Девочка в реакторе (СИ)
— Леша погиб, — сказала Лиза, смотря в одну точку. — Папу убили. А я заболела. Я ведь еще не пошла в школу, да, мама? Ты сказала, что сама поведешь меня туда, без папы, помнишь?
Марина заглянула в глаза своей дочери.
— Я не знала всего этого, правда, не знала! — она вновь прижала девушку к груди. — Прости меня, Лиза! Прости…
XI
Раиса открыла глаза и, повернув голову, увидела сидящего рядом с кроватью Анатолия.
— Толя…
Мальчик улыбнулся.
— Твои мучения закончены, мама. Больше никакой Кошмар тебя не обидит.
Рая присела на постели и, притянув сына к себе, обняла его.
— Ты не представляешь, в каком аду я жила все эти годы. А теперь мы заживем с тобой счастливо. Я уволюсь с работы, тебя переведу на домашнее обучение, и будем жить с тобой у бабушки дома. Все лето. Всю осень и зиму. Ты согласен?
XII
Александр Боровой переступил порог дома и, положив папку с документами на край стола, снял обувь. Устало прошел в гостиную, прикурил сигарету и, удобно устроившись за компьютером, надвинул очки на глаза.
— Пришла пора мне рассказать о Чернобыле.
XIII
Сергей Мирный поправил шляпу и постучал в двери частной компании, занимающейся тем, что раздает сопровождающихся для экскурсий по Чернобылю.
— Заходите!
Он улыбнулся милой даме, сидящей за столом.
— О, это вы подавали документы, чтобы вас взяли на работу гидом? Сергей Мирный, правильно?
Сергей закивал, надевая очки.
— Проходите! Садитесь! Сейчас проверим ваши документы.
Девушка заглянула в папку и удивленно произнесла:
— О, вы женаты? Вы в своих книгах не писали, что женились.
Мужчина довольно закивал:
— Моя жена — моя давняя подруга. Мы вместе служили в Чернобыле. Я могу вам ее порекомендовать, если что.
— О, я совсем не против! Второй такой эколог, как вы, нам совсем не помешает!
XIV
Андрей продолжает пить.
Однажды его найдут в его собственном доме с бутылкой коньяка в руке.
Он уйдет из жизни в гордом одиночестве, так и не отыскав свою вторую половинку.
XV
— Прости. — Лена сокрушенно взглянула на Сергея-Александра. — Нам с тобой не по пути. У нас большая разница в возрасте. И я решила, что отношения для меня отныне в тягость. Тетушка ругается…
Александр понимающе закивал.
— Понимаю. Ничего страшного! У меня вся жизнь впереди.
XVI
Лена продолжает жить в деревне, недалеко от Чернобыле.
Вскоре она выпустит книгу.
Называется книга “Девочка из реактора или как сложилась моя жизнь”.
XVII
— Он… Он все еще живой! — из блочного щита управления номер четыре выскочил человек в белой форме.
Его коллега по работе усмехнулся:
— Ты еще скажи, что девочка до сих пор в нем.
На небольшом экранчике засветились цифры. Побежала вдоль экрана красная строка.
Ухмылка с лица мужчины сошла.
P.S
Алине придвинули небольшой листок бумаги и ручку.
— Вы подписываете свое согласие на участие в специальной военной операции в качестве прямого участника…
— Я же новейшее ядерное оружие, о каком участнике вы говорите?
На нее посмотрели круглыми от удивления глазами:
— Кто вам такую чушь сказал?!
— Вы видели на полигоне мои способности. Вы хотите меня одурачить?
— Тебя уже одурачили, дура! — в кабинет влетел вооруженный мужчина, наставив пистолет в сторону премьер-министра.
Алина подскочила.
— Что ты здесь делаешь?!
— Тебя спасаю! И всю планету!
— Ах, всю планету, — с важным видом протянула девушка, потихоньку выходя из себя. — Знаю, какую именно планету ты спасаешь. Место между моими ногами!
— Хоть в этот раз не будь такой дурой! — повысил голос Сергей-Александр. — Я действительно люблю тебя, а не использую как подстилку! Между прочим, мои бывшие бойцы и твой новый хозяин, который называется Президентом, давно заприметили тебя в качестве любовницы! Нравится тебе роль государственной проститутки, а?!
— Не смей меня так называть! — Алина топнула ногой.
— Если ты подпишешь эту бумажку, — Александр навел прицел на небольшой листок бумаги, — то подпишешь приговор всему белому свету! Ты отлично знаешь, что умеешь выделять радиацию, особенно, когда теряешь контроль! Тебя этому реактор наделил, к слову!
— И что?!
— Не подписывай! Этот! Чертов! Договор!
— Боишься за свою дорогую страну? — глаза у девушки начали наливаться кровью.
— Я боюсь и за страну, и за тебя!
Алина схватила листок и начала рвать его на мелкие куски.
— Меня давно достала такая жизнь. То не делай, это не делай! — выкрикнула она, подбросив кусочки бумаги в воздух. — Сколько лет я провела в вашей долбанной тюрьме под названием лаборатория! Сколько лет вы ставили на мне опыты! Вы, куски чертового дерьма! Ненавижу вас всех, ненавижу!
— Алина, не начинай… — Сергей-Александр покачал головой.
— Я уже начала! Я раздолбаю вас, вашу долбанную страну и ваш долбанный мир!
— Алина, НЕТ!!
Девушка почувствовала, как гнев ломит заодно мышцы, медленно наливаясь свинцом. Из ее рук вырвались первые пронзающие насквозь молнии, оставляя от присутствующих в зале людей одни голые остова. Алина ощутила легкое покалывание, постепенно переходящие смертоносные укусы — и вновь погрузилась в бесконечную темноту, как тогда, находясь на дне реактора. Как будучи безжизненным трупом выжила, пребывая на грани, питаемая теплом и электричеством, исходящими от громадного работающего прибора…
Спустя секунды маленького ростика девушка обернулась чистой стихией, бесконтрольной, дикой, подпитывающая самой природой. Она взмыла вверх, отбрасывая многочисленные молнии. Алина выглядела как человек — с руками и ногами, — но при этом напоминала источник нескончаемого электрического тока, что поражал все, что находилось в нескольких метрах от него.
Александр опустил пистолет. Его лицо стало мертвецки бледным, когда девушка, сжав кулаки, направила свой гневный взор на него. И рухнул бесчувственным на сияющий пол, истребленный безжалостной молнией.
Алина бросилась к окну и выпрыгнула на улицу. Растворилась сотнями мелких искр и извергала одну молнией за другой, убивая ни в чем неповинных людей.
У тех, кто избежал подобной участи, случилось головокружение, тошнота и обильная рвота.
Алина поднялась высоко в небо. Оценивающе посмотрела на мужчин в военной форме и бросилась на север, извергая по пути новые молнии.
Когда она оказалась в нужном месте, остановилась. Снова пригляделась к своему бывшему дому, где провела двадцать семь лет и два года внутри разбитого пожаром реактора, и нанесла первый удар. Третьим ударом разгневанная и бесконтрольная девушка снесла сияющую на солнце “Арку”, за ней следом сильно повредила и объект, тридцать с лишним лет скрывающий радиацию. Алина обернулась чистой молнией и ударила в сам поврежденный реактор, растапливая затвердевшее ядерное топливо и бетон.