На открытых колёсах (СИ)
Если учение – свет, то он хотя бы не должен резать глаза. Вы согласны?
Очень интересно, что же понадобилось от меня товарищу в день моего прилёта. Интереснее, чем писать анализ многостраничной классической мути и решать бесконечные колонки уравнений.
Но жизнь как книга начинающего писателя: чтобы добраться до захватывающих эпизодов, обязательно надо продираться сквозь дебри скучнейшего шлака.
Кто знает, сколько продлится интересная часть?
А моя история только лишь начинается.
* * *Вечерняя Москва – это нечто.
Сбрызнутые огнями фонарей и реклам сумеречные широченные улицы многокилометровой длины; высокие здания, будто соревнующиеся в благоустройстве примыкающих к ним дворов; неброские зелёные насаждения по краям тротуаров и в жилых зонах.
Но вместе с тем и десятиминутные ожидания зелёного света на переходе; колонны машин, уходящие за горизонт; трёхзначные номера автобусов, идущих, как думалось мне, из ниоткуда в никуда, из одной непонятной дали в другую.
И двенадцать миллионов человек выносят это!
Глядя по сторонам, я понимал, насколько же привычнее для меня был родной Красноярск с его максимум стосекундными ожиданиями у светофора; проспектами, более узкими, чем некоторые здешние переулки; мусором на траве, которого было в разы больше, чем здесь; меньшим количеством народа на улицах.
Теперь мой дом тут, в Юго-Западном округе «белокаменной». Со временем привыкну…
Идти пришлось по навигатору. Конечно же, я не понял, где мне предложил встретиться Краев, и минут десять мучил интернет-карты в поисках указанного места.
Маршрут оказался не очень сложным. Даже не надо спускаться в метро, при одной мысли о котором мне против воли уже хотелось креститься, – всего-то три остановки на автобусе и километр пешком. Добраться можно.
Я доделал уроки: от балды дописал литературу (всё равно ниже четвёрки не поставят), быстро, но со вкусом избавился от горы уравнений и «загрузил» в мозг десяток параграфов по истории к завтрашней контрольной – помогла почти что фотографическая память Шумилова. Отыскал в ящике стола транспортную карту Жумакина, накинул ветровку и, проскользнув мимо мамы (отец всё ещё был на работе), отправился навстречу приключениям.
Кто ж знал, что они нагрянут так скоро…
Я подходил по мало-помалу пустевшей улице к тому углу, где меня должен был ожидать Артур. Своим новообретённым острым зрением я пока не видел его на условленном месте.
Надо будет ещё и ждать… и родителям потом объяснять причину поздней отлучки… Хотя как знать – может, он тоже уроки решил сделать, не откладывая на ночь?
Двинувшиеся ко мне непонятно откуда тёмные силуэты я заметил не сразу. А когда заметил и заподозрил неладное, они успели подойти ко мне со всех сторон, исключая проезжую часть по левую руку.
Ловушка? Это Краев всё подстроил? Зачем?
Или просто я очутился не в то время не в том месте?
– Слушай сюда, пацан, – сказал сиплым голосом из-под капюшона толстовки один из подошедших. – Передай папаше, чтобы не разевал пасть на кусок, который ему не по зубам! Усёк? А то плохо будет и ему, и всем, кто с ним рядом…
Пока он говорил, я сканировал обстановку чутьём гонщика, выискивая пути для побега.
Между противниками – промежутки от десяти до шестидесяти сантиметров, в два более-менее реально протиснуться. Всего неизвестных четверо; двое, в том числе и говоривший, – в полуметре от бордюра, где также есть возможность проскользнуть по краю…
Выбор оптимальной траектории, расчёт ускорения…
Я рванулся вперёд и влево, желая обойти «вестника несчастий» со стороны дороги… но его сильная рука ухватила меня за плечо, и голос просипел:
– Куда собрался? Мы не закончили…
Я развернулся и без раздумий дал ему в морду. Этого хватило, чтобы вырваться. Я побежал вперёд, но через считанные мгновения меня толкнули в спину, одновременно сшибая с ног подсечкой, и я еле успел выставить руки, чтобы не приложиться носом об асфальт.
Мощный удар ногой выбил весь воздух из лёгких, следующий – в живот – едва не пробил напряжённый в последний миг пресс.
