Однажды я стала женой проклятого герцога (СИ)
Однажды я стала женой проклятого герцога
Вероника Десмонд
Глава 1
В этом мире мой отец — эрцгерцог Седрик Тернер. А я, Ария Тернер, — его непутевая дочь, во многом уступающая моей сводной сестре — Великолепной Патрисии. Великолепной она прозвала сама себя, а жители Гоэльского поместья, как впрочем и люди, которые когда-либо попадались на ее пути, подхватили этот совершенно нелепейший эпитет.
— Сестрица Ария… Вам снова не угодила еда? — забеспокоилась Патрисия, заметив мой уставший вид.
Почему же нелепейший? Все дело в том, что моя прекрасная сестра… тиран, скрывающийся за маской ангела.
— Но как же так, дитя? — спросила моя названная матушка, нанизывая дольку персика на острые зубцы десертной вилки. — Наш новый повар, господин Гредор, так старался… Как по мне ягненок удался на славу!
Отец, неизменно занимающий главное место за столом, вскинул на меня недовольный взгляд и поджал губы.
— Ария… — произнес он, медленно зверея. B какой то мере я даже его понимала.
Ранее я довольно часто устраивала истерики и “врала” о том, что поданное мне блюдо больше напоминало помои, чем изысканную еду аристократов. — И чем тебе на этот раз не угодил ужин?
Я обмакнула губы салфеткой, краем глаза взглянув на мою великолепную сестрицу. Она задумчиво улыбалась, будучи совершенно уверенная в том, что ее выходка и на этот раз сойдет ей с рук.
Что ж… Тем лучше! Обожаю неожиданные сюрпризы, а особенно те — что делаю я сама!
— Прошу простить, что развела суматоху. Это против этикета, но я вынуждена первой выйти из-за стола.
Тем временем слуги начали перешептываться.
“… что творится с леди Арией?”
“… разве она знает этикет?”
— Боюсь мне нездоровится после долгой дороги. Ужин был изумительный, передайте мои комплименты господину Гредору. — И сделав книксен на прощание, мило улыбнулась ошеломленным членам семьи Тернер. — Приятной вам трапезы.
“… не верится…”
“… леди как будто подменили!”
О, боюсь с последним вы оказались совершенно правы!
Эти слова — последнее, что услышала Ария от отца, прежде чем я заняла ее место:
— Я совершенно не понимаю тебя, Ария! Кажется, мне придется передать твое воспитание куда более строгой настоятельнице — миссис Бастет.
Девушку отправили в женский Пансион Святой Гертруды на все лето. Жуткое место, я вам скажу. Хорошо, что я очутилась в романе почти с первым приходом осени!
Согласно тому, что я услышала из разговора горничных, семья благополучно забыла о своей кровиночке, все свои силы же направив на великолепную сестру, готовящуюся к предстоящей помолвке с герцогом Кеннетом.
Никто не написал девочке даже одного письма, лишь голубоглазый ангел с завидным постоянством отправлял в пансион коробку изумительного шоколада. В отличие от сестры, я была паршивой овцой, которая портила все стадо.
Уродливая внешность, низкий рост, прескверный характер. Меня непременно “забывали” на все светские рауты, скрывали сглаз долой, когда кто-то приезжал в поместье, искусно игнорировали и одним словом — не любили. Что за семья такая…
В мире этого романа я — второстепенный персонаж. Лишь фон, который дает Патрисии сиять ярче. Всего через год моя великолепная сестра очарует кронпринца Себастьяна, и тогда все Королевство Эленейрос потрясет кровавая гражданская война, виной который будет проклятый герцог Блеймонд!
Герцог-демон, по приказу новоиспеченного короля и его королевы убивший всех аристократов, в том числе своих родственников. Его душу спасет главная героиня романа — Беатриса де Вермандуа. А Арии Тернер суждено погибнуть юной.
Суждено… Как же…
Я не собираюсь умирать!
Берегитесь, господин Блеймонд. Если я хочу выжить, то должна во что бы то ни стало заполучить ваше сердце. Сердце проклятого герцога.
