Однажды я стала женой проклятого герцога (СИ)
Я недоуменно спросила:
— Но с кем я буду танцевать?
— А вы видите здесь достойных кавалеров? — огрызнулась грациозная хрупкая женщина.
— Нет… — пробормотала я.
— Воспользуйтесь воображением, госпожа Тернер. Если оно у вас, конечно же, имеется.
Внезапно возникло ощущение, что на меня кто-то внимательно смотрит. Я осмотрелась по сторонам, но никого кроме меня и учителя в танцевальном зале не было.
Комнату разрезал недовольный голос мадам:
— Куда вы смотрите?
— Никуда, — пробормотала я, — извините.
— Соберитесь, мадемуазель Ария! Сейчас же!
— Да, мадам.
Я вздохнула, понимая, что мадам сегодня не в настроении. А это значит, что урок будет усердным и невероятно тяжелым.
— Ну сколько можно повторять, расправьте плечи! Вы опять сутулитесь! — выкрикнула она, я послушно сделала идеальную осанку. — Закрытая позиция рук вальса. Правая рука партнера находится на талии партнерши, левая рука партнерши — на плече партнера. Левая рука партнера и правая рука партнерши соединены во второй позиции…
Стоит ли говорить, что к концу занятия я устало повалилась на скамью и пыталась отдышаться, как после долгого забега?
А в голове все крутились ее крики:
— …Руку выше, мадемуазель Ария!
— … Смотрите вашему партнеру в глаза, мадемуазель Ария, а не в пол!
— … Раз-два-три, раз-два-три…
— Госпожа, Ария.
Я не сразу поняла, что обращаются ко мне.
— Госпожа, Ария!
Я резко вскинула голову, о чем тут же пожалела, ощутив звон в ушах.
— Вы забыли поблагодарить меня за урок.
— Ах, прошу прощения, — опомнилась я, вставая со скамьи и делая низкий реверанс. — Благодарю за урок, мадам Тандури.
— Вы становитесь похожи на лебедя, — вдруг задумчиво произнесла худая мадам, стоя в дверях. — Сходите к лекарю. Вы неважно выглядите.
Я улыбнулась сквозь боль, но прежде чем я сказала хоть что-либо, мадам ушла, резко бросив на прощанье свое сухое и фирменное “До свидания, мадемуазель Ария”.
Вдруг послышался скрип половицы.
— Мадам Тандури, это вы?
В пустом зале кроме меня никого не было. Мое сердце пропустило удар. Я встрепенулась.
— Здесь кто-то есть?
Что-то тут не так. Я буквально ощущала чужое присутствие. Неужели я и вправду схожу с ума?
Головная боль усилилась из-за осознания собственной беспомощности.
— Если здесь кто-то есть, то покажитесь. Сейчас же!
Совсем рядом скрипнула очередная половица. Я слушала, затаив дыхание. Гортань сдавило.
— Черт с вами!
Этот кто-то совсем рядом.
Он подстраивался под мои шаги и едва слышно дышал, но я почти ничего не могла разобрать из-за собственного бешеного сердцебиения.
Шагнув назад я попятилась к двери, напряженно высматривая танцевальный зал. Но стоило мне подойти к двери ближе, как та с грохотом захлопнулась.
Сердце ухнуло в пятки. Я судорожно дергала за ручку, но дверь не открывалась!
— Это не смешно, — мой голос дрогнул. — Я заору, если вы не покажитесь!
Моя грудь вздымалась и опадала в три раза быстрее, чем обычно. Я начала глупо шарить руками вокруг, чтобы попытаться поймать этого чертового шутника.
Я неуклюже шагала по танцевальному залу, пока кто-то не выдохнул мне прямо в ухо насмешливое:
— Не поймаешь.
Я подпрыгнула от испуга и что есть силы рванула к гардеробной, а затем закрыла двери, отрезая себя от обидчика в маленьком пространстве. Гардеробная — примерно метр на метр. Вероятно, раньше это была кладовка.
Здесь было темно, хоть глаз выколи. Свечи почему-то не зажглись при моем приходе.
Какое-то время я шумно дышала и пыталась прислушаться к звукам снаружи, но кроме своего дыхания и грохота сердца ничего не слышала.
Было тихо.
Ни скрипа половицы, ни чужих голосов.
Кто бы это ни был, она или он, он ведь ушел да?..
В ту же секунду чья-то рука обвила меня за талию и развернула на сто восемьдесят градусов, заставляя отпустить ручку, за которую я держалась все это время мертвой хваткой.
