Новогодняя жена (СИ)
— Понимаешь, я несколько ниже, чем ваша графиня. До сих пор в толк не возьму, почему мне в пору ее платья? Разный рост, грудь у нее, опять-таки, больше, раз уж Игорю ее отправили. Так почему ее наряды сидят на мне как влитые?
— Госпожа, обменжон — очень сильная магическая организация, но о ней не многие знают. Они тщательно оберегают свои секреты. Должно быть, магия, — девушка пожала плечами и, не встречаясь со мной взглядом, помогла надеть шубку.
Ведь врет, как дышит!
— Дори? Доротея! Ты — одна из них! — воскликнула я и, развернувшись, обличительно ткнула в нее пальцем. — Ты работаешь на обменжон! Ты — засланка!
— Не наговаривайте, госпожа! Исправно пользуюсь туалетом.
— Засланка, а не засранка. Ну, точно! Именно ты оказалась рядом со мной после перемещения. Не удивилась совсем, помогла мне во всем. И ты меня всегда переодеваешь, причесываешь! Это все твоих рук дело? Ты что-то вроде моего куратора, так?
Девушка испугалась и перешла на шепот:
— Госпожа, умоляю, не говорите такого!
— Ага! Так и знала! — внутри меня зажегся азарт. Доротея — моя ниточка к дому, моя тонкая, эфирная связь с Землей! Столько вопросов задатьхотелось!
— Если в агентстве узнают, меня уволят, а моих родителей вернут на Центурон! Это очень плохая планета, на ней таким как мы нет жизни. Моя семья принадлежит к айри. В вашем мире нас называют феями или эльфами. Только мы способны выступать проводниками людей из других миров. Только мы можем считывать желания, которые загадывают мужчины всех миров и смотреть нити, связывающие чужих жен с чужими мужчинами в других измерениях. Больше это никому не подвластно.
— Охренеть, — я села на кровать и рот открыла. — Значит, Обменжен — это тайная эльфийская организация? И на кой им это?
— На все воля Необъяснимого, — Доротея пожала плечами. — Не мне судить. Но, если мне удастся успешно завершить проект с вашим участием, меня возьмут в головной офис! Я смогу читать людей из других миров, смогу выбирать, кому помочь! Чьи судьбы изменить!
— Значит, кто-то из этого твоего офиса решил, что мою судьбу надо изменить? — я скинула с себя шубу, потому что успела знатно спариться.
— Мы не осуществляем обмен, если кому-то от этого станет хуже! Старшие айри видят будущее. Основные варианты его развития. Когда будущее идет во вред, мы не станем вмешиваться…
— Вот тебе и спросила про платьице. Выходит, с моей внешностью…
— Да. Мне приходится поддерживать постоянную иллюзию. Вы полностью перенеслись с Земли и возникнут вопросы — кто вы такая, куда делась Мадлен? Мне неизвестно, чтобы кто-нибудь догадывался об участии айри, видимо, это я такая растяпа, — Доротея грустно вздохнула. — Накажут, меня… Не видать мне офиса.
— Эй, Дори! Я — могила!
— А я — погост? — неуверенно поинтересовалась она.
Такой фигуры речи я от девушки не ожидала. Мы рассмеялись и стало существенно легче. Когда рядом не просто служанка, а кто-то, кто разбирается во всех этих пространственных перемещениях, действительно дышится проще.
Пока мы шли к месту встречи, я попыталась добиться от нее сведений, хоть каких-нибудь. О Земле, о моем возвращении домой, о том, что будет, но девушка наотрез отказалась отвечать. Запрещено кодексом Обменжен. Тайная шпионско-эльфийская организация, блин! Вот такой поворот событий.
Спустилась в холл и теперь уже себя почувствовала лидером сети заговорщиков. Анахель смотрела на меня с осуждением, намекая на наш разговор и обиду на отца. Доротея смотрела на меня с надеждой, выискивая на моем лице очередное подтверждение того, что я никому не выдам ее секрет. Подумать только, она — айри! А вот граф смотрел как и всегда. Здесь я отличилась, делая очередное невербальное внушение по поводу пряников и вообще отношения к дочери. В общем, все хранили друг от друга секреты и так получилось, что я стала центром некоторых из них.
— Что ж. Славненько, — изрекла, чтобы как-то разорвать пелену натянувшегося напряжения. — Пойдем уже?