Но я не мог позволить, чтобы меня безнаказанно пинали нанятые каким-то уродом отбросы общества.
Вскочил на ноги и тут же пошатнулся от тычка кулаком в скулу. Но, прежде чем меня сбили вновь, сумел нанести пару ударов, выведя ненадолго из строя одного из нападавших коленом в средоточие мужской силы.
Подняться – удар, ещё удар! Повалили… Поднатужившись, сбить кого-то с ног, встать и пнуть по кости в щиколотке…
Я не помнил, сколько прошло времени в этой бессмысленной и беспощадной схватке. Из носа текла кровь, были рассечены лоб и губа, на скуле тянул болью нарастающий кровоподтёк, да и тело всё звенело от прикосновений чужих кулаков и носков ботинок.
Однако в какой-то момент словно стало легче драться. Я изловчился и из последних сил приложил очередного нападавшего по шее – а затем ему по голове сзади прилетело возникшей откуда-то доской, и он, закатив глаза, мешком повалился на тротуар, составив компанию своим неудачливым подельникам.
А поблизости от меня с этой самой доской наперевес стоял, тяжело дыша после драки, мой нежданный «спаситель».
Темноволосый подросток примерно моего возраста, в расстёгнутой лёгкой серой куртке.
Тот, чьё лицо я узнал по аватарке в соцсети.
Передо мной с доской в руках стоял Артур Краев.
– Здорово. Ты как? – спросил он.
– Ф-фух… Думал, до «скорой» дело дойдёт…
– Пошли отсюда, – перебил он, обтёр деревяшку полой куртки и пинком зашвырнул в тёмный промежуток между домами. – Пока менты не приехали…
В ту же секунду на грани слышимости возник звук сирены.
И мы дёрнули прочь от столь неудачно выбранного места для встречи.
– …Я вообще поначалу подумал, что это ты всё устроил, – говорил я несколько минут спустя, опёршись рукой на стену дома и пытаясь отдышаться после бега. – Какое-то фиговое совпадение, ты не находишь? Доску-то где взял?
– Не, я сам не знал, что так всё будет. Доска со стройки – вон там, недалеко… Я вообще по другому делу хотел с тобой поговорить…
– По какому?
– Тебе нравится Лиля?
Такого вопроса я не ожидал.
– Почему спрашиваешь?
– Понимаешь, я к ней тоже это… как его… неравнодушен… Хочу знать, есть ли у тебя на неё планы в дальнейшем.
– Да планов-то особо нет… – Я потёр неприятно саднивший лоб. – Ты уверен, что случившееся не было твоим способом убеждения?
– Клянусь фейсбуком.
– О, такой клятве трудно не поверить… В принципе Лиля мне и не очень-то нужна: лишь недавно понял, что красота, понты и ум – вещи несовместные… Только давай разыграем всё так, чтобы переход выглядел естественным и постепенным? Скажем, я в ближайшую неделю буду снижать свой к ней интерес, а потом ты подключишься…
– Не вопрос. Спасибо, Миха. Ты настоящий друг.
– Ты, наверное, тоже.
– Что с тобой случилось? Отвечай!
Отец был рассержен и обеспокоен одновременно. Я его понимал: если дети бизнесменов в родном городе не могут чувствовать себя в безопасности, то – караул!..
На мамином лице читалось примерно то же: страх за меня, стремление помочь и затаённая решимость.
Вот такие у меня-«нового» родители, когда со мной происходит какая-то ерунда.
Я посмотрел снизу вверх отцу в глаза и сказал:
– Пап, вспомни: ты никому в последнее время не переходил дорогу?
Увидев, как раскрылись его глаза, я понял, что попал в точку.
Глава 4
Вторник, 19 мая 2015, Москва
Стена коридора приятно холодила спину сквозь рубашку. Был бы полумрак – заснул бы прямо тут, около кабинета. Но нет: свет включён, и я, вместо того чтобы закрыть глаза и добавить ещё несколько сотен секунд к усечённому обстоятельствами времени сна, разглядывал одноклассников.
Двадцать минут девятого – и соответственно двадцать человек в коридоре. Скамеек у окон на всех не хватило, и те, кто пришёл, как и я, позже восьми пятнадцати, выстроились у стен, опустив рюкзаки на пол. Ни Лили, ни Артура среди них пока не было.