Дело о вампире-аллергике (СИ)

Проснулась я потому, что сильно затекла правая рука, кажется, я проспала на боку всю ночь. С трудом я разлепила глаза и поняла, что лежу абсолютно голая под одеялом в совершенно незнакомой комнате.
– Что …. – я не могла понять, где я и как оказалась. Голова болела, воспоминания давались с большим трудом, и сложнее всего было понять, что было по-настоящему, а что – бредом вследствие лихорадки. Мне приснился эротический сон, будто моё тело ласкают в непозволительных местах чьи-то властные мужские руки.
Сзади меня кто-то пошевелился, я почувствовала прикосновение чего-то горячего и выпуклого к своей коже, и громко ойкнула, подпрыгивая на кровати.
– Бенефис! – моё восклицание было полно негодования и скрытого опасения, особенно если учесть, что я очень плохо помнила вчерашний вечер и ночь. Более или менее чёткие воспоминания сохранились лишь до того момента, как взорвался магобиль преступника.
– Лоли́, милая, – он сладко потянулся и зевнул, – я привык, что женщины кричат моё имя с таким пылом в приступе наивысшей точки наслаждения, а ты так начинаешь утро. Я могу подумать, что ты намекаешь на свои желания. Произнеси моё имя ещё раз, – и он приподнялся на локте, чуть нависая надо мной с хитрой улыбкой.
– Бенефис! – вновь воскликнула я, опешив от такой наглости. Брюнет, лежащий рядом со мной, явно не так понял эмоции, которые я вложила в свой голос.
– М-м-м-м… у тебя это получается та-а-к сексуально, ещё, – и он потянул одеяло, прикрывающее мою грудь, на себя.
Я вцепилась пальцами в последний оплот защиты и скороговоркой произнесла:
– Что всё это значит? Где я? Что произошло этой ночью?
– Ты в моём доме, я привёз тебя вчера вечером. Неужели ты не помнишь наш ужин в ресторации? Ты сделала вид, что согласилась на моё предложение и нагло бросила меня сидеть в «Дикой розе». Я, как дурак, битый час прождал тебя, пока хозяин заведения не сказал мне, что в дамской комнате никого нет. Ты знаешь, так глупо меня ещё не заставляла себя ощущать ни одна девушка, – он едва ощутимо дотронулся подушечками пальцев до моего сгиба на локте, от чего у меня пробежали крошечные мурашки по всему телу, – однако я на тебя не в обиде.
– Ась? – я глупо хлопала ресницами, глядя на Бенефиса.
– Я понял, что обидел тебя своим предложением, – вздохнул мужчина. – Обещаю, этого больше не повторится. Но я сполна загладил свою вину перед тобой. Благодаря нашей совместной ночи на одной кровати у тебя сейчас нет лихорадки, и аура сияет плотным коконом, – весело заключил он.
– А-а-а-а… спасибо, – пробормотала я, не зная, что на это ответить. Мне всё ещё оставалось непонятным, было ли между нами ночью что-то или нет. А задавать этот вопрос напрямик я не рискнула.
– А разве твой спаситель не заслуживает небольшой награды? – спросил Бенефис, считая, что мы объяснились, и вновь игриво потянул одеяло на себя. Я же в ответ лишь сильнее вцепилась в него. – Я видел, как ты смотрела на меня в «Дикой розе». Я знаю, что нравлюсь тебе, ты нравишься мне. Волею случая мы оказались в одной постели, почему бы и не продолжить наше знакомство?
– Бенефис, ты мне нравишься… – я поняла, что надо что-то срочно предпринимать. Было крайне неловко лежать с ним рядом, и больше всего на свете мне хотелось как можно скорее испариться с этого самого места. Но обидеть Бенефиса после того, как он, по сути, дважды спас мне жизнь – от окончательного растерзания неизвестным и излечил лихорадку, я просто не могла, – и я очень благодарна, что ты спас меня от нападавшего, но я не привыкла так благодарить.
Возможно, большинство девушек мечтало оказаться на моём месте в постели с одним из самых шикарных, влиятельных и магически одарённых мужчин столицы – самим Бенефисом Кёнигсбергом, начальником департамента Особо Тяжких Преступлений и Убийств. Но для меня события развивались слишком стремительно: я знала этого мужчину всего неполные сутки. Мне как-то претило знакомство с мужчиной сразу с постели.
