Наказание для вора (СИ)
Два злых взгляда встретились. Мила могла поклясться, что секунду назад завела себе очередного врага.
Спустя пять минут леди Феланэ уже выходила из Управления.
* * *
Утро в кабинете начальника Управление началось рано — ночью. Ничего нового и необычного в этом не было, наоборот, если хотя бы раз в месяц у троих мужчин не находился «повод» собраться в один из рабочих (а лучше нерабочих) дней пораньше, то это считалось большой неудачей и плохой приметой.
— Как сын? — спросил у Альберта Зелан.
— Живой, — буркнул тот. — Алисия сказала, что оклемается.
— Да-а, хлебнешь ты с ним: что не неделя, так в лазарете или с трупами. Бедовый он у тебя.
— Уже хлебаю. И не бедовый. Нормальный, — огрызнулся Крейл. Он сегодня был слишком нервный, привычная невозмутимость изменила ему сегодня, но причины были понятны. — Кому ты поручил вести это дело?
— Ромаку.
Ответом начальнику стали два многозначительных хмыканья.
— Представляю себе… — усмехаясь, протянул отец Лена.
— Кто там у нас не в лазарете? — уточнил Фий, весело сверкая своими большими серебряными глазами. — Девочка и дракон?
— Да, — улыбка Крейла была больше похожа на оскал.
— Бедный Сет. Может дашь ему отпуск, Зелан? — своим детским голосочком пропищал Йекати.
— Не собираюсь подталкивать подчиненного к самоубийству.
— Да, Ромак тот еще трудоголик, — вздохнул Крейл.
— Кто бы говорил, — заметил Чесэр. — Сами-то.
Ответом ему стали два вздоха.
— А Сет справится.
— Справится он с убийством собственных нервов, — сразу помрачнел второй заместитель.
Сет был хорошим инспектором, работящим и смекалистым, но слишком прямолинейным, чтобы стать кем-то большим, чем обычная ищейка. Крейл в свое время наставлял и курировал начинающего инспектора и до сих пор верил в него, благо долгая жизнь оборотня давала ему возможность проявить себя. Но иногда Сет, что называется, закусывал удила и вел себя крайне неразумно — в пределах закона, но все равно неразумно. Сейчас была именно такая ситуация: девять лет назад именно Ромак ловил банду воров, которую так и не смог взять в полном составе. Тогда из его облавы сбежал, вернее, не попал в нее один воришка, тот самый, благодаря которому шайке удавалось проворачивать свои виртуозные кражи. Юный одаренный взломщик, которого так и не поймали, а потом он попал под крыло тогда еще старшего инспектора, практически заместителя начальника. Наверное, все Управление знало об этом, разговоров в то время было много. Сет так и не забыл свой провал, поэтому Крейл сомневался, что дело, в котором фигурирует Лен, будет расследоваться объективно и адекватно. С другой стороны, улик у них практически нет. Один труп колдуна, последствия магического взрыва, трое пострадавших и два свидетеля — кажется много, но по факту все выглядит, как несчастный случай: колдун напал на бедных студентов и неудачно применил заклинание, те чудом остались в живых. Если леди Феланэ и Ребор правильно дадут показания, то, во что бы не вляпался его сынок, он выкрутится. Альберт не верил, что Лен мог участвовать в преступлении, но слишком хорошо знал его характер: опять нашел себе приключений на одно место! А теперь лежит в лазарете с обожженной спиной — герой, спас девушку! Лучше бы головой думал! Крейл-старший волновался за сына и оттого сердился.
— Вынужден согласиться с коллегой, — пропищал Фий. — Ромак хороший и умный мальчик, но ему не справиться с драконом, а об эльфийскую леди он и вовсе зубы сломает.
— Пусть пытается, — махнул рукой Чесэр. — Надо же куда-то его энергию девать.
— Он дальше обгорелого трупа не уйдет.
— И замечательно, Берти. Последнее, что мне сейчас нужно, это убийство с участием высокородной эльфийки, дракона из Керианской семьи, ликана и сына моего заместителя. И так едва удалось отбрыкаться от «помощи» Ордена. Они и в это дело хотели нос сунуть, как будто мало мне их по делу ликанов! Пусть катятся в свои молельни! — речь начальника была настолько экспрессивной, что его тонкие усики и вправду похожие на кошачьи, распушились, а полное лицо раскраснелось. — А Сету я дам недельку, если ничего не нароет, закрою ему дело. В конце концов, у него сейчас дело ликанов висит.
