Колхозное строительство 5 (СИ)

То есть плюсуем Одри Габанову к самому красивому оружию Кремля. Согласилась поучаствовать, выйти на подиум — поддержать мужа. 
А кто ещё? Ведь там будут «фамилии». Есть новенькие — Ив Сен-Лоран. Есть ветераны — Нина Риччи. И это только начало списка. Дизайнеры новой волны, такие, как Пьер Карден и Пако Рабан, смело урезали юбки и использовали яркие цвета, импонируя молодым покупательницам. Приедут, не ходи к семи гадалкам. А бренд Chloé под творческим руководством Карла Лагерфельда — неужто пропустит? Щас! 
Устанешь всех перечислять. Вот теперь подошли к «Крыльям». Там у них раскрученные модели. Закрутим назад! У нас есть пять супердив. Их знает весь мир. Ещё не называют детей их именами — хотя Пётр ведь не проверял. Есть Толкунова с Сенчиной. Есть эфиопка Керту Дирир. Есть две кубинки — черноокая Сиомара Анисия Орама Леаль и черноокая и чернокожая Джанета Ана Альмейда Боске-Высоцкая. Есть автор сценария «Рогоносца» португальская комсомолка Луиза Нету Жорже. Мало? Ну-ну. Ладно, добавим. Есть суперзвезда мировой эстрады Мария Тишкова. Девочка-жаворонок. Сингл с её «Оперой № 2» разошёлся по всему миру. Общий тираж составил больше ста миллионов экземпляров. Си-Би-Эс ручонки потирает! Озолотилась сама, озолотила Машу-Вику и Тишкова. Почти десять миллионов долларов прилетело — только за один сингл. А ведь ещё и полновесный диск выпустили! Самое прикольное, что последней песней на пластинке идёт «зальник Интернационала» с криками и свистами. Эффект, блин, полного присутствия. Тоже победно шествует по планете, тоже к ста миллионам подбирается. В той истории самым продаваемым альбомом за всю историю музыки является диск Майкла Джексона Thriller, включённый в 1984 году в «Книгу рекордов Гиннесса». Как раз сто миллионов. На втором месте с огромным отрывом будет Pink Floyd с альбомом The Dark Side of the Moon 1973 года с тиражом в 50 миллионов экземпляров. До Тёмной стороны Луны ещё пять лет — и не факт, что повторится один в один. Нет больше британской прог-рок-группы Pink Floyd. После побоища на «Уэмбли» товарищи получили приглашение от Эндрю Олдема переехать в Москву. Ричард Райт (клавишные, вокал), Роджер Уотерс (бас-гитара, вокал), Ник Мейсон (ударные) и их друг из Кембриджа Сид Барретт (вокал, гитара) долго не раздумывали — согласились. Их подстригли, одели, положили Барретта в психушку лечиться от наркотической зависимости, а на его место, как и в реальной истории, взяли Дэвида Гилмора. Прикрепили ребят к «Крыльям», и даже квартиры в Москве Пётр им пробил — творите в своей манере психоделического рока. Чуть подтолкнули, Маша-Вика им несколько их же вещей на детской гитаре наиграла. Творят сейчас при Клубе Железнодорожников, ходят на уроки русского языка и истории. Даже название своё уже научились переводить. «Розовый фламинго». «Розови флиммги». Ну, так и назовём. «Флиммги».
Есть среди тех, кто выйдет на подиум ещё несколько человек узнаваемых. Даже ещё одна с пузиком имеется — у Анастасии Вертинской с Михалковым ещё один незапланированный сын скоро родится. Уверены оба! Петром назвать решили в честь одного товарища — и это не Пётр Третий, который плохо кончил. А если дочка? Тогда Маша. Будет так же красиво петь. Клипы с участием Вертинской и Михалкова принесли Петру и актёрам огромные деньги и сделали эти молодые дарования одними из самых востребованных актёров. Со всего мира приглашения идут — успевай только отмахиваться. Даже голливудские мэтры зовут.
Пошили всё, что хотели, и приехали. Пётр жену с наследником взял — и Таню тоже, куда ж без неё. Она в показах участвовать вместе с Машей-Викой будет. И перед самым отъездом, ну, почти перед самым, обсуждали состав, что выйдет на подиум с Викой Цыгановой.
— Маловато звёзд. Они как бы все с одного бока, певицы. Нужно посмотреть в других местах. 
— Я знаю! — Пётр с ними на днях столкнулся. Пришёл к Дольче на примерку — а там они. — Как тебе такие имена: Уланова Галина Сергеевна — лауреат Ленинской премии и четырёх Сталинских премий. Плисецкая Майя Михайловна — лауреат Ленинской премии. Максимова Екатерина Сергеевна — победительница Всесоюзного конкурса артистов балета в Москве, будущий лауреат Государственной премии, а сейчас — восходящая звезда у нас и в мире. А?
