Спасение Рейн (ЛП)

— Как?
— Мы считаем, что это была передозировка, — ответил детектив Сэм грубым голосом. — Мне очень жаль, Солджер.
Я проигнорировал его сочувствие, подавил свои эмоции и отвернулся от раковины, чтобы скрестить руки на груди.
— Где вы ее нашли?
Он заколебался. Его взгляд упал на блокнот, и его горло дернулось от медленного, тяжелого сглатывания.
— Это не…
— Где?
Детектив Миллер выпрямил спину и с любопытством посмотрел на меня, когда ответил:
— Недалеко от школы.
Я медленно поднял подбородок, выпрямившись во весь рост, так как новое чувство осознания и ужаса охватило меня. Детектив Сэм встретил мой взгляд с тем же пониманием, на которое детектив Миллер, казалось, не обратил внимания. Воспоминания о ночи, которая до сих пор преследует меня в кошмарах, нахлынули вновь. Тот клочок холодной грязи на обочине дороги, прямо перед школой, которую я бросил. Безжизненное тело Билли. Слезы на моем лице, быстро высыхающие на холодном ночном воздухе, и ухмылка Леви, когда полицейский увозил меня.
Я готов поспорить на что угодно, что тело моей матери было найдено на том самом клочке земли.
Я бы поспорил на что угодно, что ее положили туда.
— Это был не несчастный случай, — прямо заявил я.
Детектив Сэм покачал головой, следя за ходом моих мыслей.
— Нет. Я не верю, что это было так.
Детектив Миллер склонил голову набок, холодно разглядывая меня, и, бьюсь об заклад, думал, что он действительно офигенский парень с этим значком, висящим у него на поясе.
— Ты хочешь поехать с нами в участок? — спросил детектив, откинув голову назад, когда говорил.
— Я подозреваемый?
Детектив Миллер поджал губы, изучая меня подозрительным взглядом, затем спросил:
— А ты должен быть подозреваемым?
— А ты как думаешь? — Я бросил вызов, ни на секунду не заботясь о том, что этот человек занимал более высокое положение, чем я, осужденный преступник, когда-либо мог бы занять.
Взгляд детектива Миллера был таким же холодным и стальным, как этот значок. Но через мгновение он покачал головой.
— Я думаю, ты — маленький ребенок в теле большого мужчины, который только что узнал, что его маму убили, и хочешь помочь нам выяснить, кто может быть в этом виноват.
Это было все, что мне потребовалось, чтобы оттолкнуться от стойки и схватить со стола свой телефон, прежде чем последовать за двумя детективами к двери и их машине.
* * *
Войдя в комнату, которую они обычно использовали для допросов, Сэм — он настоял на том, чтобы я называла их обоих по именам, — принес бумажный стаканчик с самым дерьмовым кофе, который я когда-либо пил в своей жизни. Он ничем не отличался от того кофе, который тот дал мне целую жизнь назад, но почему-то в этот раз был еще хуже на вкус.
Может быть, потому что на этот раз я не был прикован наручниками к скамье, ожидая, когда меня посадят.
А может, дело было в том, что на этот раз я действительно был на стороне хороших парней.
Когда мы только приехали в участок, Сэм спросил, не хочу ли я официально опознать тело моей матери, хотя в этом не было необходимости. Ее отпечатки пальцев уже были обработаны, не говоря уже об удостоверении личности, которое нашли в ее кармане. Но Сэм подумал, что мне, возможно, хотелось бы увидеть ее для завершения или что-то в этом роде.
Но я отказался.
— Спасибо за предложение, но я думаю, что смогу прожить без этого опыта, — сказал я, и Сэм ответил меланхоличным смешком.
Теперь мы сидели в холодной, стерильной комнате с тремя чашками дрянного кофе. Сэм смотрел на меня через стол своими дружелюбными щенячьими глазами, а Джош — детектив Миллер — был похож на человека, готового надрать мне задницу.
Я быстро понял, что моя первоначальная оценка его как придурка была ошибочной. Парень был крут, но он просто хотел делать свою работу… и делать ее хорошо. На самом деле, Джош мне очень нравился.
