Молот заката

– Я не раб! – воскликнул пораженный таким кощунственным заявлением незнакомцев инквизитор. – Я свободный человек. Я подданный короля Саргоза Восьмого. Я посвященный второго круга…
– Да хоть пятого. Нам без разницы, – ответил Дубина и приложил инквизитора по затылку дубиной, что продолжал держать в руке. – Хватит ему болтать, – пояснил он товарищу, который молча, но с вопросом в глазах на него посмотрел. – Разоблачай посвященного инквизитора, наденем на него рванье и поведем на рынок.
Скоро незадачливый инквизитор был одет в рваные штаны и в такую же рубаху, ноги остались босыми. Руки ему связали за спиной, ноги стреножили, как у коня на выпасе.
– Ходить сможет, убежать – нет, – сделал вывод шер.
– Ежели он колдун, – проговорил довольный Дубина, – хорошую деньгу за него возьмем. Пошли, что ли?
– Не, – ответил шер. – Завтра с утра пойдем. Я схожу в порт, обменяю серебро и шмот его продам, накуплю выпивки и принесу. А ты, Дубина, сторожи нашего посвященного.
– Хорошо, Ляпа, иди, – не возражая, кивнул мордоворот. – Я пригляжу и ушицы сварю.
Ляпа собрал вещи Шургара в мешок и вышел из пещеры.
Дубина поставил медную треногу над костром. Сходил с котлом к ручью за водой, подвесил котел и накидал в него рыбы. Кинул луковицу и стал варить, периодически снимая пенку. В это время очнулся инквизитор. Он пошевелился. Посмотрел на спину мордоворота и, подтянув ноги, ударил сидящего к нему спиной мужика. Тот охнул и головой окунулся в котел. Вскочил ошпаренный кипятком и, подвывая, запрыгал на месте. Затем с жалобным воем выскочил из пещеры и помчался к ручью. Сунул голову под холодную струю и замолк.
Обратно он вернулся через полчаса и увидел, как по берегу мелкими прыжками скачет пленник. Увидев идущего к нему мордоворота, тот громко и жалобно закричал:
– На помощь!..
Это последние слова, что он успел крикнуть. Камень, пущенный меткой рукой бродяги, попал ему в голову, и он, замолчав на полуслове, свалился лицом в песок.
– Сволочь, – просипел красный как вареный рак Дубина и, схватив пленника за ногу, потащил обратно в пещеру.
За ними наблюдал одинокий ворон. Он сидел на гребне бархана из песка и, наклонив голову, смотрел на разыгравшееся на берегу моря представление.
Когда инквизитор упал, он каркнул и улетел.
К вечеру появился шер с корзиной в руках. Увидел пленника, который представлял собой лиловый кусок мяса, без движения лежащий на песке. Его глаза уставились в потолок пещеры. Он хрипел и тонко, протяжно стонал.
– Дубина, ты что наделал? – удивленно спросил шер и поставил на пол пещеры корзину. – Ты зачем его так избил?
Дубина повернул лицо к шеру, тот отпрянул.
– Что с твоим лицом, Дубина?
– Этот сучонок ударил меня ногами, когда я уху варил. Я головой попал в котел, – ответил мордоворот и оторвал кусок слезшей кожи с щеки. – У-у, как печет, – промычал он и ногой двинул лежащего инквизитора. Тот всхрапнул и продолжил стонать.
Шер осуждающе покачал головой.
– Дубина, это не первый раз, когда ты оплошал.
– А когда я еще оплошал? – недовольно буркнул мордоворот.
– А когда мы поймали девку имперскую. Она пошла прогуляться по берегу. Мы должны были продать ее степнякам в гарем, а ты взял и трахнул ее. Она после этого сбежала, пока ты спал, и утопилась. Я еще должен степнякам остался. Теперь ты до полусмерти избил инквизитора. Ты мне должен.
– И ладно, – покладисто ответил напарник, – пусть буду должен. Только я его еще раз ударю.
– Зачем?
– Морда горит…
– Нет. Бить нельзя. Я тебе маслом рожу намажу, потерпи.
Шер достал из корзины кувшин масла фелиссы и смазал лицо Дубины.
– Посиди на ветру, – предложил он. – К утру все пройдет. А этого лечить надо. Не купят этот кусок мяса.
– Не купят – я ему брюхо вспорю, – буркнул Дубина.
– Хватит транжирить наши деньги, Дубина, – возмутился шер. – Ты и так за прошлые дурости не рассчитался.
