Надвигающийся шторм (ЛП)
— Ты убил всех этих людей…, — всхлипнула она.
По его щеке проскочил тик.
— Люди умирают все время. Они были больны, голодны и слабы. Половина из них уже заразилась гриппом летучих мышей. Они бы все равно умерли. Мы сделали это, чтобы Америка могла выжить.
— Чтобы богатые могли выжить, хочешь сказать, — уточнила Холлис.
— Чтобы выжили достойные!
— Я не понимаю, — проговорила Амелия. — Зачем? Почему ты решился на такой шаг?
— Потому что Коалиция Единства собирается назвать это терактом, — заявила Холлис. — У них не хватило голосов, чтобы принять свой дурацкий законопроект. Эти элитные ублюдки хотят чипировать и отслеживать всех нас, как животных. Просто еще один способ усилить их контроль. Но люди воспротивились. Поэтому они собираются запугать народ и заставить его голосовать за все что угодно, в обмен на иллюзию безопасности.
— Это не иллюзия, — прорычал ее отец.
— Довольно! — Ченг сплюнул, поворачиваясь к Деклану. — Лекарство. Сейчас же.
Раздался гром, пронесшийся по мостику так громко и близко, что казалось, пол дрожит. Молния пронзила небо, осветив жесткое, непокорное лицо Деклана. Его рот искривился.
— Вы хотите получить свое так называемое лекарство? Заберите меня и мою семью с этого корабля.
— Мы уже обсуждали это, — заметил Симеон. — Сначала ты обеспечишь доступ к лекарству.
— Думаешь, оно у меня с собой? Вакцина хранится в секретном, охраняемом месте.
— Удивительно, что ты уехал без нее.
По лицу Деклана пробежала тень, настолько мимолетная, что Амелия не смогла ее прочитать.
— Всё случилось внезапно. Нештатная ситуация.
Она выплюнула кровь, скопившуюся во рту. Голова пульсировала. Ее желудок содрогался от боли. Казалось, ей чего-то не хватает. Все казалось неясным и далеким. Все происходило сквозь красную пелену боли.
Симеон одной рукой что-то набирал на своем спутниковом телефоне.
— Дай мне коды доступа к местоположению и идентификационные характеристики. Мои люди заберут лекарство и проверят его подлинность. Затем мы обсудим, как вытащить вас с этого корабля.
— Считаешь меня идиотом? Я не дам ничего, пока вы не обеспечите безопасный проход для меня и моей семьи.
Симеон оскалился.
— Неприемлемо. Живо выкладывай все, что нам нужно, или мы убьем твою дочь.
Деклан поднял подбородок.
— Я никому не позволю угрозами заставить меня подчиниться. Вы не получите лекарство в обмен на ее жизнь или чью-либо еще. Я не буду торговаться с террористами.
Симеон снова пнул Амелию.
— Значит, она нам не нужна. Жаль. Симпатичная штучка.
— Симеон, нет! — закричал Габриэль.
Но она едва его расслышала. Она попыталась сесть, боль пульсировала в ребрах.
— Отец!
Симеон прижал пистолет к ее виску.
— Такая потеря.
Что-то мелькнуло под каменной маской ее отца, выражение, которого Амелия никогда раньше не видела. Его глаза расширились, белки показались вокруг радужек. И там — проблеск страдания.
Надежда забилась в ее сердце. Он действительно ее любил. После всего, несмотря ни на что, он ее любил. Он сделает что-нибудь, каким-то образом, остановит это. Чтобы ее спасти.
— Отец! Пожалуйста! — взмолилась она.
Его лицо изменилось. В глазах вспыхнуло раскаяние.
— Помоги мне!
Так же быстро оно погасло. Его взгляд упал на колени.
— Папа!
Он не смотрел на нее.
В тусклом освещении Амелия едва его различала. Возможно, в его глазах блестели слезы. А может, и нет. Она не могла сказать.
В любом случае он ее бросил. Так или иначе, она умрет.
Он не собирался ее спасать.
Он не хотел ее. Единственная мысль пробилась сквозь дымку ужаса и боли. Он не хотел ее. Он был ее отцом во всем, кроме ДНК. Он вырастил ее. Но не любил. И не смог бы после всего. Отмахнулся от ее страданий — ее приближающейся смерти — без малейшего чувства. После всего, чем она пожертвовала ради отца, потратив всю свою жизнь на то, чтобы угодить ему, заслужить его уважение и любовь.
