Чернотроп (СИ)

Миша взял в руки миску с похлебкой и виновато посмотрел на смотрителя.
— Пей, чего смотришь? — по-доброму ответил Серёжа. — Горячая только, не обожгись.
Михаил сделал маленький глоток, затем подул на жидкость и снова попытался отхлебнуть.
— Всё верно, — вдруг ответил Мишаня на слова Марии. — Светка ушла от меня, но я-то ее не бросал. Почему я должен быть таким, как она?
— Отличные слова, — обрадовался Сережа. — Борису Валентиновичу сильно бы понравились.
— Когда мы поженились, я поклялся любить ее и в горе, и в радости, и в болезни, и в радости, — Миша сделал большой глоток питательной жидкости. Хоть она все еще и была горячей, терпения ждать уже не было. — Люблю ее и ничего не могу поделать. Чувство нельзя взять и просто так выключить по щелчку пальцев.
Маша с Сережей переглянулись. Молодой человек заложил руки за спину и принялся ходить по комнате туда-сюда от окна до входной двери.
— Где она? — вдруг остановился Сергей.
— Я принес ей в клуб матрас и одеяло.
— В клуб?! — Громко переспросил смотритель.
— Ну да, а куда я ее положу? — удивился мужичок. — Сюда нельзя, вы не разрешите. Она замерзла, понимаешь? По ночам сейчас уже холодно, а ее куртка куда-то подевалась. Вот я и согрел.
— Эх, Миша, — хлопнул себя по лбу ладонью молодой человек. — Сиди тут и молись кому хочешь, чтобы мои подозрения не подтвердились.
Сергей скомандовал Сашке и Пашке взять в руки автоматы и следовать за ним. Маше же велено охранять Михаила. Девушка достала из рюкзака свой тесак и села рядом с допивающим бульон мужчиной.
Приятели быстрым шагом, почти бегом добрались до здания клуба. Дождь заливал им глаза. Сергей открыл дверь и громко произнес:
— Эй, ты тут? Живо выходи.
В ответ тишина. Парень снова повторил приказ, но из темноты так никто и не ответил. Тогда Сашка поджег заранее подготовленный факел и бросил его в центр зала. Таких факелов в лагере было пара десятков. Борис Валентинович заботливо их изготовил на экстренный случай.
Пламя осветило танцевальную площадку, сцену со старым оборудованием и стоящую возле одной из стен мотодрезину.
— Я так сразу и подумал, — голос парня явно стал нервным. — Нужно собирать совет. Бегом за Борисом Валентиновичем, пусть запрет станцию снаружи и приходит в лагерь.
***
Спустя тридцать минут.
В комнате отдыха в пионерском лагере друзья собрались за столом и перед разговором поздравили братьев, пропустили по половинке кружки того самого напитка неизвестного названия. Борис крякнул в кулак и спешно поднес к носу маслянистую шпроту на вилке.
— Так что у вас стряслось-то? — спросил, жуя, наставник. — Простите, у нас.
Сережа показал рукой на лежащего на диване у входа Мишаню.
— Вот полюбуйтесь, — недовольно сказал парень. — Привел лису в курятник.
Михаил скривил лицо, обиделся и демонстративно отвернулся лицом к спинке дивана.
— Представляете, женушка его объявилась, — продолжил молодой смотритель. — Которая не смогла перенести боль утраты и бросила своего муженька. Не нужен он ей стал без патронов и мамкиного довольствия.
Михаил еле слышно пробубнил что-то невнятное.
— Три дня ее скрывал в клубе, свою пайку относил. И умудрялся при этом лес валить. Теперь вот отходит, лежит. Мы его рыбным бульоном отпоили.
— Так в чем суть проблемы? — Борис Валентинович вытер рот и бороду чистой тряпочкой.
— Мы ходили туда сейчас, — серьезно ответил смотритель. — Светланы нет. Испарилась.
Миша резко обернулся и дрожащим голосом спросил:
— Как это нет? Может, в кусты выбежала по нужде?
— Докладывать твоя Светка побежала!!! — яростно крикнул на Мишу Сергей, встал и со всей силы бросил металлическую ложку на стол. — Несмотря на сильный дождь.
Челюсть у Бориса отвисла. Мужчина еще ни разу не видел друга в таком гневе. От неожиданности Маша икнула, встала из-за стола и отошла к занавешенному плотными шторами окну. В памяти девушки всплыли моменты жизни, где муж был таким. Именно с таким выражением лица он управлял своей бандой.
— Увидела «Зину» в клубе и сразу смекнула, — не успокаивался Сергей. — Эту информацию можно продать. Дрянь снова наплевала на тебя. Даже не представляю, сколько может стоить мотодрезина в отличном состоянии. Она открывает новые возможности для барыг, наемников, грабителей, да для кого угодно. Мы ее спрятали от греха подальше с расчетом на то, что она сослужит нам добрую службу в трудный день. Теперь мы в опасности.
 