— Солджер, я понимаю, что твоя мама могла быть не самым лучшим человеком, но… она все равно была твоей матерью, и мне очень жаль. Это должно быть тяжело, — сказал Сэм, выражая свои соболезнования уже в третий раз с тех пор, как он появился у моей двери тем утром.
 
— Честно говоря, я удивлен, что это не случилось раньше, — ответил я, пожав плечами.
Это была чистая правда… и я использовал это, чтобы не дать своим эмоциям вырваться наружу и не потерять остатки самообладания.
— Итак, ты можешь рассказать нам что-нибудь о людях, которых знала твоя мама? С кем-то она враждовала? — спросил Джош, постукивая кончиком ручки по лежащему перед ним листу бумаги.
Я медленно повертел чашку в руках и кивнул, стараясь не встречаться с его каменным взглядом.
— Есть один парень, на которого вам стоит обратить внимание. Леви Стрэттон, — сказал я, и в моей голове возник образ моей матери, трахающейся с ним на своем диване.
— Леви Стрэттон? — повторил Джош, готовя ручку.
— Ага. Он продает наркотики в городе — по крайней мере, продавал. Не могу сказать, чем он занимается сейчас. Но в свое время мы с ним вроде как… конкурировали друг с другом за бизнес.
Сэм прищурился и облокотился на стол.
— Он тоже продавал наркотики детям?
Я кивнул.
— Это была большая часть его клиентуры, да, хотя он, вероятно, находил бизнес и в других местах. В любом случае, когда меня выпустили, я первым делом отправился к маме и застал ее с Леви. Они были, э-э… вместе.
Джош кивнул, записывая все в блокнот.
— Как ты думаешь, они могли работать друг с другом?
Я прикусил внутреннюю сторону щеки, размышляя об этом, а затем поднял палец от чашки и потряс им перед детективами. И нахмурил брови, вспомнив кое-что, о чем забыл. Кое-что, что я обнаружил, когда в последний раз видел свою мать живой.
— Вообще-то, когда я в последний раз встречался с ней…
— Твоей матерью? — уточнил Сэм, и я кивнул.
— Да. Она уронила сумку, когда уходила, и из нее кое-что выпало. Это был написанный от руки рецепт на окси. Знаете, вырванный из одного из тех блокнотов, которые есть у врачей. Но это был ее почерк.
Сэм откинулся на спинку стула, на его лице отразился интерес.
— Разве это неинтересно, учитывая, что мы нашли у нее блокнот с рецептами, когда обнаружили ее тело?
— Она бы не стала носить его с собой, — пробормотал я, размышляя вслух.
— Нет, я склонен согласиться с тобой, — ответил Джош, продолжая писать.
— Итак, Леви Стрэттон, — повторил Сэм, барабаня пальцами по столу. — Что-нибудь еще ты можешь рассказать о нем, прежде чем мы его привезем?
— Ага. Он брат ее погибшего бывшего парня, — сказал я, поднося чашку с кофе к губам.
Я смотрел на двух детективов поверх чашки, и обе пары глаз загорелись любопытством. Джош что-то писал в своем блокноте, а Сэм что-то набирал в телефоне, и все, что я смог сказать, чтобы нарушить тишину, было:
— Знаете, ребята, вам действительно нужно купить кофе получше. Я имею в виду, что, черт возьми, в тюрьме я пил дерьмо получше.
* * *
Детективы предложили подвезти меня до дома, но я сказал, что возьму такси. И покинул участок, пожав им руки, и с их обещанием, что Леви Стрэттон наконец-то сядет.
Затем я позвонил Гарри и еще раз попросил его подвезти меня.
Он нашел меня через дорогу от старшей школы, точно так же, как и в прошлый раз. Сейчас для меня было рискованно вот так сидеть на открытом месте.
Что, если Леви увидит меня? А что насчет Сета?
Но, проще говоря, пошли они к черту. Они были последним, о чем я думал, глядя на этот священный участок грязи. Последнее место, где был жив мой лучший друг. Последнее место, где лежала моя мать — ну, если не считать морга. Я смотрел на него и на оставшиеся следы шин на его поверхности и думал, что еще он видел. Сколько передозировок? Сколько пьяных девушек и парней? Сколько автомобильных аварий? Сколько воспоминаний он хранил, что знал, что видел…