Это не имело значения. Все это не имело значения. Она не имела значения. Ни для ее отца. Ни для Габриэля. Ни для кого.
— Отдай мне девушку, — с усмешкой произнес Кейн, скользнув по ней взглядом.
Страх вонзился кинжалом в ее живот.
— Нет, — отозвался Симеон. — Мы так не поступаем.
— Ты мне должен! — прорычал Кейн.
Ченг разговаривал по своему спутниковому телефону.
— Хватит! — объявил он, его шрам пульсировал фиолетовым цветом. Он едва повысил голос, но все внимание в комнате обратилось к нему. — У нас нет времени.
Симеон бросил на него пристальный взгляд, сдвинув брови и сжав челюсть.
— О чем ты говоришь?
— «Вояджер» напичкан взрывчаткой. Она сработает через двадцать минут.
Лицо Симеона побледнело. Он уставился на Ченга с полуоткрытым ртом.
— Что?
— Корабль пойдет ко дну.
Глаза Симеона помутнели от ярости и недоверия.
— Ты не можешь этого сделать. А как же…?
Ченг направил винтовку не совсем на Симеона, но очень близко.
— У нас есть свой приказ. Уверен, ты понимаешь.
— Какой приказ? — воскликнул Симеон. — От кого?
Напряжение повисло в воздухе. Каждый террорист собрался, пальцы замерли над спусковыми крючками оружия. Ченг расставил ноги, выпятил грудь, раздувая ноздри. Власть сместилась, незаметно, но необратимо. Симеон и «Новые Патриоты» больше не стояли у руля.
Амелия не знала точно, что это значит, но понимала, что дело плохо. И скоро все станет хуже. Намного хуже.
— Кто отдал приказ? — потребовал Симеон.
Ствол винтовки Ченга взметнулся вверх.
— У нас один и тот же клиент, полагаю.
— А наша добыча? — Голос Симеона прозвучал хрипло.
Ченг пренебрежительно пожал плечами.
— Об этом позаботятся. Как и договаривались.
— Я хочу девчонку, — повторил Кейн.
Ченг кивнул, не отрывая взгляда от Симеона.
— Ради бога.
Ее дыхание замерло в горле. Кости превратились в воду.
Габриэль бросился вперед и схватил Симеона за руку, на его лице отразились страдание и возмущение.
— Ты поклялся мне! Ты не можешь этого сделать!
Симеон повернулся и направил свое оружие в грудь Габриэля.
— Не вмешивайся. Мы все должны принести жертвы.
— Она человек, а не жертва!
Лицо Симеона напряглось, голос охрип.
— Иногда у нас нет выбора, сынок.
Кейн схватил Амелию за волосы и рывком поставил на ноги. Пол закачался под ней. Она споткнулась, когда он наполовину толкал, наполовину тащил ее к выходу с мостика. Ей удалось удержать свой клатч, вцепившись в него, как в спасательный круг, словно он мог как-то спасти ее от того, что будет дальше.
— Нет! — рыдала ее мать. — Пожалуйста! Не обижайте ее! Деклан сделай что-нибудь!
Голос матери был последним, что Амелия услышала, прежде чем дверь мостика захлопнулась за ее спиной.
Глава 43
Мика
Мика стоял вместе с Сайласом, Джерико и несколькими офицерами в служебном кабинете начальника охраны. В помещении с белыми безвкусными стенами находились стеллажи из промышленной стали и стол. Когда они несколькими минутами раньше вошли в кабинет, то обнаружили группу, о которой им рассказал Патель, — пять человек, прятались в небольшом чулане в задней части кабинета, включая начальника службы безопасности Франца Шнайдера.
— Что вам нужно? — спросил он. Шнайдер был рослым немцем с горделивой, высокомерной осанкой, с седеющими коротко подстриженными рыжеватыми волосами, и слезящимися глазами от постоянного курения сигар. Гнев вспыхивал в груди Мики каждый раз, когда он смотрел на него.
— Оружие и люди, — ответил Джерико.
— На борту есть некоторое количество оружия, но его не так много. — Шнайдер прижал руку к передней стенке большого сейфа. Гладкая поверхность засветилась вокруг его пальцев, считывая биометрические данные. Дверца с щелчком открылась. Внутри сейфа лежало около полудюжины пистолетов и винтовок.
— Как бы они пригодились несколько часов назад, — кисло проговорил Джерико, беря пистолет и пристегивая его к поясу.