Сережа сел обратно за стол. Парень успокоился и принялся ковырять вилкой в жестяной банке.
— Я так сразу и не понял, — сказал Борис Валентинович. Мужчина смотрел в одну точку, совершенно не моргая. — Ты, Миша, должен был понимать: либо с нами, либо против нас. Сейчас, выходит, подставил. Но не со зла, а по глупости. Любовь, она, знаешь ли, голову срывает. Поэтому ничего тебе за это не будет. Работаешь ты славно, вот и работай, а то, что дурак, мне вовсе без разницы.
— Есть доля вины и на братьях. — Сергей строго посмотрел на Сашку и Пашку. — Ваша основная работа — следить за лагерем и никого не впускать.
— Даже не знаю, как прохлопали, — почесал затылок Сашка и ткнул локтем брата.
— Всегда вроде рядом был, — подхватил Пашка. — Кто же мог подумать?
— Ладно, теперь уже не важно, — Борис снял очки и глубоко вздохнул. — Нужно думать, что делать дальше. За «Зинкой» явно придут, и мы должны быть готовы к встрече.
— Или просто ее отдать, — перебила мужчину Маша. — На кой она нам? Незваные гости придут явно с оружием, и их будет немало. Готовы ли мы пострадать из-за железяки, которая неизвестно пригодится ли когда-нибудь. Переселим братьев на станцию и Мишу тоже. Нас убьют за нее, неужели не понимаете?
— Можно ее спрятать, — высказался Борис. — Перенесем в другое место, в лес или в деревню к зомби. Туда они точно не сунутся. А спросят, скажем, глупая баба все напутала, пусть с нее и спрашивают.
— Но ведь тогда они будут знать про наш лагерь, — возразил молодой смотритель. — Наши все запасы, считай, здесь. Твоя награда, Борис Валентинович, за спасение правнуков смотрительницы станции Стромино.
— Наша награда, — уточнил Борис. — Кстати, скоро будет готова наша зимняя одежда, надо будет за ней смотаться или отправить кого.
— Тут нужно всё хорошенько обдумать, — продолжил Серёжа. — Спешка может сыграть злую шутку.
Парень снова встал, теперь уже без эмоций. Подошел к супруге и, заметив ее волнение, крепко обнял.
— Может, мне старую банду собрать? — спросил Сережа и рассмеялся. — Ладно, неудачная шутка, признаю.
Наше главное преимущество, козырь, так сказать, в том, что они не знают, что мы их ждем. Надо это использовать по полной. У нас три автомата, много патронов к ним, хоть и дорогих, но жизнь дороже. Моя старая, но почти безотказная двустволка и ПМ у Маши. Мда... Помощь Ю сейчас бы не помешала.
Парень подошел к камину, сел на корточки, протянул руки к огню. Немного помолчал, никто не стал прерывать тишину, все думали, что с ними будет дальше. Потом Сережа встал, повернулся лицом к друзьям и объявил решение:
— В общем, так, у меня есть план...
В входную дверь дома кто-то громко постучал тяжелым ботинком.
  
Глава 30
 
Борис тревожно вскочил из-за стола. Его автомат, впрочем, как и ружье Сережи, был заперт в каморке на станции.
— Всё повторяется, — тихо произнес Сережа. — Вот же олени. Мы снова покинули убежище, оставив в нем оружие.
Братья взяли в руки свои автоматы и ждали команду.
— Неужели пришли? Так быстро? Я думал, у нас есть как минимум пару дней, — Борис повернул голову в сторону Маши. — ПМ у тебя с собой?
— Я даже сплю с ним, — девушка достала из кобуры пистолет и передернула затвор.
— Дай его мне, — протянул руку Борис Валентинович. — Без вопросов, просто дай.
Маша отдала оружие наставнику и снова взяла в руки свой тесак.
Сергей хотел пойти первым, но Борис остановил, положив руку на плечо другу, и вышел из комнаты. За ним сразу прошли братья.