Мейсон (ЛП)

Моё тело разгорячено, и я начинаю обмахивать лицо ладошками. Солнце начинает садиться, и мне интересно, сколько ещё он там пробудет. Моё тело покалывает, я хочу, чтобы он снова был рядом. Мне приходится отвести от него взгляд на заднем дворе. В следующий раз я собираюсь быть готовой к встрече с ним. Я иду в ванную и начинаю наполнять большую ванну с гидромассажем, чтобы побрить ноги. Закрытие договора аренды и сборы менее чем за неделю оставили мне мало времени, чтобы сделать что-то ещё перед отъездом в Монтану.
Глава 7
Мейсон
Выплеснув свою агрессию с помощью топора, я возвращаюсь в дом и несу оставшиеся сумки Мии наверх. Ставя их в угол, я слышу, как она принимает ванну. Я стою за дверью всего секунду, но мне достаточно представить, как вода стекает по её телу, и я обнаруживаю, что моё время с топором потрачено впустую. Я уже чувствую, как моё тело реагирует на неё, хотя я не могу её видеть или прикоснуться к ней. Я бы всё отдал, чтобы иметь возможность войти туда, где она сейчас, и заключить её в свои объятия. Это как магнитная сила, притягивающая меня. Желание настолько сильно, что мне приходится буквально заставлять себя быть сильным и уйти.
Поскольку я вспотел после колки дров, я иду принять душ в другой ванной комнате в коридоре. Вместо горячей я поворачиваю ручку на самую холодную настройку и встаю под струю, откидываясь назад и позволяя струе холодной воды ударить мне прямо в лицо. Я не знаю, хочу ли я, чтобы это послужило сигналом к пробуждению или чтобы это привело меня в чувство, но я знаю, что мне нужна какая-то встряска. Откинув голову назад и закрыв глаза, я стараюсь ни о чём не думать. Особенно о моей жене, которая находится по другую сторону стены, сидит голая в своей ванне, проводя губкой вверх и вниз по своему соблазнительному телу. Мои глаза распахиваются при виде этого изображения, и у меня вырывается стон. Бесполезно. За один день я уже одержим. Так не должно было быть. Мы поженились, чтобы спасти Снежную Долину. Я надеялся на удовлетворённость или, по крайней мере, дружбу. Я не ожидал и даже не был готов к этому влечению, которое овладело мной так, словно из меня вырывается дыхание. Меня на сто процентов влечёт к моей жене. Но воспоминание о том, как она напряглась в моих объятиях ранее, напоминает мне о том, что, возможно, я не так привлекателен для неё, как она для меня.
Приведя себя в порядок, я оборачиваю полотенце вокруг талии. Я думаю, что она уже закончила, так как начала мыться раньше меня, но она всё ещё в ванне. Я натягиваю свои фланелевые пижамные штаны, которые принёс с собой. Чтобы ей было комфортно, я разжигаю огонь в камине и выключаю свет, чтобы Мие не пришлось смотреть на шрам на моём лице. Затем я сажусь за стол, приглушаю лампу и слушаю, как она поёт сама себе. Я беру свой блокнот и карандаш, думая, что нарисую и оформлю новую татуировку для салона. В конце концов, я пытаюсь оставаться деловым.
Я не знаю, сколько проходит времени, но как только Мия перестаёт петь, кажется, я выхожу из транса. Я потерялся в рисунке, когда рисовал лицо и волосы Мии, не задумываясь об этом. Испытывая отвращение к самому себе, я смотрю на её очень похожую копию и понимаю, что уже запомнил каждую деталь её лица. Я выключаю лампу, бросаю карандаш и бумагу на стол и откидываюсь на спинку стула в тёмном углу. Я и так уже слишком глубоко увяз.
***
Мия
Я открываю дверь ванной, обернув вокруг тела полотенце. Насколько я измучена сменой часовых поясов, что забыла взять с собой что-нибудь, во что можно переодеться? Мне повезло, что там были образцы шампуня и мыла, которыми я могла воспользоваться. В хижине темно, только в камине горит огонь. Я стою совершенно неподвижно, прислушиваясь к звукам дома, гадая, внутри Мейсон или нет. Кроме обычных звуков дома, я его не слышу. Я выглядываю в окно, и на том месте, где он раньше рубил дрова, теперь только топор, воткнутый в пень. Я смотрю на это, и на секунду мне кажется, что, может быть, он ушёл. Отсюда мне не видно, где он припарковал свой грузовик, но я знаю, что даже если он уехал, он вернётся. Я не уверена точно, откуда я это знаю, но знаю.
