Наказание для вора (СИ)
— Празднуем новый год.
Золотая бровь изогнулась, но Мила все же воздержалась от комментариев. В конце концов, у каждого народа свои традиции, хотят праздновать наступление очередного года — пусть празднуют.
— Так что, пойдешь с нами? — в нетерпении произнес Лен: если ему сейчас не удастся уломать Милу отправиться гулять с ними, и ушастая придумает им другое занятие, то лису придется согласиться с ней и прослыть подкаблучником среди друзей, которые будут вовсю веселиться без него.
— Конечно.
Лен облегченно выдохнул: получилось. За спиной Милы беззвучно хохотал Реб. Ему повезло: у Сони на эти дни выпали дежурства сначала в лазарете Академии, а потом — в городском, где, оказывается, дриада тоже работала на полставки. Так что друг был свободен, как ветер.
— А ты Кэтрин не позвал? — Реб, наверное, никогда не угомонится: поняв, что к Миле с Леном не прицепиться, взялся за молчащего Мэла.
Тот слегка покраснел и ответил:
— Она ведь леди, ее не пригласишь на уличные гуляния.
Дель многозначительно хмыкнул, пока только приглашенная леди Феланэ сидела с непроницаемым лицом, а Лен с Ребом пытались сдержать смех, отчего походили на двух хрюкающих свиней.
* * *
Зимние праздники начинались через два дня после окончания сессии. С утра пораньше Лен коварно разбудил Милу, которая была той еще соней, когда позволяли обстоятельства. Выслушав много нелестных эпитетов в свой адрес, лис, ловко увернувшись от всех снарядов, бросил разъяренной девушке одежду и скрылся в коридоре. Спустя полчаса друзья уже шатались по городу. В честь праздников его украсили всеми возможными способами: здесь были и разноцветные мигающие гирлянды, и поющие искусственные птички, и хвойные венки абсолютно всех размеров, от маленьких, не больше колечка, до огромных, через которое легко мог пролезть взрослый мужчина. Последний факт друзья выяснили еще в прошлом году, о чем с гордостью сообщили Миле. Вся компания, кроме Деля, никогда не позволяющего себе алкоголь, успела напиться в первые полчаса прогулки, и только морозный зимний воздух не давал им разбушеваться окончательно. Даже обычно непьющий Мэл хватил лишнего и теперь передвигался в пространстве вертикально исключительно благодаря Делю, который то и дело морщился от неприятного запаха. Для острого волчьего носа доза спиртного, принятого друзьями, была не слишком приятна, но за любое веселье надо платить.
— Ого, впечатлена! — провозгласила Мила: на ней алкоголь сказался слабо, спасала то ли эльфийская природа, то ли благородное воспитание. Они как раз вышли к центральной площади Квартала Ремесленников, где традиционно устраивали конкурсы с различными забавными призами. В отличие от Торгового Квартала, здесь праздничные палатки украшали с б о льшей выдумкой. Вот сиреневая вывеска с вышитыми на ней буквами с причудливыми завитками, переливающимися всеми цветами радуги. Вот заводные бельчата, бегающие по дубовому прилавку, разрисованному орехами и листьями. Вот кружащиеся вокруг металлических каркасов маленькие золотые звездочки.
— Ну а ты что думала? — хвастливо заявил Лен. На нем алкоголь также сказался мало, только сделал еще более дерзким: он по-хозяйски закинул руку на плечи Милы, притягивая к себе девушку, а та даже не была против. Мэл от такой наглой демонстрации отношений аж слегка протрезвел.
— Куда пой-йдем? — у Реба, принявшего на грудь больше всех, уже начинал заплетаться язык, но боевой запал только больше разжегся. — Давайте, ту-туда!
— Давай! — хором ответила ему полупьяная компания.
За полтора часа шатания друзья успели посмотреть представление фокусника, объесться сливовым пирогом, который продавали прямо на улице только что из печи (и кое-кто даже обжег свой длинный язык!), купить Миле бутылку карамельного эля, безумно сладкого, но ничуть не менее крепкого напитка, и поучаствовать в нескольких конкурсах. Естественно, они в них победили. Нет ничего невозможного, когда ты молод, самоуверен и пьян. Реб с легкостью загнал якорь-отметку на самый конец полосы в испытании силачей, Лен обыграл всех фокусников в наперстки, Дель спас с масляного столба кошку, а Мэл, едва не утопившись, переловив больше всех яблок в бочке с водой. Но самый интересный и запоминающийся конкурс остался за Милой. Эльфийка шаталась вместе с ними по шатрам, ела на ходу, травила не менее похабные байки, чем Реб, от души болела за парней и хохотала, не таясь — в общем, развлекалась по полной, но большей частью все же оставалась в стороне, пока компания не добралась до тира. Там, вокруг мишеней разложены были всевозможные мягкие игрушки — призы. Но внимание всех привлек огромный, с гнома ростом, плюшевый медведь безумно мятного цвета. Шерсть у него была настолько ядреная, что, казалось, он излучал свое, зеленоватое сияние.