 
— Монстры. А согласятся?
— Ещё и сами проситься будут! Оставим им всё, в чём продефилируют. Всё, я убежал. Концепция меняется! Две уже в возрасте, готовим и для взрослых тётенек одежду. Охватим всю линейку. 
И вот самолёт доставил советскую делегацию в Международный аэропорт Флоренции, названный в честь флорентийского путешественника Америго Веспуччи.
Событие тридцать первое 
Купила книжку «Яды. Вчера, сегодня, завтра». Просто решила почитать. Муж второй день и посуду моет, и мусор выносит, и во всем соглашается…
— Бьянка Капелло родилась в 1548 году в знатной венецианской семье. Она рано лишилась матери и воспитывалась мачехой, отношения с которой были очень плохими, — экскурсовод совершенно без акцента лопочет.
— История Бьянки Капелло: авантюрно-детективный роман эпохи Ренессанса.
Ходили по дворцу, и не хотелось восхищаться. Сволочи. Почему так? Почему у них всё красиво, а у нас если и есть кака усадьба, то разруха? Конечно же, денег не хватает. Им вот, итальянцам, не надо в космос никого запускать, ядрёны батоны делать. Отдал два процента в НАТО — а то и не отдал, как потом Меркель — и трать деньги на реставрацию дворцов, а потом отбивай их на туристах. 
— В 15 лет она увидела в церкви молодого клерка Пьетро Бонавентури и влюбилась в него. Юноша был родом из Флоренции, в Венецию он прибыл по делам. Заметив интерес красивой и богатой венецианки, Пьетро стал искать встреч с ней. Вскоре они стали ходить на тайные свидания, которые организовывала служанка Бьянки.
Снаружи дворец, в котором завтра пройдёт первый в мире показ мод «прет-а-порте», вообще даже не описать. И не придумать. Сказка! Что нужно иметь в голове, чтобы такое сделать? Чего там кукурузник хотел: «догнать и перегнать Америку»? Вот кого догонять надо! Даже губу Пётр от злости прокусил. 
— Пьетро умолял возлюбленную бежать с ним во Флоренцию, и в конце концов она на это согласилась. Перед побегом девушка забрала из отчего дома все драгоценности, которые смогла достать. Влюблённым удалось осуществить их план: они бежали из Венеции и благополучно добрались до Флоренции, где Бьянку ждало горькое разочарование.
Завтра показ. Сегодня ходили на Пьера Кардена посмотреть. Вычурно, и ни один нормальный человек это на улицу не наденет. Бальные платья? Семнадцатый век. Вот только в таких дворцах и показывать. Зачем натворил? Самоутверждался? 
— Оказалось, что Пьетро, который выдавал себя за богатого синьора, беден как церковная мышь. Его семья жила в полной нищете, в доме не было ни единой служанки. Бьянка пришла в ужас, но пути назад не было: ей пришлось выйти замуж за Пьетро. С этого момента её жизнь превратилась в ад: новые родственники заставляли её выполнять всю тяжёлую работу по дому, к которой девушка совершенно не была приучена. Вскоре к домашним хлопотам прибавились заботы о ребёнке: у Бьянки родилась дочь, — а экскурсовод без бейджика. Ещё не придумали такой простой и нужной вещи. Пётр хотел попросить женщину говорить чуть тише — прямо орала в ухо. Забыл, как звать, а ведь представлялась — но он тогда стоял, раскрыв рот, и созерцал каменное кружево на стенах палаццо. Интересные дворцы во Флоренции.
Перед Пьетро Кар… Прицепилось. Перед Пьером Карденом был показ мод в этом дворце коллекции зима-осень от ещё одного законодателя — Пако Рабана. Коллекцию одежды вышли представлять двенадцать моделей, босоногих белых и темнокожих девушек. Франсиско Рабанеда, он же Пако Рабан выдал шедевр из «современных материалов» — наряды из бумаги, пластика, металла. Первой представили коллекцию одежды из бумаги, которую ворвавшийся в мир моды гений считал модой будущего. Так объявили при дефиле — причём что у Кардена, что у этого товарища девушки ходили не под красивую музыку, а под бубнёж диктора и перевод на десяток языков переводчиков. Диктор и рассказал, что херня это всё, в смысле тряпки, — будущее за другими материалами. Рабан экспериментировал с комбинированием всевозможных фактур. Среди его проектов были плащи из перьев, одежда из кожи, пластика и металла с добавлением сухих цветов и кружева. Изгалялся француз. Бурю оваций снискало заключительное дефиле темнокожих манекенщиц (новшество Рабана, до него никто негритянок не использовал), одетых в облегающие платья, похожие на кольчуги.