 
Я подхожу к своему чемодану и позволяю полотенцу, которым обёрнуто моё тело, упасть на пол. Я ищу, перекладываю вещи, пока не чувствую прохладный шелковистый материал своей ночной рубашки. Я достаю его из багажа и держу перед собой, проверяя, нет ли складок, когда слышу за спиной ворчливый шёпот.
— Мия.
Глава 8
Мейсон
Я застыл, вцепившись в стол в темноте. Я очарован чертовски сексуальным стриптиз-шоу, о котором Миа и не подозревает, что устраивает мне. Она так чертовски красива. Я наблюдаю, как её полотенце падает на пол, а затем как она роется в своём багаже. Я становлюсь таким твёрдым, что почти больно смотреть, как она поднимает ночную рубашку, зная, что она собирается прикрыть от меня своё тело.
Я встаю и подхожу к ней, бормоча по пути её имя.
Она поворачивается, как только я подхожу к ней, и я знаю, что она удивлена, что я стою здесь. Я стою над ней, вдыхая её запах, чувствуя каждое её движение, потому что мы так близко.
— Мы должны завершить брак, Мия, — мой голос груб и серьёзен, наполнен эмоциями. — Я выключил свет… Я знаю мой шрам…
Она откидывает голову назад, чтобы посмотреть на меня.
— Меня не волнует твой шрам, — говорит она яростно, а затем смягчается. — Я имею в виду, мне не всё равно, как ты его получил, но мне всё равно не так, как ты думаешь. Я, ну, э-э, я всё ещё хочу тебя.
Я обхватываю ладонями её лицо, чтобы она смотрела на меня.
— Ранее…
— Раньше мне нужно было принять душ. Это единственная причина, по которой я напряглась. Я хочу этого, я хочу этого с тобой. И не потому, что мы должны или что-то в этом роде. Потому что я хочу тебя, — она выдыхает, расстроенная ходом моих мыслей.
Я едва даю ей договорить, прежде чем подхватываю её на руки и укладываю обратно на кровать. Она всё ещё сжимает перед собой ночную рубашку, и я беру её, стягиваю с неё и бросаю на край кровати.
Стоя над ней, я рассматриваю каждую её обнажённую часть, впитывая всё это, запечатлевая в памяти. От неё захватывает дух.
Я наклоняюсь вперёд и провожу костяшками пальцев по её щеке, прежде чем провести ими по шее, по плечу и вниз, к самому пику её груди. Она дрожит под моими прикосновениями. Я обхватываю ладонью её грудь, лаская её, в то время как её спина выгибается над кроватью, глубже прижимаясь к моей руке.
— Мейсон… — стонет она.
— Да? — я отвечаю, лаская обе её груди.
— Ты поцелуешь меня… там? — хрипло спрашивает она меня.
Я улыбаюсь, не веря, что эта идеальная женщина — моя жена. Мой ответ ей — наклониться вперёд и заменить свою руку ртом. Я посасываю её, позволяя своей руке скользнуть между её бёдер, обхватывая её лоно. Одним движением я обнаруживаю, что она влажная и готова для меня.
Когда я покрываю поцелуями её тело, она мяукает и издаёт самые сексуальные звуки, но как только мои губы касаются её холмика, она замолкает, а её тело напрягается. Я целую вдоль её отверстия, провожу по нему языком, наслаждаясь её вкусом.
Её рука опускается мне на затылок и перебирает волосы. Я прижимаюсь языком к её нервному узлу, и её тело прижимается ко мне.
— Да… — стонет она.
Я не отступаю. Я надавливаю языком и умоляю её об освобождении. Мягко, быстро, медленно, жёстко, я чередую, пока не увижу, как реагирует её тело, и не узнаю, что ей нравится и чего она хочет. Когда я едва успеваю насытиться ею, она уже теряет рассудок, переходит все границы, кончает мне на язык. Я опускаюсь на неё, целуя её самое интимное место, любя её до тех пор, пока она не обмякает и не теряет сознание.
***
Мия
Он подарил мне лучший оргазм, который я когда-либо испытывала. Он покрывает поцелуями моё тело, и когда он оказывается рядом со мной, я нежно целую его, прежде чем сползти с кровати, чтобы отплатить ему тем же.