— Во чудище, — озвучил всеобщее мнение Реб.
— Пап, пап, я хочу мишку! — завопила одновременно с ним девчушка лет шести с тугими черными косичками, торчащими из-под пухового платка.
Папа, стоящий рядом и держащий свое маленькое визжащее чудо, принялся тихо уговаривать дочурку:
— Зайка, ну зачем тебе такой большой мишка? Где он будет спать?
— В моей кроватке.
— Но ведь мишка большой, а твоя кроватка маленькая, он не поместится там.
— Тогда он будет спать рядом, на полу, у мишки густая шерсть, ему не будет холодно.
— Зайка, но мишка не очень красивый, — зашел с другой стороны папа. — Давай я тебе куплю того розового слоника, которого мы видели у ларька с леденцами?
— Я хочу мишку, — насупилась девочка. — Почему ты не можешь выиграть мне мишку, ты ведь самый-самый сильный!
Папа обреченно вздохнул, явно не желая ломать воздушные замки своей маленькой дочки.
— Я не очень хорошо стреляю из лука, зайка.
Друзья готовы были поспорить, что мужчина явно преувеличил свои навыки, потому что, когда спустя пять минут девочка все же уговорила отца «выиграть мне мишку», поражение было разгромным. Как и разочарование малышки, смотрящей на недостижимого мишку глазами полными слез.
— Подержи мой эль, — Мила не глядя сунула недопитую бутылку Лену и решительно подошла к тиру. Легко вскинув и натянув лук, без пристрелки, словно и вовсе не прицеливаясь, она выбила все мишени точными попаданиями. Оперение стрел торчали ровно из центра красных кружков, недовольный торговец вытаскивал чудище-мишку, а девочка во все глаза смотрела на эльфийку.
Та, приняв заслуженный приз, повернулась к малютке и протянула ей игрушку со словами:
— Держи своего красавчика.
— Спасибо, — зачарованно поблагодарила девочка, поглаживая ярко-зеленую шерстку. Учитывая разницу в размерах, мишка грозил уронить свою маленькую владелицу, но папа пришел на помощь.
— Спасибо, — повторила малышка. — Спасибо тебе. А кто ты?
— Я — знаменитая эльфийская воительница, — величественно ответила Мила. — Я путешествую по миру и ищу смелые души. Наградив их, я указываю верный путь для них, — она опустилась на одно колено перед девочкой, заворожено слушающей ее, и, погладив мишку по голове, снисходительно улыбнулась его хозяйке: — Пусть твое большое и доброе сердце всегда согревает теплом любви дорогих тебе людей.
Проводив взглядом уходящую троицу — счастливого папу, радующуюся дочку и бирюзового медведя, — Мила обернулась к Лену и щелкнула пальцами:
— Эль мне быстро, — разом переходя с возвышенного тона на уличный жаргон.
Лен отвесил глубокий поклон и с подобострастным лицом подал ей бутылку, под дружный хохот остальных.
— А мне выиграешь что-нибудь? — хитро спросил он, Мила очень живо изобразила удивление и сделала такой жест, что пьяный Мэл покраснел: все же девушки себя так не ведут. В отместку Лен потащил друзей к ларьку с леденцами, предлагая возлюбленной выбрать что-нибудь пососать. Она купила леденец в форме лиса и не сводила взгляда с Лена, пока не ссосала весь.
* * *
Старая музыкальная шкатулка тихо играла до боли знакомую мелодию, ставшую неотъемлемой частью его жизни. Зелан Чесэр стоял перед большим зеркалом, отражавшим всю его немаленькую фигуру. Прожитые столетия сказались на нем: он располнел, немного полысел. Зато усы были такие же черные и пышные, как и триста лет назад, когда он только начинал свой путь в Управлении, а хитреца так и не ушла из ярко горящих глаз. Есть еще магия в наших артефактах, есть!