
Нога привычно вдавила в пол педаль газа. На грани вылета я преодолел угол и пристроился за финном на старт-финише. Обороты двигателя чуть не зашкаливали, но я отчего-то был уверен, что машина выдержит. Хотя бы эту гонку. А в следующей, крайней, мы что-нибудь можем придумать…
Надеюсь.
…В те мгновения меня как будто что-то накрыло. Впоследствии я и не помнил толком, как всё было; в памяти остались смазанные картинки с белым болидом. А потом и без него.
Кажется, я поймал струю разрежённого воздуха за кормой чужого «Татууса», приблизился, поравнялся в дуге, в крутом изгибе так агрессивно сманеврировал, что у Нико не оставалось иного выхода, кроме как выехать на траву, и, ни на что не обращая внимания, помчался дальше.
Пришёл в себя, только когда увидел клетчатый флаг, которым размахивал человек в лаймовом жилете. На всякий случай посмотрел в зеркало – Кари был позади.
Есть. Дело сделано. Я совершил предпоследний шаг к первому в жизни серьёзному титулу.
Оставался ещё один. Но о нём я пока предпочёл не думать.
На круге заезда в боксы я старался выровнять дыхание и отойти от испытанной нагрузки. Получалось плохо. Перед глазами всё плыло, мысли путались. Голова болела так, словно вот-вот разлетится на части.
Впервые я задался вопросом, смогу ли вообще выйти на старт.
В уме прозвучали слова Никиты: «Гонки как космос, Мих. И этим всё сказано».
Да. Он прав. Я бы лишь привнёс кое-что от себя.
Гонки – это как наркотик. Стоит один раз попробовать – больше не отпустит. Это, наверное, и подтолкнуло в две тысячи десятом вернуться сорокалетнего на тот момент Шумахера, и продержало аж до двадцать первого (а может, и дольше) Райкконена с Алонсо. Заставило Хэмилтона гнаться за рекордным восьмым титулом. Придавало сил «молодняку»: Ферстаппену, Норрису, Леклеру и Гасли. Мотивировало новичков – Цуноду, Мазепина и Шумахера-младшего. Позволяло тысячам подростков грезить попаданием в «Формулу-1» и мечтать оказаться наравне с сильнейшими гонщиками мира.
 
И я, естественно, исключением не был.
Я проеду финальную гонку. Даже если в ней одновременно взорвутся мой череп и двигатель болида. Я должен попытаться. А шанс есть. Не может не быть. Я уверен.