Глава 2
“Любое приключение должно с чего-либо начаться… банально, но даже здесь это правда…”
Алиса в стране чудес
Поскольку путь до поместья был неблизкий, а ужин в семействе Тернер меня миновал, я решила осмотреться в своих покоях, состоящих из одной небольшой гостиной, комнаты прислуги, спальни с широкой, мягкой кроватью и ванной комнаты.
Но увы, всю аристократическую роскошь портил бардак невероятных масштабов. Казалось, что эту часть восточной башни благополучно забыли и оставили в пользование паукам, коих насчитывалось уже пятеро, их паутине и пыли. Откуда последняя взялась — оставалось загадкой.
В покоях было душно и грязно. И первым делом, откинув всю брезгливость, я совершенно неприличным для леди образом выскочила за дверь и зло уставилась на мою служанку.
— Лиззи, немедленно позови всех служанок, которые отвечают за восточную башню. А также я хочу увидеть моих личных, — пауза, — горничных.
Лицо рыжеволосой девушки, испещренное веснушками, показалось мне не особенно добродушным. Я бы сказала, даже издевательским.
— Вы знаете мое имя? — усмехнулась она, сцепляя руки за спиной. — Они заняты!
Злой тон в крайней степени вызвал у меня удивление.
— Почему же я не должна знать твое имя, Лиззи? — с нажимом спросила я, запрещая себе злиться. Пока что.
Лиззи улыбнулась.
— Но простите, госпожа Ария… Вас что-то не устраивает в ваших покоях? Мы недостаточно о вас позаботились? Какая жалость… — Ее улыбка была похожа на улыбку гиены, поедающей гнилое мясо.
Конечно же, в романе Арию недолюбливали. Но чтобы так открыто грубить своей хозяйке…
— Госпожа Тернер… — В нашу беседу вдруг вмешался подошедший к нам обер-лакей, с коим я познакомилась еще присутствуя на ужине. — Ваша названная матушка напоминает об утреннем женском собрании. Вы удостоите ее своим присутствием?
— Женское собрание? — растерянно переспросила я, поглядывая на рядом стоящую горничную. — Напомните мне, пожалуйста, о чем идет речь, господин Бэгготт?
Обер-лакей посмотрел на меня несколько… удивленно и даже обескураженно. Я пыталась припомнить, что же послужило причиной такого странного поведения.
Господин Бэгготт прокашлялся.
Ах вот оно! Господин Бэгготт, обер-лакей поместья Тернеров! Бедный старик… Кажется, он единственный питал нежность к Арии. И пожалуй на его долю выпало большая часть ее пакостей и капризов.
— Речь идет о субботнем собрании благородных дам в Западной Оранжерее. Госпожи изволят вышивать, играть на рояле и скрипке, а также делиться нажитым опытом и последними новостями.
— Ах, об этом собрании идет речь! — Воскликнула я, старательно делая вид, что кажется что-то такое припоминаю. — Спасибо, господин Бэгготт. Передайте матушке, что я обязательно буду.
Стоящая рядом Лиззи вдруг подала голос:
— Будете?! Но вы никогда не посещали собрание раннее.
— Вы свободны, Лиззи.
Я смерила ее уничижительным взглядом и, улыбнувшись господину Бэгготту, проговорила:
— Что ж, тогда я просто обязана наверстать упущенное. Во сколько будет это замечательное собрание?
Господин Бэгготт обрадовался:
— В десять, госпожа. Вот и славно! Тогда я тотчас же передам госпоже Тернер о вашем решении. Ох, чуть не забыл. Госпожа Ария, стало быть вы устали с долгой дороги. Скажите нуждаетесь ли вы в чем-либо?
О, я нуждалась!
Отведя господина Бэгготта в укромный уголок, прочь от любопытных глаз и ушей Лиззи, я весьма деликатно поделилась с ним своей тревогой. Откровенно высказав все, что меня беспокоило, и отпустив восвояси обер-лакея, я отправилась в малую гостиную, находящуюся на втором этаже моей башни.
Первым делом обер-лакею было поручено найти мне двух новеньких смекалистых горничных и немедля пригласить их ко мне. Покончив с этим, он должен был исполнить еще одну, но уже более скромную просьбу: побеседовать с поваром прислуги и уговорить подавать три порции завтрака и ужина в мои покои в одно и то же время. Еда не должна чем-либо отличаться от еды моих горничных.