Бенефис понял мой настрой, в его глазах отчётливо промелькнуло разочарование, а потому он отвернулся и встал с кровати, начав одеваться. Когда он встал, я тут же отвернулась от его полностью обнажённого тела и густо покраснела, осознав, что мы спали оба абсолютно голые. О-о-о-ох, что же сказала бы моя бабушка, если бы узнала о такой распущенности внучки? Хорошо, что она проживает в провинции.
 
– А почему я голая? – спросила я немного хриплым голосом, чересчур пристально рассматривая ухоженный сад за окном. Я боялась повернуться к Бенефису, вдруг он ещё не оделся.
– После нападения у тебя был сильнейший стресс, поэтому я отвёз тебя к себе и вызвал целителя, – услышала я мужской голос со спины. – Тебя пришлось раздеть, чтобы залечить ссадины, наложить успокоительное и жаропонижающие заклятья. Он сказал, что ты будешь восстанавливаться неделю или две, а ты сама понимаешь, что сейчас ты ценнейший свидетель, видевший убийцу, и я просто не могу позволить тебе две недели валяться в постели. Поэтому я решил подлечить твою ауру своей жизненной силой, а проще всего это делается через плотный телесный контакт, – а потом он серьёзно добавил, – Успокойся, между нами ничего не было, я не из тех, кто воспользовался бы слабостью больной девушки. Мы просто спали рядом и всё. Я привык, что женщины сами предлагают более тесные взаимоотношения. Гораздо приятнее, когда женщина сама проявляет инициативу, а не представляет собой бездыханное бревно, которое на утро не помнит, что было ночью.
С одной стороны, захотелось облегчённо вздохнуть, потому что я бы сгорела сейчас со стыда, если бы узнала, что занялась любовью с мужчиной вдрызг пьяная, и ничего об этом не помню. С другой стороны, немного покоробили слова Бенефиса. «О-о-о-ох, ну и лукавит же он! Я точно помню, что целитель говорил не форсировать моё выздоровление, а он всё-таки решил залечить прорехи в моей ауре с помощью энергии своей. Да и эти откровенные утренние намёки…», – возмущённо подумала я, но вслух ничего не сказала.
– А где моя одежда? – спросила, обшаривая взглядом комнату.
– Одежда? – переспросил Бенефис, словно соображая, о чём я его спрашиваю. – А, мне пришлось выкинуть то, что осталось от неё. Мелочь и ключ-камень, что лежали в твоих кармах, я положил на тумбочку.
Я перевела взгляд и увидела горстку медных монеток – всё, что у меня осталось от чаевых вампира-аллергика, и крошечный ключ-камень. «Ну да, наверное, с финансовыми средствами Бенефиса потеря штанов и свитера вообще не выглядит проблемой, а вот у меня на данный момент денег на покупку новой одежды совсем нет».
– А во что мне сейчас можно одеться? – уточнила я, переведя взгляд на уже полностью одетого мужчину.
– Возьми пока мою рубашку, а позднее моя домоправительница Феери тебе подберёт что-нибудь, – и Бенефис ловко кинул мне из гардероба свою свежую рубашку из тончайшего шёлка, а сам скрылся за дверью, – и поторопись к завтраку, Феери не любит разогревать еду дважды!
Я растеряно смотрела на тонкую белоснежную ткань у себя в руках. Как оказалось, мужская сорочка еле-еле доходила мне до середины бедра и достаточно сильно просвечивала. «Нет, в таком виде появляться перед ним я определённо не буду», – я решительно откинула предложенную рубашку и смело открыла гардероб, откуда мужчина брал только что одежду для себя. «Хмм-м-м… а вот это мне нравится» – я подумала и взяла тяжёлый длинный махровый халат в пол.
Когда я спустилась на первый этаж и вошла в кухню-столовую, Бенефис обернулся ко мне, и в его глазах мелькнуло удивление, но он тут же сделал приглашающий жест к столу.
– Угощайся! Я не знал, что ты любишь, а потому попросил Феери приготовить всего понемногу, – добродушно сказал Бенефис и явно преуменьшил заслуги домоправительницы. Здесь было всё: и ржаные оладушки с тёртым яблоком, и яичница с сыром и зеленью, и блины с творогом и сметаной, и овсяная каша с орехами. Увидев, что стол просто-таки ломится от обилия блюд, я села и с удовольствием притянула к себе тарелку с кашей.