— Без черевичек, госпожа? — испугалась Доротея и кинулась доставать расшитые для Мадлен бурки.
— Валенки, Дори! Мы уже говорили об этом.
Я влезла в валенки служанки, они как раз по размеру и вышла из дома первой. Натоплено в замке — жуть! С меня уже десятый пот тек. Что за дурная традиция даже верхнюю одежду надевать в будуаре? Отменить! Сделать в прихожей большой шкаф, а, если от привычки барствовать никак не отвязаться, то тогда уж ладно, целую одевальню можно пристроить. Ну а что? Магия есть, деньги есть! Надо бы заняться.
Все неймется нам, земным женщинам. Только попала в другой мир, а уже настолько плотный график, что впору составлять расписание!
За моей спиной хрустнул снег. Анахель встала рядом со мной и, вдохнув поглубже вкусный морозный воздух, произнесла негромко:
— Вы специально?
— Спонтанно получилось, — девочка явно говорила об отце, который завис в воздухе слева от меня.
Граф надел кожаную дубленку длиной чуть выше колена, подпоясанную широким кожаным поясом и тоже вглядывался куда-то вдаль. Мы синхронно вздохнули и переглянулись.
— Давайте так. Арман, ты нахамил дочери. Нельзя так. Для нее важно твое мнение, и ты очень ее обидел. Анахель, твой отец не разбирается в человеческих эмоциях. Ты только посмотри на него — положи в сугроб и потеряешь! Среди сосулек не отличишь, как свой будет. Потому толку обижаться? К тому же, и это более важно — вы самые близкие в мире люди. Одна плоть, одна кровь. Вам нечего делить. Жизнь, знаете ли, пролетает как один миг. Растрачивая драгоценные мгновения на обиды, спросите себя: стали бы вы делать то же самое, если бы могли вернуться в прошлое? И последнее. Если бы вы знали, что этот день — последний в вашей жизни — как бы хотели его прожить? Даю пять минут на обдумывание, а потом идем к оренарам!
Не знаю, как собиралась отсчитывать пять минут без часов, но я решительно двинулась вперед по тропинке к месту, где слуги должны соорудить горку. Несколько человек уже вышли с лопатами и без моих ценных указаний тут бы явно не обойдется. Я указала примерную ширину, высоту. Объяснила, как сделать ледовый слой для катания и обязательно потребовала укрепить ступеньки досками, чтобы никто не поскользнулся.
— И бортики нужно будет сделать повыше, чтобы не свалиться, когда покатимся.
— Хорошо, госпожа, — отрапортовал слуга, накидывая широкой лопатой снег для будущей зимней забавы.
Ох, как я в детстве любила горку! Ровно до того момента, когда меня первый раз решили спустить с нее на санках. Разумеется, сани перевернулись, я из них вывалилась, перекатилась кубарем и так сильно ударилась копчиком, что потом дня три сидеть не могла. Папе было жутко стыдно — он инициатор такого изуверства — мама бегала вокруг меня и пыталась угодить, а я нагло пользовалась ситуацией и выторговывала себе сладости. Эх, славная была пора. Как бы мне вернуть свое детство?
За спиной послышались шаги. Судя по лицам, отец с дочерью к миру не пришли, но во всяком случае, заключили временное перемирие, что уже не плохо. Вряд ли Арман снизошел до пламенных извинений, а Анахель сухим «прости» не залатаешь душевную травму.
— Тут все идет своим чередом, — я указала на будущую горку. — К оренарам?
Граф мрачно кивнул.
— И чем вы обычно их кормите? — я всячески старалась поднять настроение нашей угрюмой троицы.
— Кровью.
Эм… Я поперхнулась. Кажется, не самая была лучшая идея с оренарами.
26. Покормили оренаров!
Анахель расхохоталась, глядя на мое вытянувшееся лицо.
— Папа! Она ведь ничего не знает о нашем мире, зачем ты так глумишься? Оренары созданы из крови и магии моего отца, но питаются они энергией. Обычную еду тоже кушают, конечно. Но растут и развиваются только питаясь силой хозяина.
— Получается те, кого мы увидим — бездомные?
Я зажмурилась, когда при повороте солнечные лучи ударили прямо в глаза. Яркие, совсем как на Земле, они приятно ласкали кожу, покусанную морозом.
— Нет. Они живут у нас, значит у них есть дом. Просто хозяина нет.