Я закричала. Высокая фигура обхватила мои руки, подняла их на верх и прижала к стене, чтобы я не сопротивлялась. Я завертелась и бешено задергалась.
— Отпустите меня! — заорала я. — Это не смешно!
Его шепот овеял мое ухо:
— Т-ш-ш… Успокойся.
Мягкость его голоса пугала сильнее всего. Я с силой втянула в нос воздух и замерла.
— Киллиан?
Он не проронил ни слова. Слышались лишь его мерные вдохи и выдохи, казавшиеся оглушительными.
Я глубоко задышала, чувствуя аромат мыла и дерева.
А еще стойкий запах алкоголя.
Глава 32 — Animus mea
“Ну, ну, не надо слёз. Они лишь пробуждают аппетит у монстров.”
Продажное королевство. Ли Бардуго.
Киллиан был сильно пьян.
— Вы идиот! — зарычала я, словно волчица. Но тело расслабилось. — Вы напугали меня до смерти! О чем вы только думали?
— Ты так быстро меня узнала, — тихо ответил он, зарываясь носом в мои волосы.
Руки он не отпустил, я до сих пор была в его ловушке.
— Я вас убью!
— Можешь попытаться, — усмехнулся он, поглаживая большим пальцем мое запястье. По телу пробежался рой мурашек.
— Отпустите меня. Вы ненормальный! — мой голос дрогнул, когда он носом провел линию по моей щеке, с шумом вдыхая воздух.
И бесцветное:
— Не хочу.
— Что? — я подавилась воздухом.
— Я сказал, что не хочу, Ария. Я соскучился…
— Вы спятили, — мрачно сделала я вывод.
Маг тихо засмеялся, заставляя мою грудь завибрировать. Наконец-то я услышала знакомый низкий тон его голоса.
— Вполне вероятно.
Я глубоко вздохнула, прикрыв глаза. Все равно в этой кромешной темноте ничего не было видно.
Подождите ка…
— Все это время… — пробормотала я поражено, — все это время вы наблюдали за мной! Весь урок!
— Да, — сказанное будничным голосом. — Я хотел полюбоваться, как ты танцуешь… Станцуешь еще разок? Но уже для меня? И со мной.
— Вы издеваетесь?
— Ничуть.
— Как вы меня нашли? — спросила я строго.
— Тебя несложно отыскать.
— Вы меня пугаете.
— Ну это не впервой.
Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.
— И зачем вы меня искали? — спросила я, нахмурившись.
— Не делай вид, что не знаешь, маленькая воришка, — неожиданно прошептал он мне на ухо. Кожу защекотало. — Когда совсем не умеешь лгать, не стоит и пытаться.
Я вздрогнула.
— Я… я все верну. Извините.
Тон Киллиана стал холодный.
— Я и за меньшее наказывал предельно жестоко. Но на тебя почему-то совсем не злюсь. Ты же у нас такая умная, столько книжек прочитала… Не скажешь почему?
— Понятия не имею.
Маг усмехнулся. Я не видела его лица, но в голове как по волшебству возник его образ. Тонкие изогнутые губы в ухмылке, пронзительные светло-серые глаза…
— А как объяснишь очаровательные подглазины под твоими красивыми зелеными глазками?
— Я не выпила обезболивающее.
— И почему ты его не выпила?
Тон его голоса был мил и вежлив. Но почему-то я знала наверняка: маг — в бешенстве.
— Флакон… он разбился.
— И как он разбился?
Вот совсем не хотелось говорить причину и как-либо упоминать Патрисию, даже несмотря на мое к ней отношение.
— Случайно. И прекратите этот нелепый допрос, сейчас же!
— Ну-ну, — усмехнулись мне, а потом тяжело вздохнули и прошептали заклинание. Раздался знакомый щелчок, и по телу разлилась расслабляющая нега, избавляющая от боли. Я чуть не застонала от облегчения. — Ты обещала, Ария. Что будешь пить все лекарства по расписанию. Пропустишь хоть еще один прием, и я заберу тебя обратно.
В груди почему-то стало тепло-тепло от его грубой заботы. Я не смогла сдержать улыбки. Глупая я все-таки.
— И зачем тебе понадобилась заговоренная бумага? — Я вдруг почувствовала дыхание на своих губах, маг почти их коснулся. Я замерла. — Смотри, Ария… Солжешь мне еще раз — я тебя поцелую.