— Справедливо, — отстраненно заметил Фий, прикрывая глаза.
* * *
— Развлекаетесь? — весело поинтересовалась Мила, спустившись в дежурную Управления, где недалеко от выхода крутился Реб, рассказывая уставшим стражей похабные шуточки.
— Лучше — служим, — в тон ей ответил дракон и, приблизившись, галантно поцеловал ручку. Эльфийка вопросительно изогнула бровь, но не стала при свидетелях затевать скандал.
— Похвально-похвально. Но не хотите ли сменить деятельность?
— С такой прекрасной дамой — все что угодно! — продолжая играть роль любезного кавалера, Ребор предложил ей руку, о которую она оперлась, взмахнув ресницами так, что вся дежурная тихо вздохнула. — Куда мы отправимся?
— Естественно, навестить наших товарищей.
Дверь кабинета инспектора распахнулась, с грохотом ударившись о стену, и в коридор высунулся Сет.
— Имейте в виду, леди Феланэ, что я запретил пускать кого-либо к остальным участникам происшествия, находящихся в лазарете!
Мила полуобернулась и, одарив инспектора холодной самодовольной улыбкой, ответила:
— Не сомневаюсь. Жаль, что это нас не остановит.
И под смешки дежурных гордо удалилась под руку с драконом, а Сет прожег взглядом дыру в стене.
Только на улице она позволила себе выдернуть руку.
— Не нравлюсь? — соблазнительно улыбаясь, спросил Реб.
— Ни секунды, — невозмутимо ответила Мила. — Но ты ведь это и так знаешь.
— Да, — притворно вздохнул дракон. — Дама сделала свой выбор, да и кавалер — тоже. Только слепой не заметит, что рыжий в тебя втрескался по самые уши.
— Фи, что за жаргон?
— Самый что ни на есть уличный. Привыкай, Лен и похлеще выражается.
— Сомневаюсь, что он переплюнет меня.
— Ты же эльфийка.
— Наполовину.
— Это меняет дело, — хохотнул Реб и сменил тему: — Идем в лазарет? Как будем обходить ищеек нашего сверхактивного инспектора?
— Мм, Соня? — невинно поинтересовалась Мила.
— А ты откуда про нее знаешь? — опешил Реб.
— Дружу, — лаконично ответила ему эльфийка, и они оба рассмеялись холодным звонким смехом, разряжая послеполуденную тишину грязных извилистых улиц Рестании. Соня после долгих уговоров (Ребора) и недолгих (Милы) согласилась пустить их в лазарет.
Взрыв, прогремевший на половину Рестании, разрушивший во всех смыслах слова «Мечту торговца» и обваливший дома на Бродяжной улице, только чудом не убил друзей. Мэл в тот момент оказался за колодцем, который принял на себя основной удар. Проход в Катакомбы был разрушен, где-то глубоко внизу погребя под обвалом стремившихся на поверхность тварей и трупы тех, которых успел убить Ребор. А потом, по-видимому, сработал какой-то механизм и проход в Катакомбы все же закрылся, не оставив ни одного следа их подземного путешествия, лишь обломки колодца. Мэла откинуло взрывной волной, обеспечив переломами и потерей сознания, но, как сказала Алисия, отделался он легко. Больше всех повезло Ребору, который бросился за ликаном и успел забежать за угол — его лишь ненадолго оглушило, как и Милу, которую прикрыл Лен. А вот сам лис и его лучший друг оказались в эпицентре магического взрыва, и, если Дель, как ликан, быстро восстанавливался благодаря усиленной регенерации, то Лен провалялся в лазарете почти три недели, из которых полторы он провел без сознания на грани жизни и смерти, чем свел с ума отца, недавно очнувшегося Деля, Мэла, Милу (не явно) и даже немного Реба. Но Алисия не зря считалась лучшей целительницей в Рестании, и уже через месяц об их подземных и наземных приключениях напоминала лишь разваливающаяся улица в Квартале Бедняков, беснующийся в Управлении Сет (так и не разнюхавший ничего больше) и шрамы от ожогов на спине Лена. Лис долго ворчал, что спасение всяких эльфиек обходится слишком дорого, на что вышеупомянутые эльфийки отвечали, что он лишь вернул ей долг, а то, что с такими последствиями, так сам виноват.