– Ладно, как скажешь, – буркнул Дубина и вышел из пещеры на берег моря.
Вернулся он утром с розовой кожей лица и не очень злым.
 
Раздетый догола инквизитор был обложен какими-то большими листьями, и шер периодически поливал его водой. Пленник пришел в себя и мрачно сверлил глазами своих пленителей.
– Ишь, как зыркает, отродье рассветное, – проворчал Дубина и сел у котла. Достал рукой рыбину и, сплевывая кости на пленника, стал есть.
– Ну, вроде выходил молодчика, – откинув листья, шер критически осмотрел пленника. – Ешь, Дубина, и пошли в порт. Этого я понесу на себе.
– Так рано еще, – лениво отозвался мордоворот и полез за следующей рыбиной.
– Чем раньше придем, тем лучше, – ответил шер, – доедай и пошли.
Они вышли из пещеры через полчаса. Шер нес на себе связанного инквизитора. В рот Шургара была вставлена палка и веревкой завязана на затылке. Он мог только мычать. Бродяги принесли его в порт. Он смотрел налитыми кровью глазами и постоянно мычал. Редкие прохожие не обращали на эту маленькую компанию внимания.
Шер уверенно двигался вдоль причалов и подошел к большому кораблю с двумя мачтами.
– Тут работорговец есть, – пояснил шер. – Не будем тащить товар на рынок рабов. Господин тер Арнубасван! – заорал шер.
На палубе появился матрос. Зевнул и почесал голый живот.
– Тебе чего, шер? – спросил он.
– Я господину торговцу принес раба. Знатный раб.
– Хорошо, жди, я сообщу, – снова зевнув во весь рот, отозвался матрос.
Он исчез внутри трюма, а вскоре на палубу вышел работорговец. С черной курчавой бородой, в белой накидке, украшенной золотым шитьем понизу. На голове длинные вьющиеся волосы удерживал золотой обруч. Работорговец увидел шера и приветливо махнул ему рукой.
– Привет, Ляпа. Кого притащил?
– Иноземца, господин. Он из другого мира.
– Ты шутишь?..
– Нет. Сами поговорите с ним.
– И где вы его поймали? – спускаясь по трапу на берег, спросил работорговец. – Летали в другой мир?
– Нет, господин, – за шера ответил Дубина. – Он сам прилетел и появился прямо из воздуха. Упал мне под ноги. Весь в красном.
Торговец живым товаром остановился на полпути.
– Вы что, дурни, мне рассветного принесли?
– Нет, господин тер Арнубасван, он не рассветный. Говорит, охотник на вампиров, – поспешил ответить шер и кинул злой взгляд на Дубину.
– Охотник на вампиров? Да он сумасшедший, идите отсюда, – махнул рукой работорговец и поспешно вернулся на корабль.
Шер зашипел:
– Кто тебя просил рот открывать? Теперь на рынок тащиться надо.
– А что я? – обиженно спросил Дубина. – Он спросил, как дело было, я ответил. Разве не так оно было?
– Так, Дубина, так. Только говорить об этом не надо. Видишь, его принимают за сумасшедшего. Мы не продадим этого осла, если ты будешь рассказывать правду. Лучше молчи…
Дубина оглянулся на пленника.
– Это осел? – удивленно спросил он. – Надо же, и не скажешь, совсем не похож…
– Зато ты похож на осла, Дубина. Молчи, не зли меня.
– Да я чего? Я ничего… – разволновался мордоворот. – Сказал бы сразу молчать, я бы молчал. Про осла я бы и так смолчал. И кому мы осла продадим? К лошадникам пойдем?
Шер отмахнулся и направился на рынок рабов. Не оборачиваясь, кинул несколько слов:
– На рынке пасть не раскрывай.
Неся пленника, бродяги прошли по побережью и вошли в пределы рынка не через город, а с моря. Прошли по колено в воде и обошли торговые ряды стороной. Вышли из воды и направились прямо к клеткам.
Первый работорговец увидел избитого раба и отмахнулся от них. Он даже говорить не стал. Второй посмотрел и, усмехаясь, прогнал их:
– Хотите строптивого раба спихнуть? А ну пошли прочь, бродяги.
Третий стал торговаться и предложил пять серебряков за раба. Тут уже шер послал его подальше. Остальные торговцы живым товаром так же гнали их прочь или предлагали смешную цену.
Шер уже отчаялся продать свой товар, как встретил доброжелательно улыбающегося торговца. Шер хмуро посмотрел на него и хотел пройти мимо.